Чтение онлайн

Сиони прошлепала через всю комнату, инстинктивно не наступая на скрипучие половицы. Нашарила на столе лампу и безуспешно попыталась ее включить. Тогда она зажгла свечу и наконец-то прочла скрученную телеграмму.

Сперва ей показалось, что перед нею зашифрованное сообщение. Сиони еще раз пробежала текст взглядом, но он не уложился в ее голове. Тогда она прочла медленно, каждое слово в отдельности.

«пренди бежал перевозке портсмут казнь тчк думаю вам следует знать тчк альфред тчк»

Пальцы, которыми Сиони держала узкую ленточку бумаги, вдруг онемели. Она не испытывала приятного легкого жжения, которым уже два года сопровождалось каждое ее прикосновение к бумаге. Нет, узкая лента казалась вялой, тяжелой. Мертвой.

Альфред. Она не видела мага Хьюза с тех пор, как закончилось расследование по делу Грата.

Сиони ничего не связывало с Уголовным департаментом, по крайней мере, она так считала.

Взгляд Сиони застыл на первом слове телеграммы. «Пренди». Сарадж Пренди. Пес Грата. Потрошитель, который дважды пытался убить ее исключительно ради каких-то своих соображений. Человек, угрожавший смертью ее родным и ее любимому.

Теперь он на свободе.

Электрические лампочки ярко вспыхнули, и в глазах Сиони заплясали пятна, закрывшие имя Пренди на бумаге.

Язычок пламени свечи взметнулся вверх. Дверь со скрипом отворилась.

– Сиони? – вопросительно произнес Эмери и зевнул. – Что с тобой?.. Телеграмма?

Сиони ничего не ответила. Ее мысли метались вокруг родительского дома, переместились к реке, которая поглотила автоповозку и ее водителя (и едва не заполучила Эмери и Сиони), а оттуда устремились на восток, в Дартфорд, где только-только отстроили разрушенный корпус бумажной фабрики.

Рука Эмери легла на ее плечо. Протянув ему телеграмму, Сиони развернулась и направилась к двери.

Она не заметила, как преодолела расстояние от библиотеки до своей спальни.

Когда она зажгла лампу, Фенхель недовольно вскинулся. Сиони подошла к письменному столу, схватила карандаш и листок белой бумаги. Она отчаянно черкала карандашом: буквы прыгали вверх и вниз. Когда она начала писать вторую фразу, до нее донесся негромкий голос Эмери:

– Что ты делаешь?

– Предупреждаю родных.

– Сиони, он не знает, где они теперь живут, – ласковым, как летний ветерок, тоном произнес Эмери.

Бумажный маг переступил порог ее спальни, его шаги звучали как поступь оленя в лесу.

– Альфред никогда не забудет о твоих родных. Они будут в полной безопасности, Сиони. Полагаю, он уже принял меры.

Сиони покачала головой.

Ладонь Бумажного мага вновь легла ей на плечо и легонько его стиснула.

– Мне очень жаль, – прошептал Эмери.

Сиони швырнула карандаш на стол. Грифель сломался. Она взглянула на Эмери и почувствовала в уголках глаз едкие слезы.

– Почему его до сих пор не казнили? – спросила она, и каждое слово обжигало ей горло. – Два года… все его жертвы…

Эмери взял ее лицо в ладони и нежно провел пальцем по щеке Сиони, смахивая слезинку.

– Им не досталось ни Грата, ни Лиры. Сарадж – единственный. Из Сараджа они смогут вытащить сведения о подполье.

– Ну и что?!

– Я не спорю, – тихо отозвался Эмери и прижался лбом к ее лбу.

Сиони опустила взгляд и отодвинулась, но вдруг подалась вперед и уткнулась ему в плечо. Его руки обвили ее талию. Жар, исходящий от Эмери, вернул ей каплю утраченного покоя.

– Что если он уже… за ними… за нами?.. – глухо проговорила она.

– Далеко он не уйдет. Доверимся Кабинету. Пусть обо всем позаботятся другие маги.

– Если бы мы доверяли Кабинету, нас обоих давно бы не было в живых.

Эмери погладил ее по голове.

– Так или иначе, но Сарадж сейчас думает только о бегстве. Преследовать тебя ему незачем, и сомневаюсь, что он захочет расквитаться со мной. Он наверняка надеется добраться до побережья, рассчитывая каким-то образом переправиться через пролив. Раз у Альфреда нашлось время поставить нас в известность, то, вероятно, его люди держат Сараджа в поле зрения.

Сиони медленно перевела дух, пытаясь проникнуться уверенностью Эмери. Теперь его голос обволакивал ее, будто теплое одеяло. Ей удалось расслабиться, но отголосок тревоги продолжал будоражить ее пульс. Поведение Сараджа совершенно непредсказуемо. Вдруг он захочет поохотиться на ее родных?

В памяти зазвучал голос Грата, произносящего имена ее матери и отца.

Сиони поежилась.

По крайней мере, в передрягу не втянут Эмери. После ареста Сараджа он не сотрудничал с Уголовным департаментом. После того как его бывшая жена Лира навсегда вышла из игры, у Эмери не осталось причин для преследования Потрошителей, и даже Кабинет принял этот факт.

Сиони прижалась к Эмери на мгновение, а затем нехотя отстранилась. Эмери нежно поцеловал ее.

– Если хочешь, я с утра наведу справки, – предложил он. – А сейчас нам лучше отдохнуть.

– А защита дома?..

– Здесь полно заклинаний. – Эмери принужденно улыбнулся. – Сиони, тебе ничего не грозит, да и мне тоже. Честно.

Она кивнула. Эмери посмотрел на нее, прикоснулся губами к ее лбу и молча покинул ее комнату. Она могла бы сегодня ночью снова остаться с ним. К дьяволу приличия! Однако Сиони решила не задавать вопросов. Она, конечно, доверяла Эмери и не хотела его разочаровывать. Но как, скажите на милость, Эмери может рассчитывать на то, что Альфред разгадает все планы Сараджа? А если Сарадж проникнет в дом, где живет ее семья?

Фенхель поднял голову и тявкнул сухим недовольным голоском. Сиони вздохнула, взяла со стола недописанное послание, смяла его в кулаке и, скомандовав «Измельчись!», превратила листок в бумажную труху. Выключила свет, забралась в постель и подозвала Фенхеля к себе. Песик устроился возле ее головы. Да, полезнее всего сейчас было бы поспать.

Но спала она плохо.

– Ох, незадача! – воскликнула Сиони, когда на следующий день, ближе к вечеру, из плиты повалил густой дым.