Чтение онлайн

— История эта ужасна по многим причинам, — продолжил Фэйеруэтер. — Жуткое обращение и гибель людей от оспы, конечно, но подумайте только о том, что погибло вместе с ними: семейные истории, народные предания, мифы, которые они ценили, секреты, хранимые этими семьями. Даже их письменный язык, ронгоронго, был утерян.

— Как все это грустно, — печально вздохнула Мойра. — Так вы собираетесь принять приглашение Робинсона на его выступление? Она будет завтра вечером.

— Еще не решил, — пожал он плечами. — Там будет мой коллега, Рори Карлайл. Мы тянули жребий, и ему не повезло, так что Рори придется теперь отдуваться за всех нас, кто здесь работает.

— Мы виделись с ним, — сказала я. — И он не очень хорошего мнения об этом конгрессе: говорит, что это сборище помешанных фанатиков.

— Поверьте Рори на слово — у него всегда найдется острое словцо, — рассмеялся Фэйеруэтер. — Он замещает меня в Мельнбурском университете, пока я в творческом отпуске.

— А разве он не работает с вами на Пойке? — поинтересовалась Мойра.

— Да, это так, — подтвердил Кристиан. — Мы все там трудимся.

— Кстати, о Рори: в отеле позапрошлым вечером был человек по имени Фелипе Тепано, — вспомнила я. — Он предсказал Рори, что кто-то умрет на одном конкретном месте.

Выражение лица Виктории Пакарати стало испуганным, затем встревоженным.

— Не нравится мне это, — произнесла она, посмотрев на нахмурившегося Кристиана. Мы вели разговор на английском языке, поэтому мать Виктории не поняла ни слова, но теперь Виктория перевела сказанное для нее. Пожилая женщина беспокойно поежилась.

— Да ладно вам всем, — попытался развеять атмосферу Фэйеруэтер. — Это просто чепуха какая-то.

— Не уверена, — возразила Виктория. — Бывали уже прецеденты.

— А случай с мотоциклом, авария? — сказал Кристиан.

— Да, — кивнула она и повернулась к нам. — Не хочу вас пугать, но время от времени здесь происходят странные вещи. Некто однажды сделал похожее предсказание о происшествии в конкретном месте на дороге, и в тот самый вечер двое молодых людей, катаясь на мотоцикле, потеряли управление и разбились на том самом месте.

— Совпадение, — отмахнулся Фэйеруэтер. — Ты же добропорядочная католичка, не следует такое говорить.

— Я — не католичка, — возразила та.

— Тогда почему за все пять лет, что мы с тобой вместе, ты ни разу не пропустила утреннюю мессу по воскресеньям? — улыбнулся он.

— Я — рапануйская католичка, — пояснила она. — Это разные вещи.

— Мы вчера видели церковь, — вспомнила я. — Думаю, я понимаю, что вы имеете в виду.

— Приходите на мессу в воскресенье, — предложила она. — Вам еще понятнее станет. Я бы не стала игнорировать то, что говорит Фелипе Тепано.

— Он очень влиятельный человек в своей семье. Думаю, вы бы назвали его патриархом, — вставил Кристиан. — Мы с его семьей родственники по материнской линии, и могу вам сказать: люди считают, что он на самом деле обладает некими духовными силами.

— Гордон смеется над рапануйскими католиками, — сказала Виктория. — Такие люди, как Фелипе Тепано, посещают мессы каждый день, но когда уходят оттуда, они также молятся духам острова и их семейному аку-аку. Мы не видим ничего противоестественного в этом, так ведь, Кристиан?

— Нет, не видим, — кивнул молодой человек. — По крайней мере, старшее поколение.

Эдит начинала уже елозить на стуле, так что было очевидно: пора уходить. Напоследок Виктория сказала:

— Если Гордон все же решит пойти завтра, я надеюсь, вы будете держать его в узде и не дадите распускать язык.

— Задача не из легких, — рассмеялся Кристиан.

Когда мы вернулись в гостиницу, некоторые делегаты конгресса сидели в ресторанчике, заканчивая ужин; другие проводили время на террасе или вокруг бассейна, наслаждаясь коктейлями. Дэйв был целиком поглощен разговором с Кент Кларк и, казалось, не был очень уж счастлив. Джаспера Робинсона вообще нигде не было видно, но и Ивонна отсутствовала, сей факт был упомянут, и не раз, разными людьми.

Дэниел и Майк оккупировали уголок в баре, кажется, в продолжение всего конгресса, и мы пошли к ним.

— Слышала, что вчера вечером вы снимали интервью с Кассандрой де Сантьяго, — заметила я.

— Должно быть, забавно для вас было, Майк? — Мойра сразу же поняла, к чему я клоню, — я решила проверить алиби — и теперь она наверняка мысленно закатила глаза, но ничего мне не сказала.

— Забавно? Неплохое слово, — усмехнулся Майк.

— По мне так у нее не все дома, — выдал Дэниел.

— А зачем вам полоумная в документальном фильме? — поинтересовалась я.

— А это не наше дело — задавать вопросы, — ответил Майк. — Как и фильм «Рапа-Нуи», этот не будет пользоваться большой популярностью.

— Точно, — поддакнул Дэниел. — Уж я-то знаю.

— Несколько не вписываются в ваши вечерние планы, не так ли, эти вечерние съемки? — снова закинула я удочку. — Получается, вас могут вызвать в любое время суток?

— Кент считает, что ненормальную лучше всего вечером снимать, ну, знаете, это типа в темноте, мистику, страх нагоняет, — пояснил Майк, а Дэниел расхохотался.

— А что за девушка со скучающим выражением на лице всегда присутствует на съемках? Она еще постоянно поправляет воротник Джасперу и все такое, — задала Мойра следующий вопрос.

— Это дочь Кент. Разве вы не знаете? Небольшое проявление семейственности в кино, — пояснил Дэниел. — А может, склонность к некрофилии? Эта девочка едва говорит. Она вообще живая?

— Негодяй ты, — пожурил его Майк. — Но она просто болтается поблизости, это уж точно. Зовут ее Бриттани.

— Я удивлена, что женщина по имени Кент Кларк не назвала свою дочь более мужским именем, Сидни, например, — хмыкнула Мойра.

— Луис, — сказал Дэниел. — Как Луис Лейн. [9] Вот что бы я сделал. Как бы то ни было, я собираюсь домой. Спасибо за выпивку, Майк.