Месть гор
Шрифт:
– Нарат Арэйн.
– Очень приятно!
– обаятельно улыбнулась Анари.
– И мне, - ответил Нарат.
Говорить больше было не о чем, но эльфу не хотелось уходить.
– Что ж, еще раз извините, Анари, - неохотно развел он руками.
– Да ладно. Ничего страшного.
Слегка поправила заплечные ножны с длинным мечом. При одном лишь взгляде на
рукоять, видневшуюся из-за плеча Анари, Нарат признал этот меч.
Меч Таркена Неласа.
"Все-таки она тэнери", - подумал он, окинув задумчивым взглядом стройную фигурку
в белом кожаном женском камзоле.
– Анари.
– Я!
– Мы... не могли бы встретиться?
Анари казалась немного удивленной, но окинула Нарата оценивающим взглядом снизу
вверх.
– Давай только на "ты", хорошо? А то от этих "выканий" у меня скоро чесотка
начнется...
– Давай, - усмехнулся Нарат.
– Около фонтана, завтра и в это же время. Занятий в
Ордене не намечается?
– Да нет, вроде, - Анари не удивилась, что Нарат признал в ней тэнери.
Спохватилась.
– Кстати, мою прапрабабушку звали Рикой, прикинь, а?
"Ого! И это за такой короткий срок прошло столько поколений?" - изумленно
подумал дроу. Дела-а-а...
– Давай, до завтра, - махнула рукой Анари и растворилась в толпе.
Нарат все еще был немного растерян, что встретил девушку, так похожую на его
любимую. Вот только его смущало то, что она праправнучка Рики.
А в Таркена, похоже, характером...
"Поживем - увидим!".
Хел-Хаттор внимательно наблюдал за учениками, за их успехами и слабостями.
– Тайнар, блин!
– прикрикнул он на парня.
– Не жалей ты ее, а то она никогда не
научится!..
Анари метнула на учителя негодующий взгляд. Тайка это заметил и хихикнул,
подзадоривая. Замахнулся жердиной. Ученица мгновенно отразила удар.
Хел-Хаттор удовлетворенно отметил это.
Со вчерашнего дня в его душе вновь поселился давно забытый страх. Страх перед
непредсказуемой ученицей. "Жизнь моя жестянка", - грустно подумал он и ударился
в воспоминания...
...Вся их семейка какая-то непонятная. Он знал лишь ее отца и прапрадеда, но
подумал, что одни и те же черты передаются у них по наследству. И почему-то
только отрицательные.
Рантан был хоть и не подарочком, но все же получалось его как-то терпеть и даже
нормально общаться. Одно время хел-Хаттор и он были друзьями не разлей вода. Они
и Лиэт Тьянн. Рантан был очень хорошим другом, верным и искренним, но в то же
время язвительным, насмешливым и оскорбительно самовлюбленным. Но Хаттор
умудрялся его терпеть. Он дорожил этой дружбой.
А вот Таркен... Это демон, по ошибке родившийся человеком. Хел-Аттор долго
проклинал себя за то, что вообще заметил мелкого наглого пацана, пытавшегося
самым беспардонным образом стырить у него кошелек. Да он бы и не заметил, а
отвел бы в милицию - пусть сами со шпаной разбираются. Нет, вот обязательно все
происходит как в сказке - все оказывается не так, как видишь в первый раз. Из
шустрого бойкого пацаненка с разноцветными глазами била такая огромная
магическая Сила - именно Сила с большой буквы!
– что оставлять ее без внимания
было бы самым страшным грехом, когда-либо совершенным человеком. Делать нечего,
пришлось взять пацана в Орден на правах ученика. Остальные тэнры только головами
качали, мол, вам, хел-Аттор, это еще аукнется.
И аукнулось. Таркен оказался самовлюбленным просто невообразимо, почти до мании
величия (учитель тогда еще подивился, как в десятилетнем мальчишке может
умещаться столько самомнения), хамоватым, необязательным, бессовестным,
горластым, нахальным и проч. и проч., и это при таком таланте. Ясно было, что
парнишка встал на преступную стезю явно не от хорошей жизни, но Таркен не хотел
об этом рассказывать - сразу демонстративно отворачивался, если вдруг кто-то
осмеливался его спросить о прошлом.
Но Таркен не всегда был таким. Попадались моменты, когда и с его физиономии
сходило самодовольное выражение...
... Тогда на крепость Арм было совершено одно из крупнейших набегов орков (или
чморков, как любил говаривать Таркен, а вместе с ним и половина Колинеи). Победа
над ними далась Ордену очень тяжело. Убито было много сильных и талантливых
учеников и опытнейших мастеров. Даже Таркена и того весьма болезненно задели по
спине.
Выжившие не смели радоваться по возвращении в Арнаринн. Семь вдов оплакивали
своих мужей, четырнадцать матерей рыдали по своим сыновьям и дочерям, отдавших
жизни во имя Света при штурме Арма. Таркен стоял необыкновенно хмурый и
подавленный - у него хватило совести не выпендриваться. Да дело, похоже, было не
в совести - просто он тоже умел переживать за других. Когда хотел, естественно.
Рика же убивалась по погибшей подруге. Она украдкой утирала слезы, ручьями
бежавшие по смуглым щекам. Старалась делать это незаметно, но горя не скроешь.
Хел-Аттор забеспокоился, когда поймал расчетливый взгляд Таркена, устремленный
на Рику. Уже тогда учитель стал подозревать, что у Лиса какие-то планы насчет