Чтение онлайн

– Йес, босс! – буркнул Костин. – Можно до утра подождать? Извините, генерал, спать охота, сил нет.

– Сама мечтаю в кроватке очутиться, – призналась я.

– Лампа, вы проснулись? – раздалось над ухом.

Я села и с закрытыми глазами спросила:

– Кто здесь? Который час?

– Девять пятнадцать, – ответил женский голос. – Это я, не узнали?

Мои веки приподнялись, я увидела Розу Леопольдовну, которая держала в руке белую блузку.

– Вот, погладила вашу кофточку, – сказала няня. – Джинсы почистила, повесила на стул.

– Привет! – донеслось от двери.

Повернув голову, я увидела Кису, одетую в праздничное платье и лаковые туфельки. Волосы девочки были завиты штопором, на макушке колыхался огромный бант.

– К нам приехали гости, – сообщила девочка. – Тетя и дядя с фотоаппаратом. Они пописать пошли!

Я не успела сообразить, о ком говорит малышка, – в спальню вбежали собаки. Шею Фиры украшал мой розовый шелковый платочек, купленный в Париже, Муся щеголяла в жемчужных бусах, а Боню нарядили в ярко-голубой комбинезон с красными пайетками.

– Сегодня же не Новый год? – потрясла я головой. – Вроде лето на дворе.

Роза Леопольдовна расхохоталась.

– Ах, дорогая Лампа, вы такой остроумный человек! Новый год в июле! Ха-ха-ха!

Я покосилась на Краузе. Что происходит? Отчего она, словно проштрафившаяся мопсиха, метет хвостом? До сегодняшнего утра мои шутки не вызывали у нее бурного восторга, наоборот, няня всегда спорила со мной. А сейчас даже в ладоши захлопала.

– Мы готовы! – закричал незнакомый женский голос. – Можно снимать!

– У нас правда кто-то в гостях? – удивилась я.

Роза Леопольдовна пошла красными пятнами.

– Ну… э… замечательный туалетик «Розовое счастье»… он… ну… Лампа, дорогая. Любимая! Карьера Мирона в ваших руках! Умоляю, дайте интервью журналу «Бытовая проблема». Его представители сейчас в санузле.

– Что журналисты делают в уборной? – обомлела я.

– Ждут вас, – пролепетала Краузе. – Сами же велели Мирону подойти к девяти утра.

– Ничего не понимаю! – воскликнула я. – Вашему мужу надо отсоединить биотуалет от трубы, ведущей на кухню Златовой. При чем тут репортеры?

– Милый! – заорала няня.

В дверь всунулась всклокоченная башка ее супруга, затем в комнате нарисовался весь Мирон и молча уставился на нас.

– Забери Кису, собак и налей корреспондентам чаю, – распорядилась его жена. – Лампочка сейчас оденется.

Парень поманил девочку пальцем, та пошла к нему. Мирон поднял Кису на руки и посмотрел на мопсих. Собаки на взгляд не отреагировали. Супругу Краузе все-таки пришлось открыть рот, и он нашел одно-единственное слово, волшебным образом подействовавшее на четверолапых:

– Сыр!!!

Муся и Фира сорвались с места с такой скоростью, что их задние лапы несколько секунд скребли когтями пол на одном месте, потом толстую попу Фиры занесло влево, а тощая Муся, успев опередить сестрицу, скрылась в коридоре. Фира взвизгнула, выправила траекторию движения и тоже исчезла за дверью. Через секунду я услышала звон и крик Кисы:

– Разбился!

Похоже, Фира, включив спортивный режим бега, не смогла вовремя остановиться и врезалась в этажерку, на которой стоят чайнички для заварки.

– Сейчас все объясню, – зашептала няня.

– Валяйте, – велела я.

Роза Леопольдовна затараторила.

Если исключить из ее рассказа бесконечные восхваления Мирона, то суть истории проста. Муж Краузе не имеет постоянной московской регистрации, поэтому никак не может устроиться на хорошо оплачиваемую работу. И вдруг – удача! Роза Леопольдовна на детской площадке познакомилась с женщиной, которая служит няней у самого Льва Борисовича.

Краузе замолчала и выжидающе уставилась на меня.

– Понимаете, да? Вы же знаете, кто такой Лев Борисович?

– Нет, – ответила я.

Краузе всплеснула руками.

– Как же так? Господин Клоткин владеет фабриками по производству сантехнического оборудования, а еще ему принадлежит журнал «Бытовая проблема». Лев Борисович выпустил новинку «Розовое счастье», и ее надо разрекламировать. Нужна известная личность, готовая рассказать, как хорош биотуалет. Но звезду никак не могут найти!

– Неудивительно, – хихикнула я.

Роза Леопольдовна откашлялась.

– Я сразу поняла: вот он, шанс Мирона. И сказала няньке Клоткина: «Я служу у знаменитости, Евлампии Романовой, которая вела программу на радио «Бум», а скоро будет работать на телевидении. Уговорю ее стать лицом биотуалета «Розовое счастье», если Лев Борисович возьмет Мирона на постоянный оклад».

– Лицо биотуалета… – в полном обалдении повторила я. – Звучит необычно. На мой взгляд, для рекламы унитаза более подходит другая часть тела. Роза Леопольдовна, я не принадлежу к подвиду селебретис. На «Бум» работала сто лет назад и давно забыла об этом [9] .

– А вот Интернет вас помнит, – потерла руки Краузе. – В Сети есть полная ваша биография, я читала ее с интересом.

– С ума сойти! – удивилась я.

– Да, да, – закивала няня. – Еще там указано, что госпожа Романова служила в театре «Лео» [10] . Поэтому вы можете называться актрисой.

– М-м-м… – протянула я, не зная, как отреагировать на эти слова.

Роза Леопольдовна молитвенно сложила руки.

– Лампа, дорогая! Пожалуйста, скажите репортерам пару слов! Похвалите сортирчик, он на самом деле хороший. Тогда Мирона примут на фирму. Он прекрасный работник, креативный. «Розовое счастье» навсегда вам останется. Еще и скидочную карту дадут!