Шрифт:
Привязанность
Говорить о поэзии Сергея Васильева – мало не покажется. Но читать надобно больше. И при этом делать некое нравственное усилие, ибо автор он несколько потаенный (как, кстати, и вся нормальная русская поэзия) и в то же время держит полуседой чуб на ветру. Вроде бы мыслей на ветру не бывает, но сквозняк в стихах необходим. И вот это горькое свободное дыхание смешивается с бродильным окаянным опытом жизни… и возникают васильевские стихи!
И совсем неважно, что он вступил в настоящий мужской возраст. Я страх как не люблю деление творчества художника на юность, возмужалость и старческую мудрость. В конце концов отроческий лермонтовский «Парус» ничуть не слабей многоцитируемого «Демона». И Сережа Васильев сегодняшний мало отличается от вчерашнего. Так же скуп на слова, так же любит библейские мотивы, обращается напрямую к читателю – то ли выдуманному, то ли реальному, так же легок в посвящениях. Правда, стал горше, звеняще горше. А это ох как много значит!
На мертвых деревах трещат трещотки,История припудривает щеки,Чтоб не кровавой, а румяной стать,Чтоб пошептаться о своем кумире:Воюя, сладко говорить о мире,Так можно и от Бога не устать!И все-таки, утверждаю, угрюмство не свойственно Васильеву. Поэт он не цветной, не красочный, он раздумчивый и до донника прозрачно-светлый. И все его иудейские и эллинские мотивы быстро тают в тумане души, остаются простецки щемящими, вроде:
Господи, да что же с намиДелается временами?Над тобой и надо мнойДождичек идет грибной,Будто бы напоминая,Что придет пора иная,Где печаль стоит стеной,Где не будешь ты одной…Прекрасно понимаю, что Сергею Васильеву страсть как хочется выйти на многолюдный надмировой уровень. Отсюда в стихах иногда сквозит натужное философствование и различное умствование. Но природа берет свое! И оказывается – хоть гекзаметром, хоть триолетом – нельзя не помянуть речку Терсу – истинную поилицу и кормилицу васильевской поэзии.
Я пристрастен к нему, к его картавости, даже к его загульности. Одного поля ягоды, скажете вы. И это правда, потому что надо же на земле чтить друзей, привечать женщин и безоглядно любить природу. С ее домашним и диким зверьем. Сергей Васильев это умеет – и пронзительно, и лукаво. Вот потому и посему среди множества его поэтов-однофамильцев я выбираю и ценю после Павла Васильева нашего Сережу Васильева и прошу читателей одобрить мое мнение. Он, столько лет слагающий пусть не праздничные, но житейски нужные стихи, стоит того.
Василий МАКЕЕВ
1
«Державинская ода глубока…»
«Речь не о том, что настали трудные времена…»
«Сталинград-то хорош, а Волгоград…»
Крит
Книги из серии:
Без серии
Эпоха Опустошителя. Том VIII
8. Вечное Ристалище
Фантастика:
аниме
фэнтези
попаданцы
рейтинг книги
Начало шторма
9. Громовая поступь
Фантастика:
фэнтези
рпг
рейтинг книги
На границе империй. Том 9. Часть 2
15. Фортуна дама переменчивая
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
рейтинг книги
Герой
4. Варяг
Фантастика:
альтернативная история
рейтинг книги
На границе империй. Том 3
3. Фортуна дама переменчивая
Фантастика:
космическая фантастика
рейтинг книги
Рассвет русского царства. Книга 2
2. Новая Русь
Фантастика:
альтернативная история
попаданцы
историческое фэнтези
рейтинг книги
Товарищ "Чума" 2
2. Товарищ "Чума"
Фантастика:
городское фэнтези
попаданцы
альтернативная история
рейтинг книги
Три `Д` для миллиардера. Свадебный салон
Любовные романы:
современные любовные романы
короткие любовные романы
рейтинг книги
Гром Раскатного. Том 1
1. Штормовой Предел
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
аниме
рейтинг книги
Драйв Астарты
5. Конфедерация Меганезия
Фантастика:
фэнтези
рейтинг книги