Метель
Шрифт:
– Паспорта давайте! – сказала Алена.
– Он там… В сумочке… – еле выговорила она.
С их паспортами Алена ушла обратно в храм, туда, где еще горели свечи. «Неужели это правда? – подумала Маша. – Я замужем! Нет, это сон. Завтра я проснусь, и все исчезнет». Она даже холод чувствовать перестала.
– Поздравляю, – сказал свидетель Коля и полез к ней, целоваться.
– А ну, отстань от моей жены! – вмешался Жора. – Руки прочь!
– О как! Суровый у тебя мужик! – подмигнул ей Коля. – От него не погуляешь!
Через какое-то время подошла Алена, протянула им документы. Спросила:
– Фамилию менять будешь?
– Конечно, будет! – ответил за нее Жора. – Ты кто раньше-то была?
– Ложкина, – сказала за нее Алена. – Мария Гавриловна.
– Ну, а теперь будешь Бурмина! Свидетельство о браке пусть пока у тебя побудет. Вдруг я потеряю?
– Ты что, рассеянный? – улыбнулась Маша.
– Вроде, нет. Но документы и деньги должны быть у жены. Так положено.
«Муж! Я замужем! Безумие какое-то! – подумала она, пряча в сумочку паспорт и свидетельство о браке. – Неужели он это все всерьез?» У нее в голове не укладывалось. Еще утром несчастная, брошенная, подавленная, разозленная, обиженная на жизнь и на предателя Володю, она ехала в Москву, не разбирая дороги. И полночь не наступила, как она уже замужняя женщина, венчанная, законным мужем целованная и… счастливая?
Маша покосилась на супруга. А целуется он здорово! И вообще… Интересный парень, или, как на селе говорят, видный. Что дальше-то? Он словно почувствовал ее взгляд и спросил:
– Ну, как ты?
– Сколько тебе лет? – улыбнулась Маша.
– Двадцать один.
– А мне девятнадцать.
– Ты где живешь-то?
– В Москве. Квартиру снимаю.
– А сама откуда?
– Да так. Издалека. – Она назвала городок, из которого два года назад приехала покорять Москву. Как все, мечтала выйти замуж за москвича, и вот вам, пожалуйста! В степи, в деревянной церкви, с простым деревенским парнем… И двух часов не прошло, как познакомились!
– Замерзла?
Муж обнял ее за плечи, крепко прижал.
– Где ж вас положить-то, молодые? – спросила Алена. – Места-то во флигеле немного, а у вас, как-никак, первая брачная ночь! А в храме негоже.
– Пить тоже негоже, – усмехнулся Жора. – Однако батюшка не возражает.
– То ж пить, – покачала головой его сестра. – Холодно же. Что делать-то будем, а? В автобусе, небось, замерзнете.
– А до завтра подождать нельзя? – спросила Маша.
– Не… Никак нельзя, – она почувствовала на своей шее, возле уха, горячие губы законного супруга. – Я что, зря женился?
Ее легонько укусили за мочку уха.
– Ты, кому сказала! – рассмеялась Алена и толкнула ее в бок. – Подожди! Это ж мой братец! Ишь! Жеребец! Повезло тебе, Мария! Крепче и слаще него никто любить не будет!
Маша почувствовала, как щеки заливает краска.
– Не слушай ее, – жарко зашептал на ухо Жора. – Я тебе буду верный. Детей нарожаем…
«Детей! – вспомнила она. – Да я же его обманула! Он же ничего не знает о ребенке! О моем ребенке! Что же теперь будет?!» Ей стало стыдно.
– Эх! – сказала Алена. – Выпивка есть, а вот закуски маловато! Ну, ничего! Продержимся до утра! А, как дорогу расчистят, веселым пирком – да за свадебку!
– А пойдем в машину! – предложил Жора.
– Куда?
– В машину. Хочешь к тебе, хочешь ко мне, в «Волгу».
– Первая брачная ночь в машине? – рассмеялась она.
– А чем плохо? Ты ж шампанского хотела!
– А что, есть?
– А как же! Эй, шампанского прихвати! – крикнул он вылезающему из автобуса мужику. – И фужеры!
Маше вдруг стало весело. Жора за руку потащил ее с крыльца, схватив по дороге бутылку шампанского и фужеры из рук посланника.
– Молодые, вы куда? – крикнул из темноты кто-то.
– На кудыкину гору!
– Не трожь их. Авось и сладится.
Маша прижала к себе сумочку, в которой лежало свидетельство о браке. Она все еще не верила в реальность происходящего. Все повалили во флигель, устраиваться на ночлег.
– Идем ко мне? – предложила она. – Машина большая, теплая, бензина в баке достаточно. Наверное, не замерзнем.
Он прислушался и сказал:
– Странно… Ты слышишь? Ветер стих. И снег больше не идет. Тепло, тихо…
В воздухе и впрямь, кружились теперь лишь редкие снежинки. Метель словно по волшебству унялась, облака поднялись. Вот-вот выглянет луна.
– Дорогу все одно раньше завтрашнего дня не расчистят, – улыбнулся в темноте Жора. – Да и то не факт. Выходной завтра. Воскресенье.
– Сколько же мы будем здесь сидеть без еды и света?
– А мы в деревню сходим, молочка парного купим, сала. Голодная? У меня шоколадка есть. На, – муж достал из кармана и протянул ей шоколадку.
– Спасибо. У меня тоже есть. В машине.
«А он добрый. И заботливый. А я… Врушка!»
– Значит, к тебе? Ну, идем!
Проваливаясь в глубоком снегу, они побрели к ее машине. Маша включила зажигание, потом они разложили передние сиденья. Получилось удобное ложе. Имелись и подушка, и теплый плед. Брат покупал машину с кузовом «универсал» вовсе не имея в виду, что здесь его сестра проведет свою первую брачную ночь, но раз уж так получилось… Маша невольно улыбнулась. Вот Игорь будет смеяться, когда она ему все расскажет!
– Ну что? Открываю? – Жора показал ей бутылку шампанского.
– Потихоньку. И чтоб пены не было, – предупредила она. – Это не моя машина.
– А чья?
– Брата.
– Хорошая машина, – похвалил Жора и принялся откручивать проволоку. – Жаль, не твоя. А я думал, ты богатая!
– Так ты на мне, выходит, по расчету женился?
– Ну да!
Раздался тихий хлопок, Маша ойкнула, он тут же подставил бокал, ее, потом свой.
– Порядок. Ну? За нас? Поцелуйте, что ли, мадам, законного супруга, – усмехнулся Жора.