Чтение онлайн

— У меня была такая в детстве, — вдруг сказал Грэм.

Я поднял голову. Старик смотрел на рассветницу с каким-то странным выражением — не то грустью, не то ностальгией, а может и с тем и с другим одновременно.

— У многих из нас, кто тут играл, они были. Проплешина раньше была более насыщенной на огненную живу, я уже тебе говорил, поэтому и рассветницы водились повсюду. Мы их приручали, кормили, выращивали… А потом… — он вздохнул. — Потом они переместились, ушли глубже — туда, где огонь сильнее. Проплешина стала для них слабоватой.

— Тогда почему эта вернулась? Если это место стало недостаточно жарким для нее.

— Не знаю. Она бы и в глубинах выжила, если бы нашла укромное местечко. Скорее всего все из-за кристалла внутри, и она искала безопасное место, где сможет его…переварить. Надеялась, что тут никто не почувствует его. Ошиблась.

Я кивнул, звучало как будто бы логично. Я еще раз вдохнул горячий воздух проплешины и понял, что дико хочу пить. Вытащив бурдюк с водой, сделал несколько длинных глотков. А может дело в другом? Я ведь чувствовал, что проплешина стала горячее чем в прошлый раз, просто Грэм этого не ощущает из-за закалки. Для него тут находится не проблема, а вот я любое повышение температуры чутко ощущаю. Надо будет ему сказать.

Рядом уже копошился Седой. Пока мы разговаривали он дошел сюда и…ему было не до нас. Он с каким-то остервенением грыз тело угольницы.

— Этот старичок еще кое-что может, — заметил Грэм, глядя на мурлыку. А потом перевел взгляд на меня, на мои руки, всё еще сжимающие кинжал и на отсеченные куски щупалец, валяющиеся вокруг.

— Неплохо держался, — сказал он.

— Ты видел?

— Ага, хотел понаблюдать за тобой в бою, — ухмыльнулся Грэм. — Посмотреть, как справишься один. Ну… почти один.

Я открыл рот, но сразу его захлопнул. Бой был мне полезен, более чем. А осознание, что я один против более сильных тварей, без поддержки деда, неплохо так отрезвляло. Да и Грэм прав — только в бою можно посмотреть на что я способен. Тем более, что от серьезных ран меня прикрывала броня и…кинжал Грэма.

— А вот с ними, — указал Грэм на спрута, — Тебе очень повезло.

— В смысле?

Грэм подошел к трупу существа, наклонился и вытащил кинжал из сердцевины.

— Он живет в трещинах и охотится из засады. Хрен его выкуришь, если сам не вылезет. А повезло потому, что сердцевина их стоит немало. Надо будет вырезать — неплохие деньги. Вот поэтому и говорю, что повезло. Благодари ящерку, на которую они повелись.

Грэм достал все кинжалы и сказал:

— Я за добычей, которую оставил. Не помри, пока я буду ходить, понял?

— Понял.

Грэм хмыкнул и двинулся обратно, в сторону кипящих озер, скрывшись в плывущем мареве раскаленного воздуха.

Я остался сидеть на камне, чувствуя, как откат медленно накатывает волнами слабости. Мышцы дрожали, в висках пульсировала боль. Десятки применений усиления — это было слишком много за такой короткий промежуток.

Рассветница на плече тихо заворочалась, устраиваясь поудобнее. Её тепло было приятным, оно согревало, но не обжигало — похоже, она как-то контролировала свой жар.

Седой сидел рядом, всё еще жуя углехода. Теперь я мог подробнее рассмотреть полученные им раны. На его боку виднелся ожог от щупальца — проплешина выжженной шерсти и покрасневшая кожа под ней, были еще дюжина мест со следами укусов от змеи, но похоже особого неудобства они ему не доставляли. Мурлык выглядел довольным. Вернемся — нужно будет обработать все его раны мазью.

Виа, тем временем, закончила. Она отцепилась от высушенного щупальца и медленно ползла к телу одного из убитых жаровней. Я почувствовал через связь ее… голод? Нет, не совсем, что-то другое — она видела возможность в этих спрутах.

Лиана добралась до ближайшего спрута, присосалась к его щупальцу и начала поглощать ту энергию, что там еще была. И она, похоже, точно знала, что делает.

Огненные частицы проникали в нее — крошечные, почти незаметные сгустки красной живы. Они встраивались в ее ткани, меняли их, адаптировали — совсем как моя закалка, только… изнутри.

[Виа (Хищная Лоза)

Процесс адаптации: Активен

Устойчивость к огню: Повышается…]

Я втирал сок едкого дуба в кожу, терпел боль и кожа становилась крепче. Виа поглощала огненную плоть жаровня — и становилась устойчивее к огню.

[Виа (Хищная Лоза)

Устойчивость к огню: низкая -> средняя (в процессе)]

В голове мутило и подташнивало, но силы поделиться живой с Седым я нашел. Он довольно принял мою живу и только после этого отбросил мертвую тварь в сторону, довольно пискнув.

Пока ловил последствия отката, Грэм успел вернуться с добычей.

Я повернулся и увидел, что старик тащит две корзины: в одной — знакомые туши саламандр, оранжево-красных, а во второй…

— А это еще что? — я уставился на незнакомое мне существо.

Тварь напоминала помесь черепахи и краба: спину прикрывал массивный панцирь, покрытый острыми гребнями и наростами, а из-под панциря торчали шесть толстых лап с когтями и две клешни. Не удивлюсь если оно ими и камни могло дробить.

— Да, панцирник, — сказал Грэм, опуская корзины. — Не сказать, что сильно редкая тварь — в Глубинах частенько встречается. У него панцирь ценен, он почти несокрушим обычным оружием. Но я его не столько ради панциря убил, сколько ради мяса, вот оно у него…отменное. Но и панцирь, конечно, в работу пойдет — отдам Боргу.

Грэм поставил корзины рядом со мной и, достав кинжал, направился к мертвым жаровням. Он быстрыми и точными движениями вырезал из центра одного жаровня небольшой узел — тот самый пульсирующий сгусток, который я видел в бою. Только теперь он не светился, а лишь слабо мерцал.

— Ценная штука, — пояснил старик, укладывая сердцевину в отдельный мешочек, который запасливо взял с собой. — Алхимики используют для огненных зелий. Выручим неплохую сумму.

Он перешел к следующему жаровню.