Чтение онлайн

— Триглицерид рицинолевой кислоты! Тьфу, гадость, какая! — поморщилась Урсула, прочитав формулу вещества.

— Гадость не гадость, а какая ни есть тормозная жидкость. Некоторые ее даже пьют. Бесенок, зараза, на станции техобслуживания чуть-чуть до нормы недолил. Из-за этого я не могу сдвинуть свою машину с места. Бред прямо какой-то! Горючее есть, зажигание в норме, а система аварийного автоматического контроля не дает двигателю запуститься, — пожаловался Петрович.

— Сочувствую. До созревания семян клещевины осталось два месяца. Каким способом можно еще получить касторовое масло, я не знаю, — сказала Урсула и предложила другой вариант: Может, электронику попробовать обмануть? Где машина-то?

— Машина-то недалеко, в северной бухте, — отвечал Петрович.

— Почему же я ее не видела? — удивилась Урсула.

— Я накрыл ее коллоидным чехлом безопасности, который не отражает свет, поэтому она кажется невидимой, — объяснил Петрович.

— Скоро гроза. Потом разберетесь. А сейчас, Петрович, прошу в мой дом, — прервал их разговор Деметрис.

Они поднялись на второй этаж. Петрович, осмотрев помещение, не удержался от комплимента по поводу мебели ручной работы, паркета из красного дуба и художественной росписи потолка и стен. Мебель и паркет Деметрис когда-то сделал сам, а росписью занимались Урсула и Мишка (Медвежонок).

— У тебя, извини за бестактный вопрос, семья когда-то была? — спросил Деметрис Петровича, когда они присели в удобные кожаные кресла напротив резного столика из сандалового дерева.

— Свою жену Октябрину — подающего надежды микробиолога, я потерял в 1946 году. Она утром ушла на работу и не вернулась. Её объявили в розыск, но не нашли. В 1947 году меня по ложному доносу арестовали и осудили по статье 58-й часть вторая пункты 10 и 11-й. Мне определили 8 лет исправительно-трудовых лагерей. Сына и дочь, пока я трудился в бериевской "шараге" под руководством знаменитого ленинградского профессора Козырева, воспитали чужие люди. Выйдя на свободу, я решил на своих отцовских правах не настаивать, — коротко ответил на его вопрос Петрович.

— Может, зря? — посочувствовал Деметрис.

Петрович ничего не сказал, и только сжал голову в плечи, словно опасался, что Деметрис задаст ему еще более неприятный вопрос. Но больше вопросов, касающихся личности собеседника, кроме места рождения, гостеприимный хозяин задавать не стал. Оказалось, что Петрович родом из Смоленщины, как и обожаемый Павловым-Деметрисом поэт Александр Трифонович Твардовский.

В это время Ефросинья и Дарья принесли термос с кипятком, сладости и чайный и кофейный сервизы на две персоны. За какие-то пять минут удивительными силами своего организма Урсула вскипятила электрочайник и попросила своих "сестричек" угостить отца и приехавшего к нему таинственного гостя чаем и кофе. Процесс кипячения воды происходил у младших дочерей Деметриса прямо на их глазах, и вызвал у них неподдельный восторг и приступ белой зависти.

Петрович от угощения не отказался, хотя Деметрису было известно, что вкус и аромат предложенных ему напитков тот уже не чувствует. Петрович даже виноградные вина мог различать только по количеству долей содержащегося в них этилового спирта, — в чем он признался ему еще во время их первой встречи, которая произошла 35 лет тому назад в тюремном помещении крепости Тхэбай.

Тогда у Петровича были большие неприятности. Он на полном ходу вместе с машиной времени свалится в пропасть на юго-западном склоне Большого Байкальского хребта. Сверхпрочный материал выдержал удар, и машина не развалилась, но, вот, аварийный эвакуатор, который он вызвал на помощь, проскочил мимо него почти на целый год вперед, и ему пришлось все это время, по его словам, "валять дурака". Для того чтобы не скучать, сидя на одном месте, Петрович отправился в пеший поход по Прибайкалью, и, по оплошности попал в плен к илинойцам.

Деметрис (Павлов) в то время исполнял в Тхэбае необременительную гражданскую должность авгура, то есть занимался предсказанием исхода тех или иных общественных мероприятий по ряду природных признаков и поведению животных. Жреческие коллегии авгуров существовали в городах-государствах илинойцев, как минимум, за двести лет до того, как Деметрис стал гражданином города Тхэбай. Отказ от избрания авгуром был бы для него чреват неприятными последствиями, вплоть до лишения гражданских прав и изгнания из города, поэтому он отнесся к непривычной для него профессии прорицателя со всей серьезностью.

Илинойцы приняли Петровича за демона, и хотели его обезглавить. Деметрис, посетив его в крепостной темнице и поговорив с ним начистоту, решил ему помочь, используя свое служебное положение. Среди различных способов предсказания будущего особой популярностью в Тхэбае пользовалось гадание по буквам иллинойского алфавита. Для этого требовались размеченный круг, мешочек с зерном и петух. Вначале авгур чертил на земле циркулем окружность и разбивал ее на 24 сектора. В верхней части каждого сектора авгур писал одну из букв алфавита и клал на букву зернышко. После того как петух склевывал часть зерен, начиналось тщательное изучение круга. Буквы, соответствовавшие склеванным зернам, складывались в ответ на заданный вопрос. Таким образом, Павлов предостерег сограждан от казни таинственного чужестранца посредством отсечения головы, чтобы не навлечь на город гнев богини Немесис.

С тех пор Петрович навещал Деметриса частенько. Путешествия во времени — они ведь происходят в пределах одной Вселенной, и не занимают времени, поэтому по дороге в будущее или в прошлое можно сделать, сколько угодно остановок. Они обычно встречались на постоялом дворе на окраине города Тхэбай и предавались приятным воспоминаниям о жизни в СССР. Павлову, конечно, было очень интересно узнать, каким мир был в далеком прошлом и каким он станет в будущем, когда его уже не будет, но на эту тему его новый знакомый распространялся также неохотно, как и о своей работе.

……………………………………………………………………………………………………

Начиналась гроза. Шквалистый ветер ворвался в бухту и поднял в воздух тучу песка. Гранатовые деревья, лавры, кипарисы, мирты и пинии во дворе дома отчаянно замахали своими ветвями и жалобно заскрипели. Первые крупные капли замолотили по черепичной крыше, и очень скоро полил столь неистовый ливень, что Павлов попросил Петровича закрыть окна, а сам включил электрическое освещение, работавшее от кремниевой солнечной батареи, снятой с яхты "Асоль".

— В 1990-ом году в Москве замечен твой двойник. Ему 37 лет, и он — твоя полная генетическая копия, — Петрович сразу перешел к делу, объясняя причину своего неожиданного визита на остров Кипрос.

— Неужели родной брат-близнец объявился? — догадался Павлов, и почувствовал, как тревожно забилось его сердце.

— Я полагаю, что он — твой идентичный близнец, отсроченный во времени, — подтвердил его предположение Петрович.

Что такое "идентичный близнец" Павлов приблизительно себе представлял. Дело в том, что каждый человек по прошествии восьми поколений становится потомком 256 родственников "одной крови", а за тридцать поколений таких предков набирается целый миллион! И все эти люди носят в себе наборы генов, передавая их своим потомкам, которые при определенных условиях могут оказаться очень даже весьма похожими друг на друга. Подобные случаи отнюдь не редки, более того, они часты! Обычно становится известно только о тех "двойниках", которые похожи на знаменитых артистов или политиков. Про двойников людей "неизвестных", к сожалению, известно крайне мало, а точнее, вовсе ничего не известно. Их жизнь толком никто не изучал, а между тем она полна странных совпадений и малообъяснимых с научной точки зрения случаев. Наши малоизвестные двойники живут рядом с нами, а мы, являясь их двойниками, — рядом с ними. Мы не встречаемся лично, хотя часто живем или работаем совсем рядом, так что нас путают знакомые, случайно встречаясь на улице с нашими "копиями", живыми или мертвыми.