Метаморфоза
Шрифт:
— Заходи.
Люси медлила.
— Заходи!
— Подождите, здесь какая-то ошибка! — воскликнула Люси. — Я ни в чем не виновата!
— Это не мне решать, — отрезал мужчина. — Заходи.
Люси медленно зашла за дверь, и она захлопнулась позади.
В комнате с голыми серыми стенами стояла небольшая кровать и деревянный стол. В другом углу располагалась раковина и унитаз. Под потолком находилось небольшое зарешеченное окно, через которое проходили лучи света.
Люси медленно сползла по стене на холодный пол. Слезы беспрерывно струились из ее глаз.
Она совсем ничего не понимала. Ей было холодно, ей безумно хотелось есть и пить. В одночасье ей стало казаться, что она была одна на целой планете.
Что происходит?
Почему она здесь? Какой закон она нарушила?
Какое они имели право посадить ее сюда?..
Миллионы вопросов бешеной каруселью вертелись в ее голове, но она не находила на них ответа.
Некоторое время она сидела на полу, пытаясь прийти в себя и унять озноб.
Наконец Люси тяжело поднялась, подошла к раковине, умылась и рискнула немного попить. Вода была тошнотворной на вкус.
Несмотря на отвратительное состояние, ей все же стало чуть легче. Боль в голове немного унялась, и Люси уселась на кушетку.
Еще совсем недавно она пребывала в своей теплой, уютной комнате, рисовала, терзалась мыслями о том, что ей нечем было заняться летом…
Теперь же она сидела на жесткой кровати в оранжевом костюме, брошенная в тюрьму неизвестно за что и неизвестно в какой стране.
«Скучно ей».
Люси охватила злость на саму себя.
— Ей стало скучно! — воскликнула она. — Хотелось путешествовать! Пожалуйста!
Она скрипнула зубами.
Все резко стало необъятно сложным, и ее переживания об учебе и отдыхе казались наивными и глупыми.
Что же будет с ней дальше?
Она глубоко вздохнула и постаралась, насколько возможно, мыслить ясно.
Она в тюрьме.
Выйти отсюда невозможно. Повсюду охрана.
Кто может ей помочь?
Мать?
А вдруг ее тоже упекли сюда?
Люси была больше чем уверена, что все эти события были связаны с исчезновением отца. Она была также убеждена, что в этом были замешаны те типы, которых она видела накануне.
И если это было связано с отцом, то значит, он должен был находиться где-то здесь. И она должна была его как-то здесь отыскать.
В любом случае, к ней обязательно должны были вернуться. Представлялось невозможным, чтобы ее так вероломно засунули сюда, ничего не объяснив.
Вдруг прозвучал громкий сигнал, и Люси вздрогнула от неожиданности. Дверь камеры, щелкнув, приоткрылась.
Люси медленно встала и двинулась к выходу. Как бы то ни было, лучшим решением сейчас оставалось вести себя как можно спокойнее и наблюдать.
Снаружи она увидела других арестантов. Среди них были только женщины, и все они были одеты в одни и те же оранжевые костюмы. Они двигались по коридору в одном направлении под присмотром надзирателя, и Люси последовала за ними, ловя на себе множество взглядов.
Она с недоумением отметила, что абсолютно все люди вокруг нее: сотрудники и заключенные — были под два метра ростом, и сама по себе невысокая Люси чувствовала себя еще меньше по сравнению с ними.
Они вошли в просторное помещение с длинными обеденными столами. Зал был разделен на две части металлической решеткой от пола до потолка.
Толпа из женщин выстроилась в очередь у стены. В противоположной стороне помещения Люси увидела такую же очередь из мужчин. Очередь подходила к нескольким окнам в стене, откуда заключенные забирали еду, а затем садились за стол.
Когда Люси подошла к окну и взяла протянутый ей поднос с едой, она, озираясь по сторонам, направилась к столу и опустилась на свободное место.
— Эй, это мое место! — вдруг услышала она низкий женский голос над головой.
Люси моментально вскочила. Перед ней стояла громоздкая женщина с мешками под глазами.
— Я... не знала, — запинаясь, проговорила Люси.
Под ворчание заключенной она отошла как можно дальше и уселась на другой стул.
Ее снова начало колотить.
Усилием воли собравшись, она взяла ложку и, ковыряясь в тарелке с супом, стала исподтишка наблюдать за обстановкой.
В помещении находилось около сотни человек. Заключенные мало разговаривали друг с другом, хотя иногда Люси замечала дружественные хлопки по спине и приветствия.
Слева и напротив нее сидели женщины, поглощающие пищу, но она не решалась с ними заговорить.
Люси уткнулась в тарелку.
«Надо поесть, — подумала она. — Мне нужны силы».
Едва поднесла ложку ко рту, как раздался звон упавшей посуды и крики, и тут же на мужской половине завязалась драка.
Надзиратели бросились разнимать заключенных; из дверей на подмогу выскочило еще несколько человек.
Все присутствующие стали неотрывно наблюдать за происходящим.
Люси бросила беглый взгляд на лица мужчин, и вдруг у нее перехватило дыхание.
За дальним концом стола сидел ее отец.
________________________
* Двадцать третьего числа четвертого весеннего месяца.
3. Встреча
Люси резко встала с места.
Отец как ни в чем ни бывало продолжал поглощать еду, не обращая внимания на потасовку.
За время отсутствия он сильно изменился: у него отросли волосы и борода, лицо похудело, а взгляд стал стеклянным. Вместо привычно добродушного и веселого отца она видела хмурого, закрытого человека, несущего тяжелое бремя обрушившихся на него испытаний.