Чтение онлайн

Обстановка стала накаляться не сразу. Сначала парни просто сидели и потягивали свое пиво и иногда перебрасывались отдельными ничего не значащими фразами. Слов Гордеев не разбирал и потому о теме их разговора мог только догадываться. Однако вскоре они начали жестикулировать. Их растопыренные пальцы все чаще и чаще оказывались у лица ветерана. А еще через какое-то время до Гордеева стали доноситься обрывки реплик. Тон беседы парней с ветераном становился все выше и выше.

– Скоро, старик, в России будет порядок, – говорил один из парней.

– Это какой же? – спросил старик.

– Железный! – сказал второй парень.

– Такой, который уже никогда не заржавеет, – добавил третий.

Троица засмеялась. Громко и дико.

– И кто ж его наведет? – поинтересовался старик.

– Мы! – заявил первый парень.

– А кто это мы? – переспросил ветеран.

– Мы – это мы! Я, – говоривший ударил себя в грудь, – Петька и Сивый! – разъяснил тот, который, скорее всего, и был главным в этой троице.

Старик промолчал.

Главный толкнул в бок своего соседа:

– Сивый, наведем порядок?

– Наведем! Еще как наведем! – подтвердил Сивый.

– Ох! И наведем же! – присоединился к ним третий.

– Так что давай, старик, выпьем за наш порядок, – сказал главный и протянул ветерану свою бутылку.

Ветеран отвел руку парня.

– Спасибо. Я не пью, – сказал он.

– Это же простое пиво, старик, – сказал второй. – Жидкий ячменный хлеб.

– А хлеб – всему голова, – добавил третий и постучал себя пальцем по лбу.

– Я и пива не пью, – объяснил старик свой отказ.

– Давай, старикан, не выпендривайся. Выпей! Или, может, ты против порядка? – удивился вдруг главный.

– Нет! Я за порядок, – сказал как отрезал старик.

– А может, тебе наше пиво не нравится? – задал коварный вопрос третий и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Нам оно, кстати, тоже… не очень.

– А все почему, старик, знаешь? – спросил у ветерана главарь.

Старик благоразумно молчал. Он уже чувствовал, что этот разговор добром для него не кончится.

– А потому-у-у-у-у, – протянул тот же парень, – что если бы у тебя было поменьше наград, то мы сейчас пили бы «Баварское», а не вот эту мочу очаковскую.

– Вот этих вот самых, – сказал третий и сильно ткнул пальцем в грудь ветерана.

Старик попытался отбить руку, но это у него плохо получилось.

– Ну-ка дай сюда свои ордена! – заявил второй. Он наклонился к старику и резким движением руки сорвал орденские планки с пиджака ветерана.

– Фронтовики, снимите ордена! – пропел Сивый.

Парни расхохотались – громко и нагло. От радости застучали по полу своими подкованными ботинками.

Старик, у которого и без того был бледный вид, стал белее мела.

– Верни, подонок, – сказал ветеран тому, кто сорвал с него орденские планки. Он протянул руку за тем, что у него отобрали, но в это время главный с силой ударил его по вытянутой руке.

– Это кто же здесь подонок? – спросил он, вставая.

– Вы! Вы все, – ответил старик.

Юрий Гордеев, который следил за развитием событий, удивился такому отчаянному бесстрашию.

– Ну-ка повтори то, что ты сейчас сказал! – грозно потребовал главный.

Старик молчал, но это уже вряд ли бы помогло ему избежать физического столкновения с подвыпившими парнями.

– Ты что? Сразу язык проглотил? – грубо спросил третий и ткнул старика в плечо.

– А мы умеем развязывать языки! – ехидно заявил тот, который сорвал со старика орденские планки.

Все трое парней опять захохотали – угрожающе и беспощадно.

Видя, что события начинают принимать весьма серьезный и нежелательный оборот, Гордеев решил вмешаться. Он поднялся и враскачку подошел к парням. Сказал миролюбивым тоном:

– Ну ладно, ребята, пошутили – и хватит. Верните дедушке то, что вы у него взяли посмотреть, и будем считать инцидент исчерпанным…

– Вали отсюда, защитничек! – грубо оборвал Гордеева Сивый.

Юрий не отреагировал на выпад.

– Человек он пожилой, – продолжал Гордеев. – У него инфаркт может случиться. А врачей поблизости нет. Жалко, если что…

– Тебе сейчас врач самому понадобится! – грозно крикнул главный.

– Или вам? – усмехнулся адвокат.

– Ладно, – сказал главарь, – придется начать с тебя.

Слегка опустив голову, он пошел тараном на Гордеева. Его замутненные глаза смотрели на Юрия из-под узкого лба, а пальцы рук были сжаты в огромные кулаки.

Гордеев стал понемногу отступать. Он хотел выманить этого негодяя из его логова, которым были две вагонные скамейки. В проходе было бы легче с ним разобраться. А то, что первым нужно нейтрализовать именно его, Юрий Гордеев знал наверняка.

Главарь, подняв кулаки на уровень лица, продолжал наступать. Его приятели, уверенные в своем лидере, с интересом наблюдали за происходящим, сидя на скамейках. Их наглые лица расплывались в садистском удовольствии.

Гордеев остановился. Со стороны могло показаться, что он не готов отразить нападение противника. Он и не был напряжен, и руки были опущены, а пальцы расслаблены.

Парень ухмыльнулся и приблизился к адвокату на расстояние вытянутой руки. Внезапно его огромный кулак мелькнул в воздухе. Но удар не достиг цели. Юрий успел нырнуть под его правую руку. В следующее мгновение левой – снизу – врезал противнику в челюсть. Громко клацнули зубы. В тусклом свете вагонных лампочек мелькнули подошвы тяжелых высоких ботинок. А еще через мгновение грозный с виду главарь с грохотом рухнул на заплеванный пол.