Чтение онлайн

Сегодняшнего напряженного мира.

Кому это, к черту, надо сидеть на мысленном переезде и просто смотреть, как мимо катятся эти сцепленные идеи?

Подожди, тут у меня еще звонок.

Перенесемся в Музей Самоопределения Лас-Вегаса, помните, этот огромный и поразительно увлекательный образовательный комплекс. Однако Норманам трудно особенно радоваться музею, учитывая Событие, маячащее в ближайшем будущем.

Похоже, тысячи других людей в Музее испытывают то же чувство. Люди нервны, взвинчены. Все просто бродят по залам, убивают время, ждут.

Кто победил бы в схватке между медведем и акулой?

То есть подумайте-ка, если медведь (с нормальной головой) и акула вступили бы в конфликт, который невозможно мирно разрешить… кто бы победил?

Я бы за билет бы ел бы битое стекло, честно.

Виртуальный АкваПарк – это весело, потому что по-настоящему не намокаешь.

Единственная в Мире Азартная Мартышка, в общем-то, удивительная. Она играет в блэкджек и покер, в основном. Но вот чего в объявлениях не пишут: играет мартышка ужасно. Почти всегда проигрывает, как будто понятия не имеет ни о правилах, ни о цели игры.

Крупнейший в Мире Рекламный Щит огромен, мягко говоря, но немного удручает. Он не такой большой, как показано в Интернете. Картинки умеют лгать.

М-р Норман держит Кертиса за руку, и семейство идет по Музею пешком, и это хорошо – давно уже он этого не делал.

Кертис идет медленно, но слегка неуверенно, уставясь прямо перед собой. Ему, кажется, становится значительно лучше. Он ест сахарную вату и часть ее втирает себе в волосы. В музее он ни разу не сбежал, не заблудился, не попал под пулю.

Имеется тут и зооуголок с беззубым, обколотым медведем, у него остекленевший взгляд и свалявшаяся шерсть. Он лежит на боку и мелко дышит, а детишки его пихают. Есть тут, очевидно, и акула, но она не появляется из-за пластиковой скалы.

М-р Норман наклоняется к Кертису и говорит: «Готов к сегодняшнему вечеру, малыш?»

При виде служителей в масках животных дети ревут и удирают.

Он (м-р Норман) говорит: «Как думаешь, акула понимает, что нарвалась?»

Кертис не говорит ничего.

Мэтью говорит: «Ничего подобного, папа».

Плакат говорит: «Бесстрашные мужчины и женщины, основавшие эту страну, прибыли сюда в поисках лучшей жизни».

Плакат говорит: «Посетите завтра: «Медведь-пр. – Акулы II в исторической перспективе».

Человек в телефоне-автомате говорит: «Ты, мать твою, обещал, что достанешь детонатор».

Мэтью говорит: «Ждать, пока свершится история, – это отстой».

Где-то в океане водится такая акула, которая называется пряничной акулой. Isistis brasiliensis. Хотя это явная интернетовская фальшивка, я буду исходить из того, что такая рыба реальна, как исхожу из того, что американские астронавты высаживались на Луну, как исхожу из того, что Гренландия существует, как исхожу из того, что эксперты-биологи в 88 главе действительно обладают учеными степенями. Зовите меня простодушным. Я видел в Интернете картинки пряничной акулы. Животное некрасивое, жуткие глаза, богомерзкая пасть, но на вид – все-таки никакая не гроза пучин. Не то что большая белая, так называемая акула-людоед, и длиной не пятьдесят футов, как китовая. Она сигарообразная, угреподобная, 50 см максимум. (Как сообщит вам любая приличная приборная панель, это около 20 дюймов).

А пряничная акула – такое безобидное, да что там – такое потешное название, кто ж не любит пряники? И я, и мои друзья их любим, вот только: а вы знаете, почему она так называется? Акула эта прилаживается к какой-нибудь твари покрупнее, порой к другой акуле, своими толстыми «сосательными» губами и острыми длинными зубами и начинает быстро вращаться, чтобы выпилить из более крупного животного кусок плоти в форме пряника. Иногда этот кусок называют «живой пряник». У пряничных акул очень крепкие басихиали (см. выше) и могучие мускулы ректус цервицес в глотке, с тем чтобы создавать мощный «оральный вакуум». Согласно последним теориям, размеры пряничной акулы вводят в заблуждение прочих более крупных рыб – мелочевка, обманываются они. Когда более крупная рыба атакует эту «мелочевку», пряничная акула разворачивается и нападает на нападающего, используя поступательное движение более крупной рыбы как подспорье для выпиливания кусочка плоти, пряника. Могу также добавить, что на одном сайте говорилось, будто пряничные акулы оставляют кратеры и на прочных сонарных куполах атомных подлодок.

И вот ты, скажем, большая рыба. Эта на вид безобидная тварь с потешным названием наврет тебе, нанесет тебе мощный удар оральным вакуумом и навсегда проделает в тебе дырку.

Вот именно, что метафора, черт бы подрал.

Расскажи о Большом Дне в преддверии Большого события.

Пять часов, четыре часа, три часа, два часа…

Стоп-стоп. Примени захватывающие образы, меткие детали. Какая была погода?

Солнце. Жарко. Жарко как… я не знаю.

Что еще?

Что говорить? Я бы пропустил, если позволишь.

Я не позволю.

Я знаю.

Рассказывай.

Не знаю, спят. Да, спящее семейство. Ба, как же они устали, эти Норманы.

Брось.

Это правда. Это – чистая правда, я теперь понимаю.

Скучно.

Ну и.

Скучно – это плохо.

Не все в жизни – развлечение.

А в искусстве? А в романах?

Когда как.

Расскажи о Кертисе.

Спит, как и остальные.

С ним что-то не так. Там какая-то проблема. Это кризис, конфликт.

Мы занимаем выжидательную позицию.

Что с ним станет?

Я, как акулы и большинство других рыб, не умею предсказывать будущее.

Они все спят.

Да. Ну. М-р Норман не спит. Он не может спать. Он все поглядывает на Кертиса, дышит тот или нет.

И что?

Дышит ли?

Да.

Да.

Скучно. Но снаружи, на улицах Лас-Вегаса как будто большая вечеринка, что ли, да? Люди толкутся, пьют, празднуют, готовятся. Атмосфера веселья и ликования. Кое-где вспыхивают драки между сторонниками медведя и акулы. Да?

А вот, видишь ли, в том-то и дело, что нет никакого праздника. На улицах никого. Почти никого. Жара, яркое солнце и пусто. Жутковато так. Люди затаились, притихли. Такого в Лас-Вегасе не бывает, но сегодня это так. Что-то в этом не то. Чтоб было самое то – нужны люди. Без людей город выглядит.

Покинутым.

Хуже, чем покинутым. Вопиющим. В парке аттракционов «Мед-пр-Ак» нет очередей. Прокатиться на всех этих горках сейчас легче легкого. Три человека в «Мамашиной Берлоге» и, может быть, еще трое «На Неравных Условиях». Все вскидывают руки и кричат, как положено, но видно, что не от души. Кое-кто мог бы сказать: все словно саваном накрыто.