Чтение онлайн

Переход свершился мгновенно. Далькроз снова очутился в обыденности теплого полудня. Очнулся, потрогал монитор-очки на лице. Перед глазами Вэла плавали радужные круги.

– Сайбер, немедленно отключиться от Системы.

– Команда принята.

– У тебя есть карта Порт-Калинуса?

– Конечно. Простите, хозяин, это стандартный комплект канцелярского сайбера моей модели.

Вэл быстро нашел то, что искал, потом сорвал монитор-очки, добрел до крошечного умывальника, сунул голову под острую, словно спица, ледяную струйку, размазал воду по лицу и шее. «Ну, вот и все. Даже если я чего-то недопонял, у меня появилась цель, это очень здорово, когда понимаешь, что делать».

– Кольцер?

– Я здесь, лорд Вэл.

Старик сидел на колченогом стуле, он бессильно уронил руки на колени и, против обыкновения, даже не попытался подняться. Кольцер походил на подбитую охотником птицу.

– Вы выглядите очень беспокойным. Вы кричали, как в бреду, сэр. Что-то случилось в Системе?

– Спасибо, Кольцер, ничего страшного, но мне придется заняться делами. Наверное, я вернусь не скоро, может быть, и никогда не вернусь. Обо мне не беспокойтесь, это совсем не опасно, деньги возьмите себе, это ваше жалованье за год.

– Вы показались мне усталым, лорд Вэл. Может быть, вам следует отдохнуть с дороги?

– Ничего, это только мимолетное ментальное напряжение.

Король забрал со стола защитный браслет, натянул его на руку и прикрыл устройство рукавом рубашки.

– Прощайте. Как только я уйду, постарайтесь найти по уникому врача. Берегите себя, Кольцер. У вас неважный вид.

Сайбер еще работал, когда Король уже выбежал из прохладного сводчатого подъезда в пыль и предгрозовую духоту жаркого дня. К оставленному сайберу растерянно подошел старик:

– Конец света концом света, а энергия дорожает день ото дня…

Кольцер подобрал и пристроил себе на нос монитор-очки, картинка – подробная карта окраины Порт-Калинуса – показалась ему знакомой. Старику захотелось бережно притронуться пальцем к надписям – обычно это помогало ему читать мелкие буквы.

– Атенаис-сквер… Мой хозяин отправился за город, туда, где эти безродные выскочки понастроили свои проклятые виллы.

Дверь, тронутая теплым сквозняком, нехотя заскрипела. Кольцер снял монитор, коснулся корпуса сайбера – бесполезно. «Вот беда, а ведь эта вещь выключается только ментально».

Упругие шаги раздались в прихожей.

«Слава Разуму, лорд Вэл вернулся, передумал уходить».

Больная шея гнулась плохо – Кольцер неторопливо и доверчиво повернулся всем хрупким, старческим корпусом.

На пороге, по-шакальи ссутулясь, стоял человек – не Вэл, просто человек. Незнакомый, в чуть запылившихся спортивных ботинках. Даже глядя в крошечные зрачки чужака, невозможно было определить его настроение. Светлые холодные глаза смотрели сквозь Кольцера, по-настоящему жили только руки – сильные, очень умелые, с чуть шевелящимися пальцами. Это непроизвольное движение не прекращалось ни на минуту.

Старик, словно завороженный, не отводил взгляд от чужих пальцев. Потом посмотрел на ботинки пришельца. К носку левого пристал маленький сухой древесный лист. Сухой лист – шевелящиеся пальцы. Пальцы – лист… Кольцер не видел больше ничего – ни одежды, ни невыразительного, словно стертая монета, лица незнакомца.

– Вы… ищете… меня?

– Не тебя. Далькроза.

Кольцер оторвался от разглядывания чужих ботинок и заставил себя заглянуть гостю в лицо. Страх от этого безмерно усилился – в зрачках незнакомца, зримая и жадная, стояла Холодная Пустота.

– Его здесь нет, – ответил Кольцер довольно твердо, но незнакомец уже вошел в комнату, следом проскочил еще один. Их неторопливые, вразвалочку, движения, делали сходство с хищниками разительно-совершенным. Кольцера била крупная дрожь.

Первый гость бегло, но цепко оглядел комнату.

– Парень ушел недавно, его сайбер еще остывает.

– Надо торопиться…

– Кто вы такие? – пробормотал Кольцер, удивляясь собственному голосу – таким жалким, тонким и унизительно слабым показался ему этот голос.

– Да вы не бойтесь, мы добрые друзья лорда Далькроза, – густым баритоном ответил второй пришелец. Первый сопроводил этот ответ коротким смешком.

– Пожилым джентльменам вредно волноваться. Скажите нам правду, куда скрылся Далькроз. У нас к нему дело, очень важное дело.

– Какое?

Гость замялся лишь на секунду.

– У нас к нему письмо. Да. Именно письмо.

Кольцер отступил к столу и, собрав тело в робкий клубок, попытался проскочить на выход, его удержали рывком, грубо схватили за воротник.

– Люди, помогите!..

– Заткни ему рот, Бин. Старичок не по делу завопил.

– Да разве это был вопль? Это же самый обыкновенный шепот.

Они приблизились вплотную, от одежды врагов несло едким топливом и горькой полынью. Кольцера скрутили, толкнули на кушетку, рот залепили скотчем.

– С заклеенным ртом он не сумеет заговорить.

– Когда старичок развалится, это будет понятно по прищуру. Это всегда бывает видно.

«Разум Милосердный! Я стар, глуп, слаб и больше не могу помогать лорду Вэлу. Но я очень-очень боюсь боли. Разум, если ты есть, пошли мне немедленную смерть – прямо сейчас, пока я еще могу принять ее с достоинством».

Кольцер съежился и бессильно пошевелил связанными руками – запястья моментально до каменной тяжести онемели, зато ноги оставались свободными. «Сейчас я умру». Кольцер внезапно вспомнил собственное детство. Серого зайца, затаившегося в траве, – их было много в северном имении Далькрозов. «Я значу не больше зайца, даже меньше, ведь из их шерстки в деревне плели удивительные пушистые коврики – такие красивые. А я никому не нужная старая развалина».

В той, давно канувшей в прошлое жизни на зайцев охотились коршуны. Однажды совсем юный Кольцер поднял мертвого хищника. Мальчишка-слуга держал тяжелую птицу на вытянутой руке, за распластанное крыло. Из распоротого брюха сыпался пух и еще что-то красное, скользкое, отвратительное. Позже Кольцеру сказали, что иногда крупный заяц-самец может убить птицу молниеносным ударом задних лапок.