Чтение онлайн

Один близкий мне человек, музыкант, при попытке войти в творческий коллектив столкнулся с ярко выраженным моббингом. Ему пришлось потратить несколько лет на достижение значительно более высокого профессионального уровня. В конце концов, он превзошел эту группу и по музыкальной, и по актерской линии, и она была вынуждена просить его остаться, когда тот в воспитательных целях заявил, что его приглашает на работу другой коллектив.

Хорошим методом, парализующим слаженную работу самоутверждающегося коллектива, является применение известного древнеримского принципа "разделяй и властвуй". Выявите нескольких неформальных лидеров в сплоченном хоре насмешников и попробуйте с ними побеседовать с каждым по отдельности. Может быть, вам удастся подружиться с кем-то из них. Высшим пилотажем с вашей стороны будет такое перераспределение сил в группе, что эти неформальные лидеры начнут ссориться между собой.

Можно обратиться и к формальному лидеру, к начальнику, и попробовать заручиться его поддержкой. На моей памяти было несколько таких случаев, когда привлечение начальника на свою сторону прекратило преследование. Правда, в качестве привлекающей стороны выступали женщины, использующие традиционный женский арсенал в виде кокетства и комплиментов шефу. В двух случаях это не имело никаких иных последствий, кроме того, что моббинг был прекращен, но в одном случае женщина из огня попала в полымя, и ей потом пришлось выдерживать длительную осаду со стороны шефа, истолковавшего комплименты затравленной сотрудницы как призыв к служебному роману. Эта начальническая осада оказалась едва ли не более сильной, нежели атаки сотрудниц.

В некоторых случаях травля может быть прекращена каким-то неожиданным экстравагантным поступком со стороны жертвы, повышающим уважение к ней и резко меняющим расклад сил. Мне известен случай, когда мужество, проявленное одним преследуемым сотрудником во время небольшого пожара, когда он спас жизнь нескольким людям, в том числе и своим мучителям, сразу вывело его в ряды неформальных лидеров.

Основной принцип, которого должна придерживаться жертва моббинга, - ни в коем случае не ломаться психологически, сохранять внутреннюю стойкость. В этом случае неважно, что вы примените в ответ на неприятные коллективные действия - останетесь в молчании выполнять производственные задания, сумеете разрядить сгустившееся поле неприязни, несколько раз рассказав остроумный анекдот, или будете жестко отстаивать свои права, с вызовом отвечая на каждую колкость. Главное, чтобы ваш ответ был убедителен и нес заряд силы, превосходящей все нападки.

Особым вариантом моббинга, заслуживающим отдельного разговора, является дедовщина в армии, причем по свидетельству различных авторов, российская армия выделяется этим "достижением" среди многих других армий мира, хотя это явление - интернациональное. Судя по публикациям, министерство обороны кое-что делает в этом плане, однако такие болезни быстро не лечатся. Армия с ее жесткой структурой и дисциплиной вообще является средой, где личность молодого человека, по сути еще мальчишки, подвергается колоссальному прессингу. Многие не выдерживают этого и либо покидают часть (причем такие побеги нередко кончаются трагически), либо даже накладывают на себя руки, причем процент подобных самоубийств достаточно высок и явно превышает те же показатели на гражданке. Те, кто прошел испытания, становятся значительно сильнее, хотя процесс нравственного огрубения после службы в сегодняшней армии в каком-то смысле неизбежен. Важно проходить подобные испытания с наименьшими потерями, а это возможно прежде всего в том случае, если человек заранее готовится к трудностям и более или менее представляет, в какую среду он попадет.

Вряд ли большое количество современных призывников будут читать эту книгу, хотя, может быть, кто-нибудь прочтет и натолкнется на эту главу. Однако у нескольких сотен тысяч призывников есть близкие, и может быть, первыми прочтут они, сделают свои выводы и каким-нибудь образом донесут вычитанную информацию до сознания тех, кому это адресовано. Именно это соображение побудило меня включить в свою книгу специально написанную статью моего друга, психолога Игоря Татарского, посвященную теме психологического выживания в армии. Он делится соображениями о том, как надо готовиться к армии, как там вести себя и как противостоять армейскому моббингу.

"О так: называемых неуставных отношениях слышали, наверное, все. Их можно разделить на две большие условные группы.

Первая группа включает в себя различные малоприятные "правила поведения" и ритуалы для каждого призыва. Эти "правила" передаются десятилетиями из поколения в поколение и касаются практически всех. Они немного отличаются в зависимости от рода войск и от географического размещения части.

Вторая группа - это просто издевательское поведение одних военнослужащих (более сильных) по отношению к другим (более слабым). Эти издевательства носят индивидуальный характер и зависят от конкретного садиста и его жертвы.

Чтобы это различие было понятнее, поясню на примере.

После ужина некий взвод отправляется "на картошку" - чистить на кухне картошку для всей части. Чистят, естественно, молодые солдаты - им "положено", а старослужащие лоботрясничают (в зависимости от степени попустительства офицеров "деды" могут пойти спать, пойти в другую роту поболтать с приятелями, выпить водки и отправиться "ловить" приключения и т. д.). Это "правила поведения".

Другой пример. Некий "ветеран" заставлял нескольких "сынков" поедать письма из дома, которые находил в их карманах. Причем давал на эту процедуру почему-то только две минуты. Поскольку с непривычки за это время письмо съесть довольно трудно, то он требовал, чтобы ребята тренировались на газетах. Ну и так далее. Так вот это действие можно отнести к категории индивидуальных издевательств.

Все эти неуставные отношения сильно попахивают смесью позднего рабовладельческого общества с ранним феодализмом. Они в значительной степени ослабляют боеспособность армии. С ними борются отдельные офицеры, военные психологи, юристы, священники, общественность. Однако проблема эта непростая и решается пока довольно медленно.

"Правила поведения" разделяются на две категории. К первой категории относятся те, что ущемляют права самого молодого призыва - на нем лежит основная тяжесть бытовой работы в казарме. Например, уборка в роте или на территории, кухня и т. п. В "поле", на боевом объекте бывает как раз наоборот - там основная ответственность лежит на более опытных старослужащих.

Вторая категория - это особые привилегии, касающиеся прослуживших от полугода и больше. Чем больше солдат или матрос служит, тем больше он имеет привилегий. Само наличие этих привилегий практически никак не ухудшает жизнь "молодых" - они просто не имеют "права" ими пользоваться, им "не положено". Например, старослужащие могут не ходить на зарядку и поваляться в постели лишних пятнадцать минут. Они могут ушивать форму, точнее, почти должны, иначе на них косо будут смотреть ребята этого же призыва, и "не поймут" молодые, мечтающие сделать то же самое. Прослужившие полгода могут, осторожно, конечно, не сразу расстегнуть крючок у формы и слегка ослабить ремень. Те, кто прослужил год, могут позволить себе расстегивать верхнюю пуговицу, не по уставу носить ремень, модифицировать свою повседневную или парадную обувь и т. п. Буйная же фантазия "ветеранов", прослуживших полтора года ограничивается только волей офицеров. Если офицер закрывает на это глаза, то "дедушка" может позволить себе абсолютно все.

Кстати, об одежде. Разница между старослужащим и молодым в одежде, в манере ее носить существует абсолютно по всем позициям: пуговицы, трусы, обувь, портянки, шинели, бушлаты, головные уборы, ремни, кокарды, брюки, погоны и т. п.

Неписаные "правила поведения", эти "положено - не положено" регламентируют абсолютно все стороны армейской жизни (за исключением боевой): прием пиши, ее количество, отход ко сну, место сна, место в машине или в клубе, место в строю, манеру строевого шага, время отбоя и подъема, порядок и форму отдыха, манеру ходить и говорить, порядок умывания, порядок увольнения в город, порядок соблюдения уставов. Например, выпить или удрать в самоволку может себе позволить только старослужащий. Если это сделает молодой, то ему очень крепко достанется. Есть даже такое определение: "пьянка" - "в бой идут одни старики".