Чтение онлайн

— Но Норман против! — стукнула сжатыми кулачками по коленкам Брук.

Тэсс округлила глаза.

— Норман? Вот как?

«Его Величество не любят презервативов? Кожа к коже ему подавай!», — у Тэсс возникло желание посадить этого Нормана здесь вместо Брук и прочитать ему долгую, подробнейшую, и по возможности очень нудную лекцию о культуре контрацепции. Именно о культуре.

— Понимаешь, я хочу, чтобы он чувствовал себя свободно и безопасно со мной, — объясняла между тем девчушка.

В это время в дверях кухни показался котёнок Занозы. Девочка. Видимо, она услышала громкие голоса и чисто из женского любопытства пришла проверить, что происходит. Её брат, судя по всему, чисто из мужской лени и флегматизма не захотел составить ей компанию.

— Ой, иди сюда, моя прелесть, — расплылась в умилении гостья и, подскочив, схватила котёнка на руки. Она видела двойню ещё совсем маленькими, когда заезжала сюда вместе с Дэни. — Как ты выросла, — узнала она пятнистую девочку. — Какая ты уже большая, — гладила Брук приятную нежную шёрстку.

А хозяйка после последних слов пациентки окончательно убедилась, что та чего-то не договаривает.

И вот тут Тэсс разозлилась. Она бросила картошку в воду и, в бессилии опустив руки меж колен, разочарованно покачала головой.

— А как ты сама себя с ним чувствуешь, тебя не интересует? — обессилено спросила она. Ей захотелось поговорить с Брук по-другому. Сказать, что не нужно доверять богатеньким Нью-Йоркским яппи. Не стоит так быстро и без оглядки кидаться в их объятья, как в море с обрыва. Это очень опасно.

«Но разве же она послушает!»

— Интересует! Ещё как интересует! — подскочила на стуле младшая Селестье. — Я с ним счастлива, Тэсс! Он — всё для меня!

Врач вздохнула и обвела глазами комнату.

— Сделай мне укол, а, — совсем уж с мольбой в голосе промямлила Брук и прижала к груди кошечку.

Девушка выпучила на неё глаза.

— И не подумаю! Укол делают на три-четыре месяца. Зачем тебе это? Тебе нужно что-нибудь одноразовое, раз уж он бывает здесь редко.

— Ну и что! Я хочу, чтобы он не задумывался над этим даже … — Брук хотела что-то пояснить, но передумала и сказала по-другому: — Вообще никогда не задумывался.

— Если он не садист и не отморозок, который в угоду своей похоти готов гробить твоё здоровье, он обязан задумываться.

— Тэсс!

— Попробуй сначала таблетки.

— Какие таблетки?

Врач перебирала в памяти что-нибудь, наиболее щадящее ввиду возрастной категории этой пигалицы.

— Купи «Джес».

— О, я знаю такие. Девчонки рассказывали, — улыбнулась Брук.

— Только пить не забывай.

Выпроводив свою пациентку, Тэсс гладила маленькое пушистое тельце кошечки и изо всех сил боролась с желанием поехать в Нью-Йорк, найти этого МакТавиша и надрать ему уши. Если дотянется. Хоть она и чувствовала, что здесь что-то нечисто.

* * *

Жизнь потекла своим чередом. Адам теперь частенько приезжал в гости и иногда оставался на ночь. Но не всегда это был секс. Однако же, даже такая сдержанность не помешала каким-то волшебным образом о его визитах прознать маме Тифф и устроить дочери по телефону допрос с пристрастием.

Дэни звонил довольно часто. Рассказывал, что планирует приехать к празднику Тунца — соревнованию по спортивной рыбалке. Про Брук, правда, больше не спросил ни разу. Зато однажды разговорился об отце и просил Тэсс, если что, присмотреть за ним. Сестра пообещала. Отчим растил её долгие годы и был ей неплохим защитником и наставником. Тэсс на всю жизнь запомнила, как однажды её сильно ударил по голове своим рюкзаком одноклассник Чарли Эрсон. У неё потом долго болела голова. Макс на следующий же день встретил драчуна после уроков и сказал, что если он ещё раз тронет Тэсс хотя бы пальцем, то потом все свои проблемы, которые ему обеспечит сам Макс, не утащит в рюкзаке. Девочке было очень приятно почувствовать себя под защитой. К тому же, отчим никогда не ругал её слишком строго и не лез со своей любовью и заискиваниями. Да и вообще, он был нормальным мужиком. Как жаль, что именно такие спиваются чаще.

А ещё на неделе Тэсс заскочила в аптеку к Зоди. Та рассказала, что четвёртого июля ездила в резервацию к гадалке. Где-то в районе озера Намаканта живёт хорошая гадалка из народа пенобскот. Она сказала Зоди, что та выйдет замуж, когда снега уйдут в землю, а трава два раза умрёт и воскреснет. Когда тсуга поранит лапу большому бобру, а белая женщина закроет свои двери.

Мисс Полл очень старалась не прыснуть со смеху под конец этого изобилующего конкретикой и ясностью предсказания, но всё-таки не сдержалась. Сквозь смех она заверила подругу, что ей здесь, в принципе, всё понятно, только жаль гадалка не уточнила: какую именно лапу поранит бобр: правую или левую, заднюю или переднюю. Зоди махнула на неё рукой, как на безнадёжную и сказала, что всё равно будет с надеждой ждать следующей весны и таянья снега — именно это первая зацепка в предсказании.

Но персонаж по имени Норман МакТавиш всё равно не выветривался из головы и продолжал своё излюбленное занятие — всплывать, будто реальный, в минуты её одиночества и задумчивости. С некоторых пор такая манера досуга, сделалась у Тэсс преобладающей.

И до такой степени, что в один прекрасный момент этих минут набралось достаточно для того, чтобы девушка призналась уже себе наконец, что влюбилась в этого пижона из Большого Яблока и тут же обрадовано добавила, что это не только благодаря его выдающейся внешности.

Да и слово «влюбилась» не казалось ей подходящим и уместным. Оно не отображало ту палитру чувств, которые поднимал в груди и мозгах Тэсс этот человек. Отнюдь. Здесь было что-то гораздо большее, какой-то отдельный интерес к его личности, энергетике. А то, что он являлся личностью с большой буквы и с атомной энергетикой, вызывало гораздо меньше сомнений, чем его имя. Констанции жутко хотелось его узнавать, она готова была его изучать. Познавать. Раскрывать этого «павлина» для себя и себя рядом с ним. Убедиться, что он настолько уникален, насколько она это в нём увидела и всё это не только и не столько благодаря тому, что этот пижон для неё не такой как все, а потому что он действительно не такой как все, то есть, объективно.

А потом вспоминала, в какой манере они расстались, и тут же себя одёргивала:

«Всё. Корабль уплыл», — и, игнорируя какой-то такой тупой прострел сожаления через всё тело, твёрдо и решительно давала зарок больше этого красавца не вспоминать.

Тем более, что Адам этому всячески способствовал.

На ближайшие выходные молодой человек пригласил её на побережье. Вообще-то, они собирались к старшему Стюарту на ужин, но того услали куда-то в командировку. Адам сказал, что в Южную Америку. Поэтому, потратив около двух часов на дорогу, влюблённые очутились в прибрежной фермерской деревушке Stonington, специализирующейся на выращивании лобстеров. Местами невысокий скалистый берег, перемежаемый огромными гладкими валунами, похожими на гигантские картофелины, уйма крошечных катерков в бухте, среди которых попадались и неплохие яхты, стайки чаек, кажется, абсолютно бесцельно перелетающие с места на место, чистейшая прозрачная вода с довольно небольшим, а для океана, так и откровенно ленивым прибоем, немного пасмурная, безветренная погода — всё это и ещё многое другое действовало умиротворяюще. Влюблённые гуляли по берегу, взявшись за руки. Адам на удивление был молчалив и задумчив — не то обстановка навеяла, не то мужчина просто устал, ведь у него совсем недавно закончился учебный год. Но в один из моментов, когда они остановились на громадном прибрежном валуне, парень вдруг неожиданно резко развернулся к Тэсс и впился ей в губы. Девушка не ожидала, но тут же сориентировалась и ответила на поцелуй.