Чтение онлайн

– Итак, вы намереваетесь помочь ему? Вы попытаетесь его исцелить?

– Да, – сказал сухо Гермес. – В надлежащее время.

Он склонился над поверженным Аполлоном и прикоснулся к нему металлическим стержнем, который извлек из кармана туники. Отпечатки пальцев на шее Золотого бога побледнели и исчезли. Дыхание его сделалось ровным.

– Привести в порядок тело проще всего, – произнес Гермес, поднимаясь на ноги. – Куда сложнее вылечить разум, но и это мы сделаем.

– Он же хотел убить вас… всех, – пробормотал я.

Гера ответила:

– Неужели поэтому мы должны его уничтожить? Лишь тварь рассуждает так, Орион.

– Он убил Аню!

– Нет, – сказал Золотой бог, медленно поднимаясь на ноги. – Ты сам убил ее, Орион. Полюбив тебя, она сделалась смертной и поэтому умерла.

– Я любил ее!

– И я! – закричал он. – Но она предпочла тебя! И потому заслужила смерть!

Я попытался вырваться из державших меня рук, но творцов было слишком много и они были слишком сильны. И все же Аполлон опасливо посторонился, и между нами встал Зевс.

– Орион! Бороться бессмысленно, – отрезал он.

– Он говорил, что способен оживить ее.

– Так говорило его безумие, – продолжил Зевс.

– Нет, не безумие! – зло возразил Золотой бог. – Я могу оживить ее! Но не для него… Не для того, чтобы она опять отдалась этой… этой… твари.

– Верни ее мне! – завопил я, напрасно стараясь вырваться из рук творцов, надежно удерживавших меня.

Передо мной встала Гера, ее насмешливая улыбка исчезла, сменившись серьезной, почти сочувствующей.

– Орион, ты хорошо служил нам, мы довольны. Но тебе следует смириться с тем, чего изменить невозможно. Ты должен выбросить из головы все мысли об Ане.

Она протянула руку и коснулась моей щеки кончиками пальцев. Я ощутил, как гнев и желание мстить оставили меня. Мышцы расслабились, а ярость утихла.

Я ответил Гере:

– Скажи мне как. Для меня забыть ее – все равно что перестать дышать.

– Я разделяю твою боль, – негромко сказала она. – Но то, что свершилось, нельзя изменить.

– Нет, можно! – выкрикнул Аполлон и, хохоча, посмотрел на меня.

Он сбросил с плеч руки Гермеса, попытавшегося остановить его. Коренастый и рыжеволосый творец, которого я звал Аресом, встал возле Золотого бога, готовый схватить его, если потребуется.

– Я могу сделать это! – продолжал кричать Аполлон в бешенстве. – Я могу вернуть ее назад. Но не для тебя, Орион! Не для того, чтобы она обнимала тварь… червя… существо, которое я сотворил, чтобы оно служило мне!

– Заберите его в город, – приказал Зевс. – Безумие его сильнее, чем я предполагал.

– Это я безумец?! – вопил Золотой бог. – Кроме меня, здесь нет нормальных. Вы все безумны! Глупые, близорукие, безмозглые дураки! Неужели вы считаете, что способны без меня управлять континуумом и сохранить свои жалкие жизни? Безумие! Чистейшее безумие! Только я могу спасти вас. Лишь мне известно, как вытащить ваши драгоценные шеи из наброшенной на них удавки. А ты, Орион, никогда не увидишь Аню! Никогда!

Убийственная ярость оставила меня. Я ощущал лишь пустоту и беспомощность.

Гермес отвел Золотого бога в сторону, мускулистый Арес последовал за ними. Зевс и остальные начали исчезать, расплываясь в свете звезд, подобно миражу в пустыне. Я оставался один в странном мире и смотрел, как они медленно растворяются в воздухе. Но прежде чем полностью исчезнуть, Аполлон повернулся и крикнул мне через плечо:

– Смотри, Орион. Они бросили тебя, как дети – надоевшую игрушку. Никто не вернет ее! Это могли сделать лишь мы с тобой, но я не стану стараться ради тебя, а ты сам не сумеешь! – Он взвыл, хохоча, и пропал вместе с остальными.

Смысл слов Золотого я понял не сразу. „Никто не вернет ее! Только мы с тобой могли это сделать, но я не стану стараться ради тебя, а ты сам не сумеешь“.

Итак, я могу вернуть Аню к жизни – вот что на самом деле сказал Золотой бог. Или же он просто хотел подразнить меня, нанести последний жестокий удар, чтобы навеки разделаться со мной? Я затряс головой.

„Аполлон обезумел, – сказал я себе. – Разве можно верить ему?“ И все же я не мог выбросить его слова из головы.

Оглядев чуждый, непривычный ландшафт, я понял, что если у меня и есть шансы оживить Аню, то для этого следует сначала возвратиться на Землю. Я закрыл глаза и попробовал сосредоточиться, чтобы переместиться в нужное мне место. Впрочем, я как будто расслышал прозвучавший в отдалении хохот Золотого бога. И едва различимый голос Зевса:

– Да, ты можешь вернуться, Орион. Ты хорошо служил нам.

Я ощутил жуткий холод, жгучий мороз мечом пронзил меня. А когда я открыл глаза, то оказался внутри великой пирамиды в усыпальнице Хуфу.

Совершенно измученный, я припал к выложенному золотом саркофагу. Я устал… Не только телом, но и разумом. Периодически оступаясь, я с трудом спустился по спиральной каменной лестнице в подземную камеру, где меня ожидал Гетепамон.

Жирный жрец преклонил колени перед алтарем Амона. Он зажег лампы в крошечной комнатке, ароматы благовония наполнили ее, сам же он бормотал молитву на языке, уже забытом в Египте:

– О безопасности незнакомца Ориона, о Амон, молюсь я тебе, самый могучий из богов… Защити того, кто так похож на твоего возлюбленного Осириса…