Чтение онлайн

– …Мы с Тошали давно знакомы, с детства. В одной школе учились, – негромко рассказывал Сабиров.

Группа, двигавшаяся добрую половину ночи, стала на дневку. Наверное, шли бы и еще, но Максим услышал такое знакомое хлопанье лопастей вертолета.

– Воздух! – выкрикнул Оболенский.

Отряд беглецов бросился в разные стороны, под укрытие скал. И вовремя – буквально в следующую секунду вертолет со свистом промчался прямо над тем местом, где только что шла группа.

– Тихо, тихо, тихо! – Максим удерживал у стенки пленника. Причем способ удержания использовал весьма оригинальный – подперев лезвием ножа кадык церэушника. Блэр и не пытался дернуться – только косился испуганным глазом на нож.

Вертолет улетел. Наемники позволили себе немного расслабиться.

– Дальше у нас какой маршрут? – поинтересовался Артем у Деда.

– Дальше выходим на равнину, – сообщил тот. – От вертолета укрыться будет негде.

– Тогда – привал, – решил Артем.

Блэру тут же связали руки и ноги. Не помрет… А конечности ему не нужны – все равно ни пищи, ни воды у группы не было. И патронов… Хорошо, если на всех один полный магазин наберется.

Присев немного в стороне от пленника, Рождественский и Оболенский принялись обсуждать сложившееся положение.

– Слушай, а этот америкос, получается, немалая шишка, – признал Артем. – Был бы рядовой какой инженер – «вертушку» бы не вешали над горами.

– Ну, вот, а ты говорил: «Резать, резать!» – передразнил приятеля Максим. – Он нам еще пригодится. Пока – как заложник. Я не думаю, что они ограничились одними «вертушками». Надо понимать, что и пешая погоня за нами идет.

– Но с ним ведь не оторвемся, – покачал головой Рождественский.

– Дед! – развернулся Максим к сидевшему неподалеку пограничнику. – Подойди, пожалуйста, на секундочку!

А глазами показал Скопцову на пленника. Вязки вязками, а без пригляда хозяйского глаза столь ценную добычу тоже оставлять нельзя.

– Дед, есть мнение, что американцы отрядили за нами погоню, – негромким ровным голосом сообщил Артем Сабирову, когда тот подошел и присел рядом с ними. – Что делать будем? Как отрываться? Есть какие-нибудь мысли на этот счет?

Шовкат на какое-то время задумался.

– Есть вариант… Я же говорил, что мы найдем здесь союзников. Они помогут.

– Это радует, – усмехнулся Максим.

– Добро, – решил Артем. – Тогда отдыхаем. Весь день они все равно болтаться над нами не будут. Этот район, может, будут чесать час-полтора. Потом тронемся.

– Если все будет нормально, ночью выйдем на место, – прикинул Сабиров.

– Слушай, а что у тебя с этим… – Артем отвернулся. – Ну, с Бобошеровым. Если не хочешь, можешь, конечно, не говорить!

– А чего бы и не сказать, – грустно усмехнулся Шовкат. – Не хочу, чтобы вы меня за шизика считали…

Он немного помолчал, как бы собираясь с мыслями, потом начал негромко:

– Мы с Тошали давно знакомы, с детства. В одной школе учились. Он, правда, постарше меня. И семья… Местные владыки. Я после школы уехал в московское пограничное. Ну, а он в Душанбе, в университете, к тому времени уже учился. За деньги…

Шовкат опять замолчал. Его никто не торопил. Сочтет нужным – и сам продолжит. Так и получилось.

– Меня потом сюда же и направили. Сразу попал в разведотдел отряда. Тогда как раз вся эта гадость началась, наркота с той стороны валом поперла. Басмачи целыми бандами на прорыв шли, людей пачками валили, минометы, легкая артиллерия – все окупалось. Это – с той стороны. А с этой – у руля наркотрафика встал Бобошеров и такие, как он. Ну, здесь ребята на заставах как могли, так держались. А мы на ту сторону ходили. Один караван перехватили у границы, второй… Они там не так плотно охранялись – проще было отрабатывать. Я до сих пор не знаю, что и как получилось. Среди наших предателей не было… Скорее всего, кто-то недобитый меня увидел на операции и узнал.

Шовкат отвернулся, теперь голос его звучал глуше:

– Тошали ко мне подъехал. Сначала купить пытался, потом грозил. Потом сказал: «Ты меня на всю жизнь запомнишь». И уехал. А потом я узнал, что родителей моих… Убили, короче. А сестру – ей всего четырнадцать было – с собой увели. На ту сторону продали. И стоит за всем этим Тошали. Он специально сделал так, чтобы я узнал.

Максим вдруг поднял руку, призывая товарищей к молчанию, прислушался…

– Километров пять левее прошел, – сказал Оболенский. И, уже обращаясь к Сабирову: – Извини, Дед. «Вертушка»…

Бывший пограничник кивнул в ответ и продолжил:

– Ну, вот, собственно, и вся история… Отряд потом в Россию вывели, а я остался. Все этого гада искал. Надеялся узнать, куда сестру продал, – вытащить хотел… Но он без охраны нигде не появлялся. Всяких уродов себе нанял. И таджиков, и русских, и хохлов. Прибалты были, один или два. Оружие им купил, одежду, деньги платил хорошие. После того, как наши ушли, он тут вообще хозяином стал, весь район под ним.

– А что он там галдел насчет того, что ты, типа, убитым должен быть? – спросил Артем.

– Да был такой момент, – неохотно ответил Шовкат. – Почти добрался до него. Но охранники… Короче, меня тогда ранили, думал, сдохну. Но отбился, оторваться смог. Как – и сам до сих пор не пойму. Отлежался… А потом прятался – все планы строил, как до него добраться. И тут – вы. – Сабиров усмехнулся. – Такой подарок судьбы я упустить никак не мог! Одному мне там ничего не светило, а вот с вами… – Развел руками.

– А чего ты сейчас про сестру не спросил? – уточнил Максим. – Он бы не стал молчать.