Мечтатели
Шрифт:
– Что вы делаете?!
– Вы арестованы, мисс Мак-Куин. По подозрению в убийстве.
Николас Локвуд шел, освещенный мощными лучами прожекторов, питавшихся от переносного генератора. Это был высокий и худощавый мужчина с непокорными кудрями каштановых волос и по-моряцки пристальным взглядом серых глаз. Он остановился у неправильной формы бассейна, занимавшего основную часть террасы дома на «Сапожном Мысу». На противоположной стороне бассейна трудились врач и двое санитаров, пытаясь удержать жизнь, уходящую из тела Стивена Толбота. В лучах света видны были струйки крови, змеящиеся в алмазно-голубой воде.
– Вы обнаружили его? – спросил Николас. Полицейский, к которому он обратился, выглядел человеком весьма плотного сложения. Он был в аляповатой, взмокшей от пота гавайской рубахе и плетеной шляпе из пальмовых листьев, нахлобученной на голову.
– Да, так он и лежал. – Агент Канеохе покачал головой. – Чертовски много времени им потребуется, чтобы вытащить из него все эти ножи.
– Это не ножи, – пробормотал Николас.
У мечей, торчавших из груди Стивена Толбота, были кривые клинки и украшенные орнаментом резные рукоятки. Настоящие музейные экспонаты; таких, наверное, во всем мире не больше шести-семи.
– Что вы имеете в виду?
– Просто кто-то попытался умертвить Стивена Толбота весьма дорогостоящим способом.
Канеохе внимательно посмотрел на Локвуда.
– У вас есть какие-то соображения?
Канеохе знал, что до недавнего времени Николас Локвуд руководил службой безопасности в компании «Глобал энтерпрайсиз» – международной финансовой империи Толбота.
Николас смотрел, как санитары укладывают Стивена Толбота на носилки. Издалека отчетливо послышался рокот вертолета.
– Как и у всякого облеченного властью человека, у мистера Толбота были свои враги. Мой преемник расскажет вам обо всем этом.
– Вот именно, – негромко сказал Канеохе. – Вы переметнулись к Кассандре Мак-Куин. Скажите тогда, как же вас в таком случае сюда занесло?
– Мисс Мак-Куин приехала на Гавайи, чтобы обсудить с мистером Толботом кое-какие дела, – уклончиво ответил Николас. – Я думал, что она появится здесь. Но, очевидно, ее здесь не было.
Канеохе улыбнулся; зубы его блеснули на фоне темного лица цвета орехового дерева.
– В том-то и дело, что она здесь была! Ее перехватил наш патруль у Платиновой Мили. Неслась как бешеная, все платье в крови. Болтала, будто Стивена Толбота кто-то хотел убить.
Канеохе остался доволен эффектом, который произвели его слова на собеседника.
– С ней все в порядке? – спросил Николас.
– Да, все нормально. Ее сейчас везут в полицию. Николас не мог поверить тому, что услышал.
– Вы думаете, это ее рук дело? – спросил он, показывая на тело Стивена Толбота, которое везли к вертолету, приземлившемуся на газоне перед домом.
– Я читаю газеты, Локвуд, – резко ответил Канеохе. – Они с мистером Толботом были на ножах. Мисс Мак-Куин ведь сама призналась, что приезжала сюда сегодня ночью. Так что для начала у меня есть и мотивы преступления, и возможность.
– Ни черта у вас нет!
Канеохе пожал плечами.
– Вот когда мы снимем отпечатки пальцев с рукоятки ножа, да еще если Толбот до тех пор протянет, вы выскажете ваше окончательное мнение.
Мысли Николаса летели вперед, обгоняя зловещие слова полицейского. Если Стивен выживет, он обвинит Кассандру в покушении на убийство. То, что ее пальцы никогда не прикасались к этим мечам, не будет иметь ни малейшего значения. Стивен Толбот сделает все, что в его силах, чтобы отправить Кассандру на электрический стул. И не только потому, что она собиралась выставить его перед всем миром в истинном свете, рассказать всем о его безумии, но еще и потому, что двадцать пять лет назад Стивен Толбот сам покушался на убийство Кассандры – и неудачно.
А теперь, когда Кассандра в руках полиции, им никого больше не надо искать.
Но Николас должен продолжать поиски, поскольку предполагаемый убийца был все еще где-то рядом. Когда-то Николас едва не потерял Кассандру, и он не знал, как будет жить дальше, если потеряет ее теперь.
– Тебе прямо везет, милая. Мистер Толбот, оказывается, еще жив. Может, еще и отвертишься от вышки, а?
Кассандра дрожала от холода: в комнате был включен кондиционер.
– Моя одежда…
– Забудь ты про нее, милая, – ответила женщина в полицейской форме. – Вся эта кровь, она все равно не отстирается. Но мы тебе подыщем что-нибудь симпатичное, чтобы было в чем в суде появиться. Да и какая тебе теперь разница?
«Но я же ничего не сделала!»
С тех пор, как ее доставили в полицейский участок Гонолулу, Кассандра все повторяла и повторяла эти слова. Никому не было до них совершенно никакого дела. Женщина-полицейский усадила ее перед своим столом и принялась заполнять бланк ордера на арест. Затем Кассандру сфотографировали и сняли отпечатки пальцев.
– Я имею право на телефонный разговор.
– Конечно, имеешь. Позвонишь позже. Женщина-полицейский отвела ее в душ, велела раздеться и вымыться. От струй ледяной воды мышцы сводило судорогой. Кассандра яростно пыталась соскрести присохшую к коже кровь… Потом она насухо вытерлась полотенцем, и ей выдали жесткий, серый тюремный халат.
– Вот теперь можешь позвонить, – сказала женщина в форме, протягивая ей десятицентовую монету. – Учти.
Глубоко вздохнув, Кассандра опустила монету в щель автомата и набрала номер отеля, где они остановились с Николасом Локвудом.
«Пожалуйста… Пожалуйста, будь дома!»
Телефонистка соединила Кассандру с ее номером люкс. Но все ее надежды рухнули, когда она услышала долгие гудки: к телефону никто не подходил.
«Николас, где ты?»
Когда снова послышался голос телефонистки, Кассандра, переборов страх, попросила ее передать Николасу, что она в полицейском участке Гонолулу и нуждается в его помощи. Прижав телефонную трубку, она еще долго слушала гудки после того, как связь прервалась.
– Пойдем, – сказала женщина в полицейской форме, не без усилия вырвав из ее рук трубку.