Чтение онлайн

– Во-первых, в Уандуке тоже практикуют магию, – ответил ей Нумминорих. – Совсем не такую, как у нас, но тем интересней. Во-вторых, среди придворных халифа вполне может оказаться кто-то настолько шустрый, что и нашей быстро выучится. В-третьих, шиншийцам вообще не обязательно самим что-то делать, достаточно, чтобы на них кто-нибудь напал. Короче говоря, в любой момент может случиться что-нибудь интересное, надо сохранять оптимизм!

Лично у меня высказанные им предположения вызывали не столько оптимизм, сколько панику. Но я благоразумно промолчал. Не следует вот так сразу грубо наступать на горло чужой мечте. Особенно когда рядом сидит сэр Кофа Йох: у него это обычно получается гораздо лучше. Практический опыт – великая вещь.

– На что-то по-настоящему интересное я бы не особо рассчитывал, – сказал он Нумминориху. – Шиншийцы слишком ленивы, чтобы вот так, с порога, начать околдовывать мирное население города, куда приехали поглазеть на достопримечательности. И могущественный враг у них пока только один на все Соединенное Королевство, да и тот – я. Впрочем, дня два-три спустя ко мне наверняка присоединятся служащие Канцелярии Забот о Делах Мира, весь личный состав Столичной полиции и некоторые горожане – те, кому посчастливится лично столкнуться с принцессами, вышедшими погулять. Но предстоящую нам возню с шиншийскими хулиганками особо увлекательным развлечением не назовешь.

– А по-моему, это весело, – подал голос Мелифаро, оторвавшись от задачки, которую вызвался решить на спор с Базилио и, судя по озадаченному выражению лица, постепенно начал об этом жалеть. – Полный город пьяных девчонок, за ними гоняются полицейские, а догнав, пытаются поцеловать. И посреди всего этого Трикки, выскочивший на улицу прямо в чем спал, ласково повторяет: «Нет, мальчики, все не так, у вас сейчас другая задача».

– А рядом с ним, как ты выражаешься, «посреди всего этого», мы с тобой, – мрачно заметил Кофа. – Лично мне совсем не смешно.

Этим вечером Тайный Сыск практически в полном составе, то есть без Джуффина, не совсем безосновательно полагающего, будто его присутствие может испортить любую вечеринку, превратив ее в совещание, и Луукфи Пэнца, всем на свете компаниям предпочитающего общество буривухов из Большого Архива, собрался у меня на крыше. Вроде бы зашли без особого повода, просто так, выпить и поболтать. Но особый повод, конечно же, подразумевался: всем было ясно, что мы пользуемся возможностью приятно провести последний спокойный вечер этого года, пока нам на голову не свалилась шиншийская делегация, включая двести тридцать семь буйных принцесс. Да и все остальные высокие гости еще неизвестно какими окажутся. Возможно, великий халиф Мурана Кутай Ан-Арума тоже любит грабить торговцев на рынках и затевать драки в трактирах, просто дома поневоле держит себя в руках, а у нас соблаговолит расслабиться.

Вот, кстати, будет смеху, если это и правда так.

– Так вы в отпуск и не удрали, – сказал я Кофе. – А ведь грозились. И теоретически могли. Шеф бы этому не обрадовался, но вряд ли стал бы препятствовать. Сколько себя помню, столько он вас уговаривает по-человечески отдохнуть.

– Да мог бы, конечно, – вздохнул Кофа. – Просто как-то некрасиво бросать Кайрену. Она совсем недавно вступила в должность, толком еще не освоилась, и вдруг такой форс-мажор. Трикки, при всех его достоинствах, ей тут плохой помощник, потому что сам такой же неопытный в этих делах. Он, в отличие от меня, о шиншийских традициях вообще ничего не знает. Максимум – книжку какую-нибудь прочитал. В общем, от треклятых принцесс мне теперь никуда не деться. А им – от меня.

Последняя фраза прозвучала угрожающе и одновременно так жизнерадостно, что я вдруг понял: да у Кофы уже руки чешутся взяться за этих девиц и стать первым в мире служителем закона, который сможет призвать их к порядку. А что маскирует свой азарт раздраженным ворчанием – ну так у каждого своя любимая роль.

Мелифаро между тем подозвал к себе Базилио и сунул ей под нос самопишущую табличку.

– Это уже самое настоящее жульничество, – сказал он. – Я сперва думал, ты что-то перепутала, записывая условия, а потом понял, это просто одна из якобы остроумных задачек, вышедших из моды еще в начале Смутных Времен, где под каждую нужно изобретать новую математическую систему, в рамках которой этот ужас можно решить. Насколько я помню из университетского курса, в то время изобрели чуть ли не полторы тысячи разных новых математик, но практического толку от них не было никакого, разве только студентов с ума сводить.

– Не сводить с ума, а его развивать, – возразила Базилио, которая, конечно, обладает ангельским характером и безразмерным сердцем, но за свои высокие математические идеалы будет, если понадобится, сражаться со всем Миром до победного конца.

– Со своим умом делай что хочешь, – огрызнулся Мелифаро. – Хоть развивай, хоть обратно потом завивай, дело хозяйское. А на спор такие задачки никому больше решать не предлагай. Потому что это нечестно: объективно, по законам логики, задача не имеет решения. А субъективное мнение, оно же придурь обыкновенная, у каждого свое.

– Так ты не решил? – торжествующе воскликнула Базилио.

Ее радость можно понять. Сэр Мелифаро такой специальный блистательный тип, которого почему-то сразу хочется победить в каком-нибудь споре. Или не в споре, а в драке. Или съесть на полпирога больше, или первым усесться в кресло. Любая победа сойдет.

Вот и сейчас он снисходительно ухмыльнулся:

– Обойдешься. Я так рассердился, что придумал сразу две математики: одну просто дурацкую, специально для решения этой задачи, и вторую, доказывающую невозможность существования первой. Чтобы закрыть этот вопрос раз и навсегда.

– Ой как красиво! – восхитилась Базилио, уткнувшись в табличку.

Говорю же, у нашего бывшего чудовища ангельский характер. Любому нормальному человеку на ее месте захотелось бы сперва двинуть этому гению в глаз, а уже потом разбираться с его великими открытиями, да и то только ради того, чтобы их убедительно раскритиковать.

– Сборище буйнопомешанных, – ласково сказала им Кекки, чрезвычайно удачно озвучив мое собственное мнение по этому вопросу. И, помолчав, вдруг добавила: – Как же я вас всех люблю!

– Представляешь, – сообщил я ей драматическим шепотом, – та же беда.

– Всех сразу?! Хуже кейифайев, честное слово, – укоризненно покачал головой Мелифаро. И сам же первым заржал.

Вопреки популярной и крайне утешительной для меня самого легенде, будто я просто способный балбес с умеренно эксцентричным характером, мое внутреннее устройство представляет собой бездну, кишащую чудовищами. Одно из них зовут Ответственность, второе – Здравый Смысл; имени третьего я не знаю, но оно подозрительно похоже на совесть, как ее описывают пострадавшие от этого кровожадного монстра.