Чтение онлайн

– Защищай, защищай родную нацию!..

Вдруг раздалось тяжелое дыхание и топот обутых в грубые башмаки ног. Это вбежал

слуга. Заметив свою повелительницу и ее советника, он задрожал и рухнул на

колени, ткнувшись носом в каменный пол.

– Что случилось, Кун?
– спросила Риллис.
– говори!

– Госпожа... госпожа... смилуйтесь, повелительница...
– бормотал слуга,

умудряясь раскачиваться из стороны в сторону даже на карачках.

– Говори!
– с жестким нажимом повторила Риллис.

– Реликвия... пропала...

– ЧТО-О-О?!

Королева и советник обменялись быстрыми взглядами.

– Снаряжай поиски, - коротко велела Риллис.

***

Анари весь день была в приподнятом настроении, от чего работала с такой

бодростью и силой, что крепкие деревенские парни поглядывали на нее с завистью.

К концу дня все сено было погружено на телеги и отправлено в деревенские сенники.

Анари удалось незаметно отделиться ото всех и сбегать в "злачное местечко",

притырить еще пять кусков обсидиана. Деревенские на этот склон не ходят и не

ведают о чуде, которое там валяется под ногами, а зря! Каждый мог озолотиться до

конца дней своих, но Анари и не думала говорить про обсидиан кому бы то ни было.

Только в этот раз пришлось помучаться и, как следствие, крепко поматериться, ибо

Анари обломала все ногти, отколупывая обсидиан от многовековой пемзы, которую

никто не трогал.

Ей повезло. Даже с первого взгляда можно определить, что эта обсидиановая гора -

бывший потухший вулкан, но искатели обсидиана почему-то не придали этому

значения и не ходили сюда в его поисках, а перлись черт-те куда, аж к Великой

Вершине, около которой есть несколько потухших вулканов. Они отчего-то не были

богаты этим минералом, а к некоторым другим по непонятным причинам абсолютно

невозможно было пробраться - смельчаки, отправлявшиеся на далекие вулканы,

бесследно исчезали (есть мнение, что защищают горные богатства никто иные, как

горные эльфы-дроу!). Поэтому обсидиан приняли под защиту государства, и поэтому

Анари уже из-за последней аферы оказалась вне закона. Не дай бог менты выведают

ее место жительства! Тогда все, абзац. Но она уходит в столицу! Тогда можно на

некоторое время вздохнуть свободно, а обсидиан сбагрить на черном рынке.

Анари ловко ступала по неровным уступам и валунам, которых на склонах гор пруд

пруди, а в ущелье Тарти не так много. Когда-то очень давно на месте этого ущелья

сошел ледник, образовав удобное для поселения людей место. Тогда-то и облюбовал

это ущелье для построения замка предок клана Гриндар, а чуть позже - и праотцы

нынешних жителей деревни Тарти.

Мягкая, но упругая подошва сапог, сшитых из кожи косули, очень удобная для

путешествий по твердой поверхности гор, легко приземлилась с очередного уступа

на плодородную землю ущелья, и Анари потопала вперед, домой. Только одна мысль

занимала сейчас эту рыжую макушку: на кого же оставить дом? Алтир все равно не

сможет часто там бывать, а другим она не доверяла. Хоть и брать там особо нечего,

но ей был дорог этот домик, и доверять его абы кому не хотелось.

На площадке около родника девчонки играли в мяч. Анари хотела прошмыгнуть мимо,

но ее заметили и затащили в круг. "Возможно, играю с ними в последний раз", - с

некоторой печалью подумала Анари, отбив очередную подачу.

Она спохватилась о времени, когда солнце уже коснулось вершин. И тут ей пришла

идея.

– Налли, разговор есть!
– шепнула она стоящей рядом девочке, и они отошли в

сторону.

Налли была чуть ли не единственной подругой, которая знала о занятиях Анари и не

выдавала ее, и которой Анари могла безоговорочно доверять.

– Слушай, Налли, - начала Анари, - я ухожу отсюда.

Налли выглядела безмерно удивленной.

– Как уходишь? Куда?
– спросила она.

– В столицу, - ответила Ани.
– На тэнра учиться буду.

– На тэнра?
– подняла брови Налли.
– Обалдеть...

– Еще как, - согласилась Анари.
– Я когда от Алтира это услышала, то подумала,

что он прикалывается, но в этот раз я ему почему-то поверила. Значит, не соврал.

– Вот хренотень подберезовая, - вырвалось у Налли. Анари удивилась, ибо нечасто

такое услышишь от ее благочестивой подруги. Это она, Анари, по любому поводу в

нецензурные слова бросается, ей не привыкать. А у Налли на этот счет высокие

принципы.
– И как же ты оставишь дом?

– Тебе, - сразу ответила Анари.
– вот об этом я и хотела тебе сказать,

собственно.

– Мне?
– глаза у Налли округлились.

– Не вздумай отпираться!
– нахмурилась Анари.
– Тетка твоя сводная тебя ведь

давно сбагрить замуж хочет, чтобы место в доме не занимала, да? И у нее своих

детей девять штук, да?

Налли молча кивнула.

– Вот и все, - закончила Анари тоном, не терпящим возражений.

– Но, Ани, - с сомнением протянула Налли, - тебе надо было подумать о моей тетке.

Она же меня съест из-за твоего дома, ты же ее знаешь! Захочет прибрать к рукам...