Месть мертвеца

Убийца вошёл в бар. Отыскал взглядом свою жертву – угрюмого усача со свирепыми чертами лица, который сидел у стойки, держа в руках стакан с коктейлем. Кроме него также здесь находилась парочка влюблённых, мальчик-школьник, старушка в коричневом платье и с вычурной шляпой на голове, пожилой мужчина с супругой.

Убийца внешне флегматично прошагал к стойке и встал рядом с усачом, пребывавшим в задумчивости и даже не удостоившего взглядом посетителя. Он поднёс к губам стакан, отхлебнул коктейль… Мягким, кошачьим движением убийца достал «кольт» 38 калибра, приставил к виску жертвы и нажал курок. Грохнул выстрел и мужчина повалился на пол уже бездыханным трупом.

Женщины пронзительно закричали.

Убийца навёл на них «кольт», глядя зло прищуренным взглядом, от которого холодела кровь. Сразу же воцарилась полная тишина. Держа всех под прицелом, убийца попятился к двери, а оказавшись за нею, побежал. К нему подкатил мотоцикл, он запрыгнул на заднее сиденье и умчался…

Экран телевизора показал труп усача крупным планом…

Дик поморщился: в последнее время он не любил смотреть кинофильмы подобного рода, кровавые сцены отвращали его. «Старею», – усмехнулся он, подумав, что нервы стали сдавать. Лучше посмотреть что-нибудь повеселее.

Переключил телевизор на другой канал: там пел и красиво двигался своими знаменитыми «лунными шагами» Майкл Джексон. Потом начали передавать новости.

Дик посмотрел на часы: шестнадцать минут первого. Через четырнадцать минут – обед. В последние годы детектив педантично соблюдал диету и строгий режим. После того ранения он вынужден следить за своим здоровьем, придерживаться размеренного образа жизни.

К нему с обычной обаятельной улыбкой подошёл Стив Кетлинг.

– Босс, мне срочно понадобился букет цветов, а мою тачку забрал Питер. Только что звонила Джейн, мы с ней встречаемся через двадцать минут в кафе «Синее сомбреро». Очень важный разговор. Я её приучил, что всегда являюсь с цветами, так что не могу себе позволить нарушить традицию. Позвольте воспользоваться вашей машиной?

Дик выразительно глянул на часы.

– Босс! Цветочный магазин в соседнем квартале, я обернусь в пять минут. Клянусь вам! Если даже на пару минут и задержусь, то выходите, я подкачу и сразу передам руль вам. Не опоздаете!

Молодой красавец Стив был любимчиком Дика. Умён, силён, решителен. Долго в агентстве не задержится, уже давно ему делают весьма заманчивые деловые предложения. Как-то Дик спросил его, почему он не уходит на другую работу? Стив откровенно ответил:

– Не скоро покину вас, не надейтесь. У вас, босс, я словно в академии. В своём деле вы непревзойдённый мастер, более того – маэстро. Это не комплимент, так говорят практически все. Так что я хочу побольше поднатаскаться у вас. Нужно быть кретином, чтобы упустить такую возможность. А там будет видно.

Дика всегда было трудно подкупить лестью, но всё равно слова Стива порадовали его. Он проникся к нему ещё большей симпатией. Имелось и ещё одно веское обстоятельство, о котором детектив никому не говорил: чем-то Стив напоминал ему его покойного сына Томаса, убитого гангстерами. Отсюда и такая любовь. Например, Питеру Бруксу вряд ли хватило бы решимости в такое время просить автомобиль, ведь он, как и все остальные сотрудники, отлично знал распорядок дня своего шефа: в половине первого он должен сидеть за домашним обеденным столом. А вот Стив попросил. Опоздает ведь, с лёгкой досадой подумал Дик, непременно опоздает! Но ключи уже протянул Стиву:

– Ровно через десять минут я выйду на улицу, машина должна стоять на месте.

– Непременно, босс, не подведу! Большое спасибо, что выручили!

Дик снова повернулся лицом к экрану телевизора, а Стив поспешил к дверям. Послышался топот его ног на лестнице, затем – за окном.

«Ох, молодость, – вздохнул Дик, – ведь опоздает! Цветы ему, видите ли, понадобились! А моя Маргарет дома ждёт, обед давно приготовила…» При мысли о еде у него засосало под ложечкой и заныла старая рана.

Детектив положил на неё руку, на живот, чуть выше и левее пупка. Сюда угодила пуля, прошла навылет, рядом с позвоночником. Внимательный человек замечал лёгкую хромоту Дика – последствие того выстрела.

Стукнула дверца автомобиля, Стив сел в машину, сейчас заведёт мотор и…

Здание содрогнулось от оглушительного взрыва снаружи. Осколками просыпались оконные стёкла. Дик остолбенел. Потом вскочил и ринулся к окну…

Этого не может быть! Не должно быть!..

До боли сжал кулаки так, что ногти врезались в кожу. Взрыв произошёл в его «ягуаре». Именно в тот момент, когда Стив вставил ключ в замок зажигания…

Детектив выбежал на улицу и изо всех сил поспешил к автомобилю, чувствуя покалывания в груди. Замедлил бег в десятке метров от него, поражённый изувеченным остовом машины. Далее перешёл на шаг, страшась увидеть обезображенный труп юноши. Каковой и предстал перед им…

Не верил своим глазам: я же с ним разговаривал всего пару минут назад, с таким молодым и красивым, полным жизни! А сейчас?.. О.Стив!..

Сквозь изрешечённое осколками дно машины на асфальт капала кровь, вид которой потряс детектива, хотя он в своей жизни повидал много крови. О боже, хоть бы пошли слёзы, и тогда бы стало легче. Но нет, не идут, высохли от невыносимой боли.

Отовсюду подходили и подбегали люди.

Через несколько минут подъехала полиция. Дику пришлось давать показания лейтенанту Энди Шеннону, которого он не только давно знал, но и с которым был в приятельских отношениях. Тут как тут появились нахрапистые журналисты, телевизионщики. Среди них оказался и Поль Леклерк, с которым давно сотрудничал Дик.

Труп увезли. Потом кран погрузил остов искалеченного взрывом «ягуара» на грузовик, теперь ему место лишь на свалке.

Дик вернулся в своё агентство. Стали расходиться зеваки и любопытные.

В это время появился Питер, второй сотрудник агентства. Дик рассказал о случившемся. Тот был поражён.

– Покушались на самом деле на меня, – веско заметил детектив. – Если бы не эти злополучные цветы, то минут через шесть-семь в машину сел я. Убить хотели меня, это несомненно.

– Но почему? За что?

– Не знаю, Питер, не знаю. Ты в курсе всех наших дел, можешь судить сам. Убивать меня не за что.

– Были ли хоть какие-то угрозы, требования, шантаж?

– Питер, я бы сразу сказал об этом вам со Стивом. Не было ничего… Надо подумать. А сейчас, пожалуйста, позвони родителям бедного мальчика, извести о случившемся. Прости, я не могу, он стоит у меня перед глазами, как живой… О боже! Нет, не могу!