Шрифт:
Не попади Даша в объектив камеры во время «Прямой линии» с Владимиром Путиным, ее смело можно было назвать собирательным образом не самой благополучной девушки из маленького российского городка. Сирота – мама умерла рано (об отце неизвестно), растил старший брат. Окончила 9 классов, в 18 лет родила дочку, отец ребенка в его судьбе принимать участие отказался. Даша работала кондуктором в автобусе, потом продавцом, с дочкой помогала тетя – жизнь не хуже, но и явно не лучше, чем у большинства. Контекст под стать: райцентр Апатиты рядом с крупнейшим в мире месторождением одноименного минерала (апатит – сырье для производства фосфорных удобрений), река Белая, обшарпанные пятиэтажки, площадь Ленина, обогатительная фабрика, Заполярье, сопки…История болезни. Однажды у девушки заболела спина. Потом боли стали повторяться. Записалась к врачу. В Апатитах живет 55 тысяч человек. И как в подавляющем большинстве малых городов, здесь с 2013 года оптимизировали больницу. Закрыли отделения гинекологии, хирургии, травматологии, кардиологии, роддом. Осталась только поликлиника и женская консультация. «Мы боролись за эту больницу как могли,– рассказывает подруга Даши Анна Тихоход,– письма писали в Минздрав. Толку – никакого». В поликлинике очереди. Толпы пожилых людей стоят за талонами. Дарье поставили диагноз – остеохондроз. Для дообследования отправили в больницу в Кировске (20 км от Апатитов). Там подтвердили, прописали массажи, мази. Когда через полгода лечения начались кровотечения, девушку повезли в областную больницу в Мурманск (от Апатитов пять часов). Там и выяснилось, что у нее рак 4-й стадии. Даше 24 года. Как будут развиваться события дальше? В курсе даже не специалисты: ожидание госпитализации, обследований, анализов, добывание лекарств… «Существуют установленные программой государственных гарантий нормативы, определяющие, сколько онкобольной должен ожидать помощи,– говорит ”Огоньку“ председатель исполнительного комитета ”Движение против рака“ Николай Дронов,– но у нас они часто превышаются. От постановки диагноза до начала лечения может и два месяца пройти, и три. У нас был случай, когда человек год ждал. Борьба идет за каждую бесплатную таблетку, за каждую бесплатную госпитализацию. Люди добиваются положенного лечения через суды». Дарье удалось ускорить события – в прямом эфире обратиться к президенту. Ее обращение видела вся страна: «У нас все закрыли. Не хватает узких специалистов, благодаря которым можно было бы вовремя ставить людям диагнозы. На необходимые обследования отправляют в Мурманск. Скорая помощь, бывает, не успевает довезти…» Сразу после эфира Даша разрыдалась, а областные власти вздрогнули и явили чудеса активности. Марина Ковтун – глава области – кинулась в Апатиты, оперативно навестила тетю Даши, пообещала отправить дочку Сонечку в хороший летний лагерь, потом в больнице принимала население, выслушивала жалобы. Через день в Апатитах уже сидел областной министр здравоохранения Валерий Перетрухин вместе с замами – два дня принимали людей. Потом эстафета по приему населения в «засвеченном» городе перешла к замглавврача Мурманского онкодиспансера. А еще Следственный комитет завел дело о «халатности врачей», и главный врач больницы в Кировске уволился. Кто же еще виноват? Но вот важная деталь: еще до подачи заявления об увольнении после всей этой истории главный врач Кировской больницы (он, напомним, обслуживает и Апатиты) подтвердил, что его лечебное учреждение укомплектовано врачами только на 62 процента. Нет в штатах и районного онколога: все анализы и обследования – в 200 км, в Мурманске.
Конец ознакомительного фрагмента.