Чтение онлайн

— Костюков, давай! Уложи его на лопатки!

Мне, признаться, было всё равно, кто выйдет из этой пары победителем. Стало любопытнее наблюдать, как тлеют их свитки: бумага сгорала целыми метрами.

Каждый раунд шёл ровно пять минут, и по истечении этого времени Кириллов и Костюков поменялись позициями атакующего и нападавшего. В перерыве разложили другие свитки противоположной энергетики и также упорно продолжили сражаться во втором раунде.

По результатам дуэли на полу внутреннего двора остались горстки пепла, в которые превратились свитки. Всё сгорело, со двора оба студента выходили с пустыми руками дожидаться оценки комиссии. Решения о вручении или невручении колец выносились после завершения испытаний, и студенты, уставшие, но довольные собой последовали на трибуну.

Происходящее здесь было вовсе не рядовым явлением в мире магии. Обычно столько свитков не использовалось из-за своей дороговизны. А если дворяне и устраивали дуэли, то применяли там один-два свитка, не более. Здесь же… Каждый хотел показать максимум, на что способен!

В привычном мне мире за этими стенами маги колдовали не столь часто без использования свитков. Чаще всего потому, что источники опустошались после проговаривания определённого количества заклинаний на древнем языке. Количество напрямую зависит от уровня источника, а дополнение в виде десятков одноразовых свитков с собой никто не носил. Один-два на экстренный случай, примерно столько, сколько носил с собой я.

Но сегодняшний день должен был всё изменить. Настал мой черёд выступать.

Судак поднялся под выкрики с трибуны:

— Белое золото! Лучший!

С собой он вынес несколько десятков свитков, хотя свитками назвать это не поворачивался язык — скорее рулонов. Он начал раскладывать длиннющие свитки по полу, продолжая веселиться и отвешивать комплименты девчонкам с трибуны. Меня в качестве соперника он не воспринимал, считая дуэль лёгкой прогулкой.

Мне раскладывать было особо нечего, я положил гримуар перед собой и поднял большой палец, показывая готовность.

— Я тебя размажу! — сказал Судак, свитками которого выстелилась половина двора.

Судаку отошла атакующая позиция, мне предстояло защищаться.

— Начали! — рявкнул ректор.

Судак, как заклинатель стихии воздуха, сразу перешёл в стремительную атаку.

— Смерч! — выкрикнул он первый активатор.

Несколько свитков сиюминутно взмыло вверх, образуя вихри. Они начали тлеть, а ветер, добравшийся до трибуны, был такой силы, что приподнял юбки, обнажая ножки девчат. Вихри, вращаясь с бешеной скоростью, стали соединяться, образуя одну большую воронку. Смерч двинулся на меня.

— Стена! — выкрикнул я свой активатор.

Гримуар взмыл в воздух, и, зашелестев страницами, открылся на нужном заклинании. Полоса земли передо мной завибрировала, из пола появились камни, выстраивающиеся в стену. Почерневший смерч ударился о преграду и разбился.

Я увидел, как на лице Судака застыло удивление, а улыбка стала чуть менее нахальной. Разнести меня первой же атакой не вышло, но соперник ждал возможности произвести впечатление как на комиссию, так и на трибуны и пошёл ва-банк — зашевелились остальные свитки.

Заблестели молнии, вспыхнуло пламя, поднялась песчаная буря. Огромный энергетический шар из молний, огня и всякой всячины устремился на меня.

Я выкрикнул активатор, и по оборонительной стене полилась вода с прожилками жидкого огня.

Шар Судака ударил в стену, посыпалась каменная крошка, пошёл пар… Удар был такой силы, что я отступил на несколько шагов назад, стиснув зубы. Стена опасно задрожала.

На стороне соперника сгорали всё новые и новые свитки, он вкладывал в своё заклинание всё больше и больше магической энергии. Глаза его хищно блестели.

— Давай, дави его! — орали с трибуны.

Где-то среди выкриков сторонников моего соперника слышалась и моя поддержка от Леонида и Романа.

— Костя, не сдавайся!

Мой соперник перестал заигрывать с девчатами, и его лицо всё больше хмурнело. Судак понимал, что лёгкой прогулки на этой неделе не получится. Потому продолжал усиливать натиск, не оставляя свою изначальную стратегию блицкрига. Только стратегия у него изначально была неверной — свитки продолжали гореть и тлеть, а гримуар, целёхонький, также работал исправно.

Я, выдержав стартовый натиск, перешёл в контратаку и начал выкрикивать активаторы защитных заклинаний, укрепляя стену. Сила у моего защитного барьера постепенно росла, тогда как энергетический шар соперника начал ослабевать.

В итоге Судака начало отодвигать на ногах… Мне требовалось ещё некоторое время, чтобы его шар лопнул, но по двору растёкся зычный голос ректора:

— Стоп — время вышло!

Я облизал пересохшие губы, шар Судака исчез первым, следом исчезла моя стена. Во время перерыва Судак занервничал, начал бегать туда-сюда, впопыхах раскладывая свитки с защитными заклинаниями. Он никак не предполагал, что дело дойдёт до второго раунда. Я всю отведённую на перерыв минуту не без любопытства наблюдал за ним, скрестив руки на груди. Мне-то ничего раскладывать не нужно.

— Ты меня достал! — выпалил Судак. — Но признаю, я малость заигрался, а теперь не оставлю тебе ни единого шанса.

Он начал выкрикивать активаторы заклинаний и действительно сумел меня удивить. На стороне соперника начала расти стена, в которой чередовались слои огня, воздуха, земли и воды.

— Ну дерзай, Вавилов! — призвал он меня из-за стены.

Что ж, больше нет смысла сдерживаться. Я ждал этого момента с тех пор, как попал в этот мир.

— Дыхание! — выкрикнул я слово-активатор заклинания стихии земли.

Заклинание было из сложных, если измерять по длине свитка, то это примерно один рулон, как у Судака. Полное название — «дыхание смерти». Мой экспромт, заодно проверю, как заклинание сработает на практике.

К защитному барьеру поползла волна энергии, превращающая всё живое, вернее, материальное — в прах. Чтобы разрушительная мощь атаки дала максимально возможный результат, я скомбинировал заклинания нескольких стихий в отдельный удар, выкрикивая слова-активаторы.