Шрифт:
Демократия – это когда два волка и ягненок голосуют насчет обеденного меню. Свобода – это когда хорошо вооруженный ягненок оспаривает результат такого голосования.
Бенджамин Франклин
Нас только двое
1
Олег, не отрываясь, смотрел в иллюминатор – Марс открывался перед ним во всей красе, кровожадно пожирая свободное пространство звездного неба. Наконец вокруг не осталось ничего, кроме бескрайних оранжевых дюн. Олег краем глаза покосился на свою спутницу. Линда спала, откинувшись в кресле. Юноше оставалось лишь недоуменно пожать плечами. Он совершенно не мог понять, как можно спать в такие торжественные минуты.
Вдруг ему показалось, что сон девушки отнюдь не спокойный, а тревожный, и он даже задумался, не стоит ли ее разбудить. В сущности, о Линде Олег знал очень мало. Так же как и он, девушка стала победительницей одной из планетарных олимпиад, за что и удостоилась чести побывать на красной планете. Еще ему было известно, что у Линды нет родителей, и она воспитывалась в интернате.
Олег не отважился будить Линду, а пользуясь случаем, попробовал подвергнуть анализу ее внешность. У попутчицы были роскошные темные волосы, прямой правильный нос. Хотя лицо выглядело немного детским, становилось ясно, что скоро Линда превратится в настоящую красавицу.
«Нужно ковать железо, пока горячо…» – начал строить планы Олег, но в этот момент девушка неожиданно открыла глаза.
– Что, прилетели? – озираясь по сторонам, спросила она.
– Подлетаем, – поспешил ответить юноша.
Пол под ногами вздрогнул, что могло означать только одно – космический челнок опустился на поверхность Марса.
В зале прилета марсианского космопорта все обстояло именно так, как предполагали земные путешественникам. Ведь они сотни раз видели по телевизору изображение этого грандиозного пространства, откуда сквозь высокие окна открывался умопомрачительный вид на Нериену. Укрытая сверхпрочным куполом из стеклостали, столица Марса напоминала огромную жемчужину, выброшенную на далекий берег.
– Олег Новак и Линда Шумски, – Олег протянул сотруднице миграционной службы документы. – Мы по специальному приглашению.
Девушка за стойкой согласно кивнула и, не утруждая себя дотошной инспекцией, поставила штампы в межпланетные паспорта. Затем она ввела данные в компьютер и выдала подросткам два полупрозрачных браслета.
– Что это? – удивилась Линда.
– Ваши электронные документы, – пояснила работница космопорта. – Наденьте их и никогда не снимайте, таковы правила.
Накинув на плечи рюкзаки, Олег и Линда присоединились к довольно жидкой веренице других пришельцев, направлявшихся к выходу. Шатлы брали на борт не более тридцати человек, поскольку основную часть их отсеков заполняли различные грузы, в которых срочно нуждались возрожденные после периода хаоса марсианские поселения.
Повсюду на стенах были видны приветственные плакаты КОМа – Корпорации освоения Марса. Олег едва не потерялся, засмотревшись на один из них.
Линда решила поманить его рукой и нечаянно кинула взор на свое новое марсианское украшение.
– Посмотри, он стал белым, – сообщила она юноше, демонстрируя браслет.
– И мой тоже, – подтвердил Олег. – Наверное, это значит, что устройство активизировалось.
Перед шлюзовой камерой находились длинные ряды стоек с кислородными масками. На Марсе давно создали искусственную атмосферу, но воздух был сильно разрежен, как на земных высокогорьях. И если старожилы колоний в результате продолжительной акклиматизации дышали свободно, то новых переселенцев подобный состав мог искалечить или даже убить.
Патрульный на выходе придирчиво проконтролировал, чтобы все вновь прибывшие удостоверились, что их аппараты для дыхания исправны. Только вслед за этим он нажал кнопку, открывавшую дверь.
Оказавшись вне здания, новые покорители Марса невольно замерли, словно желая запечатлеть в своей памяти тот миг, когда они впервые ступили на поверхность далекой планеты. Их уже поджидал транспорт, медлить было нельзя, но все-таки Линда с Олегом успели сделать то, чего не могли не сделать. Не сговариваясь, они приподняли кислородные маски и вдохнули живой воздух Марса.
По правде говоря, воздух ничем не отличался от земного. Олег внезапно поймал на себе взгляд комовского охранника.
– Простите, это, кажется, против правил, – виновато произнес он.
– Против правил… но когда я прилетел сюда, поступил точно, как вы, – разоткровенничался собеседник. – Впредь так себя не ведите, иначе заработаете головную боль недели на две. И это в лучшем случае.
– Еще раз извините, – Линда потянула товарища за рукав, чтобы они не опоздали сесть в гравилет.
– Сколько же вам лет? – скучающий на посту комовец настойчиво хотел продолжать разговор.
– Нам по шестнадцать, – ответил Олег.
– Дети? – изумился колонист. – Как же вас сюда пропустили?
– Мы выиграли олимпиаду и нам устраивают экскурсию, – сухо отозвался юноша.
Как и большинство его сверстников, Олег терпеть не мог незаслуженного причисления к малолеткам. Чтобы избежать дальнейших расспросов, он торопливо зашагал прочь.
2
Едва пассажиры разместились в отсеке, тяжелый двустворчатый люк захлопнулся, и летательный аппарат, бесшумно поднявшись над поверхностью, понесся к Нериене.
Линда следила за мелькавшими в иллюминаторе скупыми марсианскими пейзажами, и ей почему-то вспомнился разговор с Куртом Таллом, ее наставником.
– Как ты знаешь, в космос могут попасть только совершеннолетние, – сказал Курт. – Для вас с Олегом специально сделали исключение.
– Я готовилась и смогу выдержать перегрузки, – без тени сомнения отреагировала Линда.
– Вас будет только двое в чужом незнакомом мире, а это очень тяжело. Физические неудобства – не самое главное, – предупредил Талл.
Он испытывающе посмотрел на Линду – почти так же, как в тот самый день, когда она впервые пришла к нему на тренировку.
– Ты справишься, я в этом абсолютно уверен, – пришел к выводу Курт. – Из всех моих учеников – ты самая стойкая. Препятствия тебя не останавливают, а побуждают к действию.
Гравилет лег на крыло и начал заходить на посадку. Поскольку подростки вскочили в него последними, им достался приоритет в очереди на выход. Их встретил полутемный, местами весьма обшарпанный ангар, в котором было страшно зябко. У трапа выстроилось несколько вооруженных мощными бластерами комовцев в защитной униформе.