Чтение онлайн

Я не понимала значения этих взглядов, равно как и причин, рождающих этих чувств, но со сладким ужасом понимала, что и в моих устремленных на них глазах отражаются не менее яркие чувства, которые я к своему бесконечному смущению всё явственнее ощущала в своём мятежном сердце. Я пыталась уверить себя, что эти взгляды — плод моего воображения, но расправляющая крылья душа бунтовала, в бесстыдной яркости воскрешая в памяти каждую улыбку и случайное, едва уловимое касание, горячих чуть обветренных ладоней. Я не желала принимать их странного отношения, я не могла отказаться от веры в него. И мне было стыдно, мучительно стыдно и перед семьей, и перед обликом истиной леди, порушенным мной.

Снедаемая противоречивыми чувствами, так непохожими на то, холодное равнодушие, что жило во мне совсем недавно я, стояла, прижавшись лбом к оконному стеклу. Слушая свое тяжелое дыхание, выискивала, но не находя сил шагнуть в озаренную светом часть залы и вновь повстречаться глазами с теми, кого так боялся мой разум и так искало сердце.

А там, высоко в небе, среди серой хмари ядовитыми змеями били хвостами белые всполохи молний, да басовито порыкивали, будто сказочные чудовища, скрытые за пеленой дождя, раскаты грома, а затем, высвеченные на миг вершины гор, вновь исчезали в серой мгле непогожего дня. Казалось, нет в этом мире никого кроме бьющегося в окна дождя и меня, всматривающейся в его плотную стену.

За этим отстраненным созерцанием меня и застал беловолосый граф, неслышно возникший за моей спиной. В мутном стекле на миг мелькнули, отражаясь черты его красивого лица, а в следующее мгновение, едва восстановленное самообладание разрушил его, неожиданно мягкий голос, тревожа пропустившее удар и пустившееся в безумный пляс сердца:

— Любите дождь, моя прекрасная леди?

— Нет, мой лорд, не люблю. — Не видя своего собеседника, но всем своим существом ощущая кем было нарушено мое одиночество устало вздохнула я, говоря толи о буйстве стихии за окном, толи — пытаясь убедить себя в отсутствии каких — либо чувств к застывшему рядом мужчине.

— Отчего же стоите у распахнутого окна и смотрите в небеса? — Удивился беловолосый лорд.

— Другого мне не дано. — Равнодушно пожала плечами я, осторожно касаясь холодного подоконника кончиками затянутых в синий шелк пальцев. Зал потонул в белом свете озарившей зал молнии и последовавшем за ней раскате грома.

— Буря близится.

— Вас страшит буйство стихий? — Вновь ухмыльнулся синеглазый граф, подходя ближе и повторяя ладонью тот же путь, что за мгновение до этого проделала моя рука.

— В непогоду у меня разыгрывается мигрень. — Бросила я, наблюдая за бегом его ладони, но не решаясь взглянуть в ненавистное до последней своей боготворимой мной черты, лицо. А в следующий миг лорд Светоч выдохнул, забыв шутливый тон:

— Прости, я не… не знал…

— Винитесь, что привели за собой дождь? — Всё так же не глядя в синие глаза, спросила я, умышленно игнорируя переход на «ты». Но в следующий миг по моей щеке мягко скользнули холодные пальцы, а их обладатель прошептал, заглядывая в испуганно округлившиеся глаза: — Обещаю, этого больше не повторится, а дождь уйдет к завтрашнему утру. Ведь ты мне веришь? Правая рука беловолосого опустилась на плечи, левая — сжалась на талии, притягивая меня к плутовато ухмыляющемуся графу.

Но уже в следующее мгновение отчаянно дернувшаяся я, вырвалась из неожиданных объятий, и едва вспоминая, как надо дышать торопливо опустилась в так неосмотрительно покинутое мною кресло. И с почти суеверным ужасом наблюдая за ничуть не смущенным синеглазым, покинувшим наше убежище следом за мной и остановившимся в нескольких шагах от стола.

Дрожащая от пережитого потрясения я, оглянулась, бросив быстрый взгляд на причину своих волнений, но встретившись им с задумчивыми глазами этого ужасного мужчины, залилась краской смущения и вновь отвернулась, с преувеличенным вниманием рассматривая предложенную моему вниманию гравюру. Забывшее, секунду назад биться сердце, дрожало испуганной птицей, грозя вырваться из ставшей вдруг слишком тесной для него груди.

Но беловолосый и не думал замечать этого, всё с той же бестактностью продолжая рассматривать меня, о чём свидетельствовали косые взгляды, которые я изредка бросала на него из — под ресниц.

За этим меня и застиг его рыжий брат, оторвавшийся на миг от заполнения предложенного ему Элоизой альбома, дабы сказать что — то Светочу, да так и застывшего переводя потемневший взгляд со своего беловолосого родственника на всё более багровеющую меня.

— Светоч, — наконец совладав со своим изумлением пожурил он синеглазого графа. — немедленно прекрати изображать статую Старшего в главном храме столицы! Лучше раскажи нашим милым спутницам обещанную историю наших странствий.

— Не доверяешь своему красноречию? — Презрев все условности, усмехнулся его брат, беззвучно опускаясь в соседнее кресло и продолжая рассматривать еще больше сжавшуюся под его взглядом меня.

— Как можно, — продолжая прожигать его сейчас кажущимися почти черными глазами, парировал граф Зак и пояснил, вновь склоняясь над сестринским альбомом: — Просто я занят.

— Чем же? — Не оборачиваясь, заинтересовался лорд Светоч.

— Я заполняю альбом милой Элоизы. — Гордо объявил рыжий граф, старательно выводя что — то посреди белого листа. Озарённая внезапной догадкой я, быстро разметала собранные нами со всей библиотеки, выискивая пахнущую белой сиренью книжечку в бархатном переплете.

А обнаружив, немедля протянула её подлому графу, найдя возможность хотя бы на время избавиться от тяжелого взгляда синих глаз.

— Прошу вас, лорд, окажите мне честь. — Произнесла я, открывая свой альбом, не оставляя тем самым беловолосому иного выбора, кроме как погрузиться в написание эпитафии, способной поразить моё воображение.

— Тогда, боюсь, с пересказом наших приключений придется повременить, — уже склоняясь над пока ещё белым листом, обреченно вздохнул мой мучитель.

— О, возможность получить пожелание от вас того стоит. — Освободившись от лена его глаз, я почувствовала себя свободнее. Подкрепила хрупкие ростки уверенности и ободряющая улыбка лорда Зака:

— Не волнуйтесь, прекрасная Эльвира. Я ничуть не худший рассказчик, нежели мой брат. — Передавая альбом заинтересованно поглядывающей в него сестре, широко улыбнулся рыжеволосый. — О чём бы вы хотели узнать, моя леди? О тропических лесах или обычаях северных племён? А может, вас интересуют диковинки восточных рынков? — Предложил он, однако решившая во чтобы то ни стало, узнать их тайну я, вежливо улыбнулась и отказалась, опередив зачитавшуюся пожеланием Зака Элоизу:

— Мне кажется, более чем справедливым уделить внимание и вашей родине, граф.