Чтение онлайн

Его расстроило то, что она так далека от Бога, но порадовало, что она стала с ним разговаривать.

— У тебя был хороший учитель фехтования, — выдал он наконец одно разумное предложение.

— Учительница! Я скучаю по ней… — Внезапно она повернулась и посмотрела на него. — Мне очень жаль, что я хотела сделать тебе больно. Тогда, на дуэли…

Люк не любил вспоминать об их поединке.

— У меня тогда был тяжелый день, — пробормотал он.

Она ухмыльнулась, ее глаза засияли в свете звезд.

— Против меня у тебя всегда были бы тяжелые дни. Я лучше фехтую.

Люк обиделся. Это неправда! Кроме того, перед этим он дрался с Бернадеттой и не отдохнул перед дуэлью с Гисхильдой. Он открыл рот… и промолчал. Если он что-нибудь скажет, свет в ее глазах померкнет, а ему этого не хотелось.

— У тебя тоже была хорошая учительница, — сказала она. — Это не очень часто бывает, что тебя тренирует рыцарь, прежде чем ты попадаешь сюда, правда? Я имею в виду… Всех рекомендуют рыцари ордена… Но чтобы провести так много времени с одним из них, так бывает редко, правда?

Люк был в этом не совсем уверен, но кивнул. Ему хотелось, чтобы в них обоих было что-то загадочное.

— Каково было с сестрой Мишель?

Что она имела в виду? Что она болела чумой? Что было несколько замечательных дней, а потом он ее разочаровал…

— Хорошо!

Этого должно быть достаточно в качестве ответа.

Гисхильда надула губы.

— Ну же, я ведь рассказала тебе про Друстана. Что ему нравится расстреливать стулья. Теперь твоя очередь. Расскажи мне что-нибудь смешное.

Люк вспомнил, как они с Мишель лежали на краю колодца.

— Она доверила мне тайну.

Он не сдержал ухмылки. Сумеет ли она оседлать медведя?

— И?..

— Я не могу тебе этого сказать. Это же тайна. А я никогда не выдаю доверенных мне тайн, — торжественно произнес он.

И не сдержал улыбки. Было просто невозможно представлять себе Мишель на медведе и оставаться при этом серьезным.

— Ты дурак! Чего смеешься?

Он захихикал.

— Я действительно не могу тебе этого сказать. Тогда ты не сможешь смотреть на Мишель без улыбки, и она поймет, что я ее предал. Могу доверить тайну о себе.

Она оценивающе поглядела на него. «Вероятно, мои тайны не имеют особого значения», — обиженно подумал он.

— Давай.

Но настроение было уже не то, чтобы рассказывать что-то о себе.

— Ну?

Он вздохнул. О своих страхах и белой женщине говорить ему не хотелось, хотя она поняла бы его лучше, чем кто-либо. С ней нужно быть осторожным. Она язычница! И он не имеет права якшаться с идолами! Лучше всего вообще не разговаривать с идолопоклонницей.

— Итак, ты и свои тайны предпочитаешь держать при себе.

— Нет! Я расскажу тебе то, что доверил Мишель. Мою самую заветную мечту. Я хочу стать рыцарем…

— Ах! Такого от послушника Валлонкура я действительно не ожидала.

— Не будь такой вредной! И дай мне договорить. Я хочу стать рыцарем, таким, как в старых сказках и былинах. Таким, который служит принцессе. Преданным ей, когда от нее все отворачиваются, и готовым сразиться даже с драконом, чтобы спасти ее.

Гисхильда глядела на него широко раскрытыми глазами. Ее нижняя губа задрожала. Похоже было, что она вот-вот расплачется. Но вместо этого выругалась.

Люк не знал, какой реакции ожидал от нее, но уж точно не такой.

— Принцесс больше нет! — сердито выдавила она. — Твоя Церковь убирает всех королей. И нет больше принцесс. Остается только парочка благородных семей, которые согласны на то, чтобы в будущем право говорить имели только священники. Твоя мечта никогда не исполнится. А драконы… Драконов даже в Альвенмарке больше нет!

— Но дочери бывших королей…

— Если кто-то почти король, то его дочка — почти принцесса. А знаешь ли ты хоть одну историю о том, чтобы рыцарь спасал девушку, которая была бы почти принцессой? Твоя мечта — сплошная чушь!

Ну довольно! Похоже, было ошибкой разговаривать с этой глупой гусыней. Пусть одна сидит под Полярной звездой и размышляет.

— Теперь я должна рассказать тебе свою тайну…

Люк поднял руку, и она умолкла. Гисхильда обернулась. Какой-то звук… Цокот копыт! Это мог быть только Друстан. Но он ехал с другой стороны!

— Ты спрячешься здесь. Я его отвлеку. А потом ты незаметно проберешься в свою постель.

— Но…

— Ты крадешься лучше, чем я. Меня он в любом случае увидит. Будет вполне достаточно, если накажут только одного из нас.

Не дожидаясь ответа, он бросился вниз по склону холма навстречу всаднику. Когда Друстан выехал из-под сени деревьев, Люк изменил направление, желая отвлечь рыцаря от барака.

— Стой! — прозвучал голос, похожий на удар кнута.

Люк побежал еще быстрее. Он был слишком близко к бараку. Друстан увидит Гисхильду.

— Стоять!

Люк не решался оглянуться, петляя, словно заяц, которого травят собаками. Грохот копыт становился все громче! А потом Люк получил пинок в спину и упал в мокрую от росы траву. Задыхаясь, он хватал ртом воздух.

Рука грубо схватила его за плечо и перевернула. В темноте он едва мог разглядеть лицо Друстана.

— Люк де Ланцак! Похоже, ты не очень-то принимаешь меня всерьез, мальчик. Думаешь, я не накажу тебя, потому что сестра Мишель очень высокого мнения о тебе? Что ты здесь делаешь?

Люк вспомнил блеск звезд в глазах Гисхильды. Краткий миг, когда она выглядела счастливой.

— Я смотрел на свет Полярной звезды. Сегодня ночью она светит особенно ярко.

— Да ты у нас поэт, оказывается. Странно, что я раньше этого не замечал.