Чтение онлайн

— Круто, — как эхом отозвалась Тэсс.

— Не очень. В нём будет холодная вода. В тёплой он не плавает.

По дому бегал Элтон, собирая Андрея в дорогу. Носились и Билли с Чаком. Все суетились и волновались. Не было видно только хозяина.

— Это персидский? — без всякого интереса спросила Тэсс, погладив поверхность ковра.

— Нет. Индийский.

— Он прекрасен до ужаса.

— Да. И он не тканный.

— Не тканный? А как же тогда?

— Такие большие ковры трудно ткать. — С любовью поглаживала Джокаста шелковистую поверхность. — Он сделан из малюсеньких кусочков овечьих шкурок и прошит металлической нитью из какого-то там специального сплава. А поверх уже вышит шелком. Вот смотри, — она подползла к углу настила и отогнула его.

Тэсс такое видела впервые. Мозаика из мельчайших лоскутков кожи, повторяющих узор ковра и основа, напоминающая сетку против комаров. Когда девчушка отпустила угол, он упал на пол с несильным железным лязгом.

— А Элтон, он всегда такой строгий? — прищурилась гостья.

— Элтон не строгий. Он на работе. Он работает дворецким.

— Но я думала, он друг вашей семьи.

— Именно поэтому он старается как можно лучше работать.

— Но, кажется, я ему не понравилась.

— Конечно, не понравилась. Он не хочет, чтобы Андрей разводился с Моникой.

— Вот как?

— Да. Считает, что они идеальная пара и у них клёвая семья. Он говорит, что у деда Арнольда с бабкой Клементиной так же было.

В этот момент на балконе в каком-то немыслимом бледно-бледно-голубом джемпере с небесными оттенками и в чёрных джинсах появился хозяин «Джо-Мэри» с сумкой в руках.

Констанция тут же подскочила и направилась к нему. За ней семенила сестра Джо.

Андрей на ходу молча протянул к своей девушке руку. Она вложила свою ладонь в его, и он повёл её на выход. Джокаста не отставала.

— Новоселье будет на следующих выходных, — отдавал он на ходу последние пояснения тоном приказов. — Все собираются к трём. Мы из Нью-Йорка прилетим к этому времени. — Теперь они вышли через парадный вход и застали Чака и Билли, снующими вокруг джипа Шевроле.

— Сейчас едем, — кинул другу Чак и захлопнул заднюю дверцу своей машины.

После этого Дексен обернулся к девушке.

Он застыл. Сейчас перед ним стояла не та Тэсс, которая когда-то тут кидала книжки и грозилась позвать прокурора и не та, которая легко наставила колено на его пах. Сейчас перед ним стоял «сосуд вселенской скорби».

Мужчина медленно наклонился. Девушка не ожидала и даже немного отстранилась, но он всё-таки дотянулся и впился ей в губы. Нормальным, полноценным поцелуем. Тэсс с оторопи тут же впустила его, и он ворвался ей в рот языком. Она так и не смогла ни закрыть глаза, ни ответить. Поэтому Андрею была предоставлена полная свобода действий. Если не считать трёх свидетелей. Вернее, одного — Билли и Чак сновали вокруг машины, не обращая на расстающихся влюблённых ни малейшего внимания. А сестра Джо рядышком даже несмело заулыбалась и захлопала одними пальчиками.

Но он смаковал её губы так, будто этого не видит никто. Сейчас мужчина именно насыщался. Не дегустировал и не приноравливался, а уже впивался и присасывался по полной. Мистер Дексен явно старался запомнить.

Потом Андрей отстранился и, открыв глаза, посмотрел на испуганно-обалдевшую Тэсс, но молчал.

— Хочу, чтобы ты почитал мне вслух, — смущённо затопталась она на месте.

Он опять промолчал, и только легонько сжал её руки в своих.

Потом они очнулись и оглянулись вокруг себя — всё было готово, Чак сидел за рулём.

Андрей ободряюще улыбнулся, напоследок чмокнул девушку в щёчку и пошёл, сел на переднее сиденье.

Больше он на неё не посмотрел. Машина вырулила со двора и, обогнув постройки, скрылась за поворотом.

С мира вмиг сошли все краски. И даже размыли очертания. Окружающее превратилось в серую не вызывающую никаких чувств и эмоций массу, на которую Тэсс вдруг в одночасье стало плевать. Апатия. Отрешенность. Индифферентность и безразличие. Девушка стояла окаменевшая. Не хотелось ничего и никого. Она вспомнила: как только что стеснялась поцелуя на глазах у посторонних. Ей вдруг на разрыв аорты захотелось полететь по воздуху за его машиной, остановить и поцеловать Андрея так, чтобы он запомнил надолго. Чтобы никогда не забыл. Вложить в это поцелуй всю себя. Всю свою тоску по этому человеку. Всю свою необходимость в нём. Всю свою …

«Любовь?» — она, как в прострации, посмотрела на Джокасту, словно удивилась её присутствию здесь.

Девчушка, увидев в каком состоянии гостья, умильно улыбнулась.

— Он вернётся.

Тэсс сморгнула. После чего глубоко и натужно, с какой-то такой «пробуксовкой» набрала в грудь воздуха.

— Да-да, — закивала она. — Я знаю.

Кажется, даже шестнадцатилетняя школьница поняла, что влюблённая в шоке от самой себя.

— Пойдём, подождём Дэни на ступеньках, — обняла она её за спину.

Та послушалась.

Это было странно и даже как-то противоестественно, но сидели они молча. Как две притихшие воробьихи на ветке. Джокаста зажала сложенные ладошки между коленками, а Констанция в каком-то бессилии или оцепенении уронила руки лодочкой.

— Если Андрей действительно захочет, то ты обязательно когда-нибудь выйдешь за него замуж, — вдруг сказала сестра Джо.

Тэсс повернулась к ней с распахнутыми глазами.

— Он всегда получает, что хочет, — вскинула подбородок девчушка.

И тут у мисс Полл в кармане ветровки зазвонил телефон. Она вынула аппарат в надежде, что это уже звонит Андрей (почитать ей вслух), но это был не он.

— Алло, Тэсс! — завопил в динамик Дэни. — Я тут подъехал, но меня не пускают!

Сестра нахмурилась, но тут же увидела, как из-за угла дома к ним направляется какой-то абсолютно неизвестный ей мужчина в камуфляже.

— Как не пускают?

— А я откуда знаю! Сказали подождать.

— А-а, ну, вот, кажется, это по поводу тебя, — она приложила телефон к груди и с вопросом уставилась на охранника.