Шрифт:
Евгений Антонов
МИЛАЯ, Я ГОТОВ...
– --ое ---я, вторник.
Прости, милая. Прости, хорошая. Прости что вчера, сославшись на занятость, я отказался с тобой пообедать. Я же не знал, что у тебя такая беда. Лишь вечером мне об этом сказала жена.
Слезы, слезы, слезы... Да-да, милая, все хорошо - сейчас это твое естественное состояние... Только ты не молчи, говори. Говори не задумываясь о том, что ты говоришь. Все, что тебе хочется сказать само вырвется наружу. Потом, постепенно, ты опустеешь. Но это лучше, чем вот так. Я постараюсь хоть частично заполнить эту пустоту. Милая, я готов сделать доля тебя все, что хочешь. А пока, отдай мне свою боль. Не бойся, я сильный.
– --ое ---я, среда.
Ты живешь прошлым... Нет-нет, наверное так и надо, милая. А чем тебе еще жить сейчас ?! Да-да, он хороший, ты никого не слушай. Мало ли что вокруг говорят. Они не чувствуют его так, как чувствуешь ты. Просто так получилось. Я прошу тебя об одном - прекрати думать, что бросают только плохих женщин. Зачем ты себя уничижаешь ? Та, другая не многим лучше тебя. Я бы даже сказал наоборот. Хочешь, я расскажу тебе о том, какая ты хорошая?
Четверг.
Слезы, слезы... Давай-ка я тебя хоть салатом покормлю, нельзя же совсем ничего не есть. Хочешь бананчика ?.. Ты спрашиваешь, почему я с тобою так нянчусь? Не знаю, милая... А кто еще из друзей тебе настолько близок как я ? Да, но она далеко... Да и, кроме того, я не могу остановиться на полпути, уже начав отдавать. Ты об этом не знаешь, но потом мне будет плохо, очень плохо. Это уже проверено. Хотя, глядя на тебя сейчас, я забываю об этом.
Суббота.
Вот ты понемногу и успокаиваешься, милая. Слава Богу! Ты говоришь о странных ощущениях, которые ты испытываешь в последнее время. Возможно, это от меня. Со мною это случается постоянно. Например вчера, когда я шел на работу, вся толпа двигалась параллельно со мной, подтанцовывая под музыку славной группы "Morphine", звучащей у меня в наушниках, а вереница желтых "Запорожцев", ехавших вдоль тротуара мне навстречу, дополняла эту картину, еще более усиливая ощущение моего пребывания в одном из окончательно обрусевших районов Нью-Йорка. Хочешь, я тебя свожу туда когда-нибудь ? Когда ? Когда стану богатым. Ну же, не улыбайся так скупо! Смейся!
Воскресенье.
Да, милая. В общих чертах эта схема довольно проста- люди нравятся друг другу (может даже влюбляются), сходятся, вместе живут, затем все приедается, чувства остывают, люди расходятся. Причем, расходятся гораздо быстрее и увереннее, если им понравился кто-то другой. Все логично. Глупо и несправедливо упрекать людей за это. Он действует как раз в пределах этой схемы. И на первый взгляд вроде бы все правомерно, но видишь ли, если взглянуть поподробнее, то вся эта схема начинает обрастать мелкими деталями и нюансами, усложняющими ее, путающими и сбивающими с толку. И вообще, это очень неблагодарное занятие - рассматривать людей под большим увеличением. Может случайно выяснится, что он - подонок и негодяй, ты - мстительная сука, а я - извращенец и эгоист, ловко пользующийся бедственным положением других. Так что, не стоит этого делать. По крайней мере, сейчас.
Вторник.
Ты упрекаешь меня в том, что я тебя смешу. Ты говоришь, что тебе нельзя смеяться. Но почему, милая ? Кто тебе об этом сказал ? Разве с его уходом обрушилось небо, или погасло солнце ? ... Вот видишь, ну разве это не смешной случай ? Смех до слез. А чем еще жить ? Разве это не забавно, что мы идем сейчас с тобой ночью под проливным дождем, ориентируясь на зарево городских огней, тускло сияющее где-то там, над лесом ? Я и сам не думал, что так могу смешить. Ты смейся, милая. Не сдерживай себя. Забудь обо всем. Жене я уже все объяснил, она простит. Простит ради тебя, своей лучшей подруги. Она понимает, что тебе сейчас нужнее всего именно я. Хочешь, мы вернемся на дачу и останемся там до утра, просто сидя у печки, глядя на огонь и попивая горячий чай. Это ведь так успокаивает. Забудь о боли в ногах. Наше тело способно вынести гораздо больше, чем мы предполагаем. Я это понял еще в детстве, когда вместе. Не прими это за навязчивость. Ты ведь сейчас можешь обходиться и без меня... Да что же это с телефоном-то!.. Ты представляешься мне большим и очень чутким животным, наделенным интеллектом. Ты инстинктивно чувствуешь, что тебе необходимо для выздоровления. Поступай как чувствуешь, не подстраивайся под меня...
Какой-то из дней.
Почему тебе кажется, что ты меня чем-то обидела ? Усталый взгляд ? На работе заездили. Не обращай внимания. Ты об этом не знаешь, но скоро он совсем потухнет. Теперь, потеряв опору, я уже не могу остановить падения.
ххх
Вот видишь, я же говорил, что он никуда не уйдет... Ну и пусть, что не решил окончательно, живет-то он все же дома. Это означает, что поезд уже ушел - ему теперь просто не хватит сил этого сделать. Конечно-конечно, что ты, о чем разговор. Встретимся в другой раз, как ты пожелаешь. Ты знаешь, как найти меня в любой момент, или заходи к нам вечером. Для тебя это даже к лучшему - не видеть меня сейчас. Мой небрито-замученный вид навеет на тебя уныние. Кроме того, от меня сейчас мало толку - я перестал видеть сны и замечать наяву то, что замечал раньше.
ххх
Как ты там, милая ? Наверное поправляешься, раз не звонишь. Пора и мне как-то выравниваться. Вот сегодня допью вчерашние остатки, и все... Мне плохо, милая... Странно, но я готов тебя ненавидеть...
Когда я дуну на горящий одуванчик, он не потухнет подобно спичке, а взорвется множеством пылающих парашютиков, которые, разлетевшись во все стороны, подожгут дома моих врагов... Вот только жаль, что не могу назвать ни одного из них конкретно...
Август 2000 г.