Медведь
Шрифт:
Хочу, чтобы она была здесь. Хочу отыграться на ней за подстроенную подлянку. Шкуру мне попортила… Бешеная кошка.
Выпороть бы ее…
А что мне мешает? Попа в наличии. Ремень тоже имеется. Осталось их соединить.
Но, пожалуй, все же надо одеться. Обойдемся без принудительного стриптиза. Не нравится мой болт — посмотрим, как тебе понравится мой ремень…
Я подхожу к стулу, куда впопыхах скинул одежду, когда торопился в душ. Снимаю полотенце. Натягиваю боксеры.
При этом смотрю на Юльку. Она отвернулась и упорно таращится в окно.
Такая напряженная… Голова втянута в плечи, вся как-то скукожилась… Да что с ней такое? Судя по ее обычно развязному поведению, голых мужиков она перевидела немало.
А от меня отворачивается. И не похоже, что демонстративно напоказ.
Я вижу, что ее реально трясет.
Может, это реакция на стресс?
Конечно, главный шок пережил я — когда приземлился спиной на осколки. Но и она распереживалась. Как бы я ни был на нее зол, я заметил, что она сгорала от стыда и волнения. И извинялась искренне. Видно, сама пожалела о своей импульсивности.
Психанула, насыпала мне стекла — и только потом поняла, что натворила. У меня тоже так бывает…
А она, наверное, испугалась, что я порежусь насмерть. Поэтому и оказалась возле моего номера, где ее поймал Варлам.
И правильно испугалась! Башкой надо думать.
— Можешь поворачиваться, — говорю я, натянув поверх боксеров еще и штаны.
— Ты оделся?
— Рубашку надевать не буду, уж извини.
— Ладно…
Юлька медленно разворачивается от окна. Я вижу, что ее бьет мелкая дрожь, с которой она не может справиться. Обхватила себя за плечи, стоит, прислонившись к подоконнику.
Точно, у нее шок. Все-таки у девушек нервная система менее устойчивая. Даже у такой оторвы, как эта.
Ладно, порку пока отложим. Я же не зверь какой…
Я беру свой пиджак и иду к ней.
Вижу, что она мгновенно напрягается. Вжимается в подоконник. Перестает дрожать. И, кажется, даже не дышит…
В тот момент, когда я набрасываю пиджак ей на плечи, она сначала вся сжимается. А потом расслабляется и смотрит на меня с каким-то восторженным удивлением.
— Спасибо!
— Вижу, ты замерзла. Дрожишь.
— Да… Что-то прохладно.
На самом деле в номере страшная жара. Я уже собрался искать пульт от кондиционера. Но теперь не буду. Лучше закажу горячего чаю.
Звоню в рум сервис. Спрашиваю Юльку:
— Тебе какой чай, зеленый или черный?
— Лучше зеленый.
Я передаю заказ, попросив принести еще пирожных.
— Попьем чаю и пойдешь, — говорю я.
Блин, чего это я такой добрый?
— Я же должна за тобой следить, — произносит Юлька.
— Все со мной нормально.
— Извини, что я…
— Это ты меня извини, — перебиваю я ее.
Мы молчим, сидя напротив друг друга. Молчание становится все более неловким и гнетущим.
Юлька кутается в мой пиджак, нервно сжимает пальцы и кусает губы.
Я вообще не понимаю, что происходит.
Пять минут назад мне хотелось ее одновременно жестко оттрахать и не менее жестко выпороть. А сейчас хочется напоить чаем и обнять…
Что, серьезно?
Да нет.
Просто я джентльмен. Когда вижу даму в разобранном состоянии, переполняюсь сочувствием.
— А почему Варлам тебя малым назвал? — вдруг спрашивает Юлька.
Видимо, просто чтобы прервать молчание.
— Я младше него на семь лет.
— Значит, тебе всего тридцать…
— Всего?
— Выглядишь старше.
— А ты выглядишь ровно на свои двадцать пять.
Она недовольно фыркает.
Что я не так сказал? Надо было сказать, что она выглядит младше? Или старше? По-моему, двадцать пять — идеальный возраст, который дамы не скрывают. Хотя хер знает этих дам… Особенно эту.
Что творится в ее больной башке? Даже не представляю.
— А почему ты его слушаешься? — продолжает Юлька.
— Кого?
— Варлама.
— Никого я не слушаюсь.
На самом деле… Ну, есть такое. Варлам для меня авторитет. Шесть лет назад он вытащил меня из такого дерьма… Буквально спас жизнь.
— Надо стекло убрать! — вдруг вскакивает Юлька.
— Сядь! Не надо. Я горничную вызову.
Я вскакиваю вслед за ней.
Мы сталкиваемся, Юлька теряет равновесие. Я ловлю и обнимаю ее. Она смотрит на меня снизу своими испуганными серыми глазищами.
А мои губы сами тянутся к ее вредным горячим губам…
9
Резкий стук в дверь.
— Добрый вечер! Рум сервис. Доставка, — раздается из коридора.
Юля дергается.
Но на этот раз я наготове. Держу эту юркую ящерицу крепко.
Больше даже не руками. А взглядом. Не могу вынырнуть из ее глубоких серых глаз. Зацепился там за что-то и завис.
И она застыла, не отводит глаз и вроде даже не пытается вырываться…
Я прижимаю к себе ее горячее упругое тело, упакованное в секси-прикид. По позвоночнику пробегает ток. Где-то в затылке искрит. Как будто проводку замкнуло…
Новый стук в дверь.
— Рум сервис!
— Да пошли вы в ж…! — не выдерживаю я. — Чего надо?
Юлька прыскает:
— Ты же сам заказал чай.
Магия момента рассеивается.
Я иду к двери и распахиваю ее. Входит официант с подносом, движется к журнальному столику, начинает медленно и неторопливо расставлять чашки.