Чтение онлайн

Закачанность спинных мышц тоже оказалась в полном порядке — скользя, сидя в кораблике, легко смогла выгнуть спину параллельно льду, да так, что лицо смотрело прямо вверх и было отчётливо видно разноцветные флаги и светильники, проплывающие вверху, под потолком. Класс!

Выпрямившись, Лада не ощутила почти никаких усилий, несмотря на то, что совсем недавно занималась в зале ОФП, и это занятие не было лёгким, так же как и хореографическая тренировка. Однако сейчас тело было в идеальной форме и откликалось мгновенно.

Выпрямившись из кораблика, Люда сделала неловкую дугу, развернулась моухоком и исполнила гидроблейд. В Екатинске этот элемент у неё часто не получался — она моментально валилась на лёд, соскальзывая с ребра. Сейчас же получился! И даже мышцы не очень-то и устали! Поднявшись, Люда исполнила ина-бауэр, как ей казалось, идеально — выгнула тело вперёд, руки развела в стороны, согнула правую ногу в колене, одновременно отставив левую ногу назад перпендикулярно оси движения. Кажется, получилось хорошо!

Развернувшись у правого короткого рта задними перебежками, Люда исполнила несколько пируэтов, раскрутилась и прыгнула бедуинским в либелу. Этот прыжок во вращение не считался у неё очень сложным даже в Екатинске, поэтому сейчас она очень легко исполнила его. Так легко, что после смены трёх положений не почувствовала ни малейшей усталости. В Екатинске минимальная усталость всё-таки присутствовала…

Люда исполнила всё, что от неё требовалось, и, когда радостная подъехала к тренеру, увидела, что он стоит пунцовый от злости. Телевизионщики о чём-то переговаривались и с удивлением смотрели на неё.

— Что? — с тревогой спросил Люда, предчувствуя, что сделала что-то не так.

— Аря, ты сама чувствуешь, что ты делаешь? — недовольно спросил Бронгауз.

— Нет. То есть да! А что? — ответила Люда, подъехав к бортику и резко, по-хоккейному резко затормозив и сыпанув снегом в лица всех окружающих.

— А то, что ты как будто впервые встала на лёд, — непреклонно заявил Бронгауз, отряхивая снежную пыль. — Где красивые заходы, выходы на элементы? Где связки? Где пируэты, туры? Ты не знаешь, как это делается? Да и вообще, у меня такое ощущение, что ты впервые встала на коньки. Ты уже не заслуженный мастер спорта? Ты перворазрядница?

— Да! — совершенно честно ответила Люда. — Что не так-то?

— Всё не так! — с досадой махнул Бронгауз и махнул рукой, подзывая Смелову. — Саша! Подойти на пару секунд.

Сашка подъехала, осторожно затормозила и стала внимательно слушать тренера, озадаченно глядя то на него, то на Людмилу.

— Саша, сейчас от правого борта до левого прокати хореодорожку, сидя в кораблике с выгибом спины, потом сделай гидроблейд, после него ин-бауэр. У того края развернёшься, сделаешь несколько красивых пируэтов и посередине арены исполнишь прыжок во вращение. Всё ясно?

— Ясно! — покорно кивнула головой Саша и пошла исполнять указание тренера. Телевизионщики уже начали снимать её с самых первых шагов.

— Ничего страшного! — сказал Бронгауз, обращаясь к Эмме. — Сейчас Саша сделает всё, что нужно. Вы только близко её не снимайте. Она катится на очень хорошей скорости, и зрители ничего не заметят. Больше ничего не получится — Стольникова ещё не вышла в рабочий режим.

— Хорошо, спасибо огромное, — кивнула головой Эмма и стала с интересом наблюдать за Сашкой. Люда тоже стала наблюдать за подружкой, и то, что она делает, ей очень нравилось! Такого она даже не видела у матёрых фигуристок, которых показывали по телевизору: Катарины Витт, Мидори Ито, Киры Ивановой, Елены Водорезовой!

Смелова каталась на очень приличной скорости. На такой скорости, что казалось, еще немного, и она взлетит. Кроме того, она каталась очень рёберно — в некоторых местах наклонялась чуть не на 45 градусов ко льду. Но не это главное. Смелова проехала хореодорожку не так, как Люда, а намного более интересно — зашла на неё с нескольких твиззлов, вышла тоже оригинальным пируэтом с подскоком. Сделав разворот перебежками, исполнила идеально прямой прыжок в шпагат, а выехав в центр катка, стала раскручиваться пируэтами в бедуинский прыжок.

— Всё! Снято! Спасибо большое! — улыбнулась Эмма. — Нам пора. Желаю вам всего хорошего! Арина! Желаю тебе быстрее прийти в форму!

— Спасибо! — кивнула головой Людмила и показала пальцем в камеру. — А это всё будут по телевизору показывать?

— Нет, в эфир этот материал не пойдёт, — отрицательно качнула головой журналистка, закидывая сумочку на плечо. — Возможно, только упомянут в новостях спорта в воскресном выпуске первого. Полную версию смотри традиционно во влоге Стольниковой на нашем сайте.

Люда ничего не поняла, но сделала вид, что ей всё ясно, пожала плечами, кивнула головой и помахала рукой, провожая журналистку.

— Аря, а теперь расскажи, что это было? То, что мы сейчас видели? Ты вообще разучилась стоять на коньках? — с лёгкой ноткой недовольства спросил тренер. — И что за шалости на тренировке?

— Что именно вам не нравится? — с рассерженным видом спросила Люда. — Вы всё ходите вокруг да около и ничего не говорите. — Что не так? Я говорила, что коньки новые, не разношенные. Не привыкла… Плюс перерыв в тренировках был.

— Не нравится нам то, что ты катаешься так, словно на коньках всего пару лет стоишь, — терпеливо ответил другой тренер, Сергей Николаевич Дудин. — У тебя нет ни дуг хороших, ни рёбер, ни плавности движений. Всё как-то резко, мощно, прорывное. Ощущение, слойно тебе перед исполнением элемента нужно какое-то время, чтобы вспомнить, что делать, потом резко начать его делать, чтобы наверстать упущенное время. Вот это, Аря, выглядит очень странно и является признаком непрофессионализма и низкого уровня мастерства. Необычно, учитывая твой уровень катания. Если ты так будешь каться… Я не говорю, что нам придётся расстаться… Мы всё понимаем: сезон послеолимпийский, тяжёлый. Его надо пережить. Но тебе будет очень трудно. Ты буквально жить будешь на катке и на сборах. Тебя это устраивает?