Чтение онлайн

— Почему Джейн так сдержанна с тобой? — спросил Роб, когда мы все подготовили. — Я вижу, что беседы с тобой не вызывают у нее энтузиазма.

— Она беспокоится, потому что получает мои сообщения до того, как они будут показаны. Ты бы тоже заволновался.

— Но чего тут бояться? — поинтересовался Роб, как мне тогда показалось, нарочито невинным голосом.

— Это беспокоит ее.

— Но почему?

— Доска нейтральна. Сообщения в разуме — нет.

Со времени прошлого сеанса мы успели рассказать о своих экспериментах нашему другу Биллу Макдонеллу. Он в ответ поведал нам о видении, которое было у него несколько лет назад, когда он еще учился в колледже. Раньше мы от него об этом не слышали. Сейчас Роб спросил, что же видел Билл.

— Фрагмент своей собственной сущности. Прошлая личность, которая обрела секундную независимость на визуальном плане. Такие ошибки случаются.

— А осознавал ли этот «фрагмент» присутствие Билла?

Я едва расслышала вопрос Роба. С начала сеанса я слышала слова в своей голове до того, как они возникали на доске, и чувствовала потребность произнести их. Сейчас это желание стало сильнее, а я решила еще сильнее сопротивляться ему. Но мне было очень интересно — да и что может случиться, в конце концов? Я не знала — и это вызывало еще больший интерес.

Указатель начал отвечать на вопрос Роба:

— Все фрагменты личности существуют как бы внутри сущности, обладая собственным индивидуальным сознанием...

Указатель остановился. Я чувствовала себя так, как будто стою, дрожа, на высоком трамплине, а внизу люди с нетерпением ждут, когда я прыгну. На самом деле, на меня давили слова, которые возникали в моем мозгу. Я чувствовала, как они собираются вместе — горы существительных и глаголов — и перекрывают все остальные процессы в моей голове, ожидая, пока я произнесу их. Сама не зная, как и почему, я открыла рот и выпустила слова наружу. Так я в первый раз начала говорить за Сета, продолжая фразу, которую только что начала «доска Оуйя».

— Когда Билл заметил «видение» и осознал его присутствие, сам «фрагмент» как бы увидел сон. Сущность оперирует своими фрагментами, как вы бы сказали, подсознательно, то есть без сознательного контроля. Сущность дает «фрагменту» независимую жизнь, а потом в какой-то степени просто забывает о нем. Когда контроль на мгновение ослабевает, они оказываются лицом к лицу. Сущность не может следить за фрагментами личности, подобно тому, как сознательный разум не может контролировать биение сердца.

Слова прекратились так же внезапно, как и начались, и я уставилась на Роба.

— Ты сама себя слышала? — спросил он.

Я потрясенно кивнула:

— Смутно, как будто в моей голове шла радиопередача с другой станции. — Я помолчала и снова положила руки на указатель, решив, что на этот вечер с меня достаточно разговоров.

— Сет, ты можешь подтвердить переданное Джейн сообщение? — попросил мой муж.

— Да. Ей это поможет.

Я слегка расслабилась: сообщения снова приходили через указатель. Роб задал следующий вопрос:

— Значит, можно, например, встретить на улице свой фрагмент?

Указатель начал отвечать:

— Конечно. Я попробую найти аналогию, чтобы пояснить свою идею. Даже мысли представляют собой фрагменты личности, хотя и на другом плане...

Слова снова возникали у меня в голове, пока маленький указатель медленно и методично показывал их. Я помню ощущение нетерпения, а потом я снова закончила сообщение устно:

— Их необходимо переводить в физическую реальность. Фрагменты другого рода, которые можно назвать фрагментами личности, действуют независимо, хотя и под управлением сущности.

И снова слова просто прекратились. На этот раз я решила не позволять этому повториться, пока не обдумаю все как следует, о чем и сообщила мужу. Но все же мы продолжили говорить с доской.

— Джейн все правильно сказала, Сет? — спросил Роб.

— Да, — ответил указатель. — Ей надоедает ждать, пока доска покажет ответ.

— Хорошо, что хоть кто-то в этом уверен, — сказала я Робу. Но сейчас, когда мы снова вернулись к безопасной доске, я опять испытывала любопытство. Я попросила мужа задать вопрос, может ли кто-то из нас работать с указателем в одиночку, и указатель предложил нам попробовать. Роб положил на него руки и задал вопрос, но он почти не сдвинулся с места. Тогда мы снова прикоснулись к указателю оба:

— Что ты об этом скажешь, Сет?

— Не очень хорошо. Вероятно, любые контакты с тобой будут включать внутренний визуальный ряд. Джейн, скорее всего, сможет получать мои сообщения напрямую. В любом случае, контакт возможен не всегда. Для вас это неудобнее, чем для меня.

— Хмм, — протянул Роб, мы засмеялись и закончили сеанс.

Я не знаю, что почувствовал тогда Роб, если бы понял, что Сет понимает под «внутренним визуальным рядом». Сейчас, когда я пишу эти строки, я помню только, что он был очень удивлен своими первыми внутренними видениями, которые были необычайно яркими. Мы вернемся к ним позже. В тот вечер нас, естественно, в первую очередь интересовал мой устный опыт. Если бы я знала, во что это превратится на следующем сеансе, то, наверное, у меня бы случился нервный срыв.

Следующий месяц приготовил для нас такие удивительные открытия, что мы едва не прекратили все эксперименты. И в то же время мы испытывали душевный подъем. Если мир и реальность больше, чем нам казалось, то мы хотим знать об этом. И мы до сих пор продолжаем узнавать, потому что на сеансах всегда появляется что-то новое. Уроки Сета продолжаются, и у нас есть множество вопросов, которые ждут ответа.

Итак, 8 декабря Сет появился впервые, 15-го я в первый раз говорила за него. Вскоре, когда мы отказались от доски, его личность начала выражать себя с большей свободой. Этот процесс необычайно увлекателен. Я посвящу некоторое время ранним сеансам, чтобы познакомить вас с информацией в том порядке, в каком ее давал Сет, и показать вам, как он появлялся как независимая личность.