Чтение онлайн

В ответ все более-менее единодушно кивнули и согласно пробормотали. Треван высказался за остальных, встав и принявшись убирать со стола.

— Я так думаю, леди Келли… если только вы понимаете, что никто из нас не говорит за Сейбера и Ридана. Могу сказать с достаточной уверенностью, что мой близнец, Ридан, будет вести себя пристойно в вашем присутствии. Только, когда его часы будут совпадать с вашими, и если вы оставите его в покое в остальное время и не станете покушаться на его жилище. Но никто из нас не говорит за Сейбера. Верно, Вулфер?

Крупный мужчина поднял руки, словно защищаясь.

— Это его судьба, не моя! Признаюсь, что в основном разделяю мнение Доминора, - добавил он, глядя на неё, а кончиками пальцев продолжая нежно касаться плетения, опутывающего его левое запястье, что казалось странным для этого самого крупного и физически сильного из братьев. Келли задумалась, что означало для него это плетение, но он снова заговорил, привлекая её внимание:

– Я не так уж охотно следую за другими, будь-то женщина или мужчина. Мы терпим верховенство нашего брата, так как он старший и глава семьи. И я мирюсь с нечастыми вспышками темперамента Морганена, так как уважаю его силу. Но я в основном сам себе господин. Я же Волк.

– Тогда считайте меня альфа-самкой стаи, если вы уж так настроены на волчье, - твёрдо заявила Келли. Коранен поднялся и стал помогать Тревану.

– Я — единственная женщина здесь, но если бы было иначе, всё равно я могу и буду самой злобной сучкой в округе.

Вулфер заворчал, взял чашку, не согласившись, но и не возразив в ответ на её заявление.

Доминор, глядя на неё, нахмурился.

— А сколько вам лет?

– Двадцать семь. Я привыкла сама управлять своей жизнью, - добавила она. — Это единственный способ для Дойлов переживать.

– Переживать что? — нахмурившись, спросил Сейбер, входя в главный зал и успев услышать только её последние слова.

– Жизненные несчастья, - не задумываясь, ответила Келли.

Все, включая её саму, застыли.

– Вот оно! — воскликнул Треван, указав на неё одной рукой, удерживая другой груду тарелок. — Она — Несчастье! Она и есть Беда! Бог знает, что никто в Катане не поможет нам пережить её, поэтому очевидно, что нам придётся самим с этим справляться!

Несколько братьев подавили смешки, остальные только моргнули в изумлении и шоке от такой возможности.

– О, ха-ха, просто обхохочешься, - ответила Келли, невольно поморщившись. Позади неё напрягся Сейбер.

— Если вы, и правда хотите знать, как пережить «Бедствие Келли», приспосабливайтесь или отправляйтесь в море! Как старшая женщина Сумеречного Острова, я собираюсь управлять вами, пока это место не станет соответствовать моим жизненным стандартам. Женским стандартам, джентльмены, а не стандартам кучки необузданных, ленивых холостяков. Это место больше не будет покрыто грязью ваших собственных «идеалов», - решительно заявила она, глядя на мужчин за столом. — У вас есть полчаса, чтобы заняться своими делами, а потом вернуться сюда за указаниями по уборке.

– Ты отправишься назад в свою комнату! Ты не будешь командовать моими братьями!

Келли устроила омлет между двух кусочков сыра и двух кусочков поджаренного тёмного хлеба.

– Вулфер, прошу, будьте любезны, сообщите своему близнецу, что я отказываюсь слушать того, кто на меня кричит. Четвёртое правило, знаете ли.

– Что? Вставай! Ты возвращаешься в свою комнату! — он навис над её креслом, чтобы схватить за руку и заставить встать.

– Правило номер шесть! — заявила Келли, пытаясь быстро доесть бутерброд с омлетом и сыром и, конечно, не собираясь повиноваться. — Никто не хватает меня за руку. Исключение: спасение моей жизни! Никто не будет грубо хватать меня за руку и куда-то тащить. Вулфер, скажите этому грубияну отпустить меня! — добавила она, крепко вцепившись в подлокотник кресла свободной рукой, стараясь при этом ещё и удерживать в руке, которую сжимал Сейбер, бутерброд.

– Сейбер, леди Келли требует, чтобы я передал её желание: отпусти…

– Я слышал! — Сейбер так неожиданно отпустил руку гостьи, что она снова грохнулась в кресло. Для такой хрупкой девушки, она была довольно сильной. Или, скорее, очень целеустремлённой. Одной рукой мужчина ударил по столу, а другой схватился за спинку её кресла, снова нависая над ней.

– Ты поднимешься наверх в хозяйскую спальню, а я тебя там запру!

– Вулфер, передайте брату, что он пытается нарушить правило номер два. О, и джентльмены, внимание, правило номер семь: - любой, кто нарушит правила четыре раза в день, будет «есть грязь».

– Брат, - ты нарушаешь правило номер два, - благоговейно сказал самый крупный из братьев, сверкая весельем золотых, похожих на волчьи, глаз.

– О чём во имя Джинги вы двое говорите?
– спросил Сейбер, сначала посмотрев на неё, а потом на своего близнеца. Другие молча и быстро убирали со стола, стараясь держаться подальше от этих троих. Но ссора так же была им интересна, поэтому они не хотели уходить до её окончания.

Вулфер ничего не ответил своему брату-близнецу, а через минуту, повернулся к Келли, которая демонстративно игнорировала требование Сейбера.

– Леди Келли, один из моих братьев желает узнать, о чём мы говорим. Вы хотите, чтобы я объяснил ему?

– Сообщите этому несдержанному джентльмену, что правило номер один — никакого насилия. Правило номер два — не запирать меня нигде. Правило номер три: я собираюсь платить за комнату и еду шитьём и любой другой посильной работой. Правило номер четыре: не повышать на меня голос. Правило номер пять: я оставляю за собой право устанавливать другие правила, в зависимости от ситуации. Правило номер шесть: меня нельзя хватать просто так, и правило седьмое: любой, нарушивший правила четырежды в день, окажется на полу и ему придется «есть грязь», как я это называю.

– Брат, леди Келли желает сообщить тебе, что первые семь правил…

– Я всё слышал! — мрачно проворчал Сейбер, хмуро глядя на неё.

– Сообщите брату, что он уже нарушил три правила. Но так как правило номер семь только что вступило в силу, на сей раз я его прощаю. Также передайте, что ему милостиво дарован второй шанс «начать сначала»… - и тут Сейбер развернул её кресло, чтобы видеть лицо… - и ему следует воспользоваться этой возможностью и начать сначала, - весело продолжила она, глядя поверх его плеча, - и с этой минуты вести себя как истинный джентльмен.