Милорд
Шрифт:
– Хочешь, первый урок проведем на улице? – предложила я девочке. – Можем попросить кухарку собрать нам закуску и устоим пир на берегу.
– Хочу, – посветлела лицом девочка, и я сразу же догадалась, что на воздух она выбирается не так и часто. Скорее всего, ее горничная предпочитает тепло замка холоду, царящему за его стенами. Я же любила любую погоду, и ненастье меня не пугало.
– Тогда, пойдем, проводишь меня на кухню. А потом мы с тобой оденемся потеплее и отправимся на прогулку.
Нет, я никогда не научусь ориентироваться в стенах этого огромного и довольно мрачного замка. На кухню мы с Сериной шли очень долго, раза в два дольше, чем занял наш путь от башенки до столовой. И если последний я так-сяк запомнила, то получив от добродушной кухарки корзинку, полную всяких вкуснятин, я совершенно растерялась, не знала, как мне теперь попасть в свою башенку. Слава Богу, почти сразу же мне встретился дядюшка Сэм, иначе точно заблудилась бы. Одно успокаивало – с голоду не погибла бы, с таким-то набором лакомств.
– Освоились, мисс? – приветствовал меня дядюшка Сэм, не забыв при этом еще и поклониться.
Я же так рада была видеть его, что едва не бросилась целовать. И уж точно, в последнюю очередь сейчас думала о каких-то там церемониях. Да и нравился мне этот старичок безмерно. И конечно, я ему сразу же пожаловалась на собственную беспомощность.
– Ничего, мисс, очень быстро вы ко всему тут привыкнете, – увещевал меня дядюшка Сэм, провожая до башенки. – Замок этот только с виду суров, но сердце у него доброе. В наших краях ходит поверье, что жилища людей впитывают в себя характеры хозяев. Так вот у этого замка очень богатая история, и корнями она уходит во времена рыцарей. Да я и сам с малолетства живу в нем…
– А герцог? Это его родовое поместье? – не сдержала я любопытства.
– Герцог Хопс-то? Нет, мисс, – почему-то понизил голос дядюшка Сэм. – Милорд купил замок четыре года назад и сразу же поселился в нем с маленькой мисс, тогда еще совсем крошечной. Если бы не он, то и мы все пошли бы по миру, и замок постепенно начал разрушаться, потому как незадолго до этого скончался его последний хозяин, сэр Генрих Милфорд. И наследников у него не осталось ни единого в этом мире.
– А откуда сюда прибыл герцог? – продолжила я допрос, пользуясь расположением и словоохотливостью собеседника.
– Так знамо откуда, из столицы! Он же ж самого короля нашего приближенным магом был… Ох, что-то я разболтался без меры, – опомнился видно дядюшка Сэм, и мне даже стало неудобно за собственное любопытство. Что если у них тут наказывают за разговоры о хозяевах. Этому добродушному старичку я точно не желала подобной участи. – Дальше, мисс, идите по этому коридору, потом свернете направо, а там и лестница… Уверен, не заблудитесь, – и он поспешил по своим делам, вручая мне корзину, которую до этого галантно отобрал.
Комнаты Серины находились в низу, и на пути в свои покои я заглянула к девочке. Она уже была практически готова, и мне следовало поспешить, чтобы ребенок не истомился и не зажарился в теплых одеждах. Только вот на лестнице меня ждало препятствие в виде все той же тени. Вот же, настырный! Если верить тетушке Пэм, то сюда ему запрещено соваться, а он только и делает, что нарушает запреты.
На этот раз действовала я без былого страха и уверенно.
– Если ты понимаешь человеческую речь, то освободи мне, пожалуйста, путь, – остановилась я перед тенью, не зная в какое именно место этого темного пятна смотреть. Где у него примерно глаза-то находятся? – Я очень спешу…
Слова мои провалились в пустоту, и ровным счетом ничего за этим не последовало. Разве что, я разозлилась сверх всякой меры. И злость все возрастала, когда преодолевала еще пару ступенек винтовой лестницы. Чем ближе становилась тень, тем ощутимее меня окутывал холод. На лестнице и без этого было довольно свежо, и толстая ткань платья не спасала от озноба. Но я была уверена, что холод исходил именно от тени.
– Ты хоть что-то соображаешь? Или твой хозяин забыл об этом позаботиться? – пробормотала я, не зная, как вести себя дальше, и размышляя, смогу ли прошмыгнуть мимо него вдоль стенки.
– Его хозяин позаботился обо всем, – прозвучал сзади меня голос, от которого я чуть не скатилась с лестницы прямиком под ноги его обладателя.
Герцог стоял у подножья лестницы и с любопытством смотрел на меня. Странно, что в этот момент мне подумалось, что холод, исходящий от тени, является отражением его ледяных глаз. Сделав едва уловимое движение рукой, он заставил тень сначала шевельнуться, потом резко съежиться и метнуться к нему. Когда она исчезла в его кулаке, я так и не поняла.
– Доброе утро, сэр! – отмерла я, вспоминая о вежливости.
Ответом мне послужило молчание. А потом я вовсе удостоилась чести снова смотреть в эту надменную спину. И кто-то еще говорил об уровне нашего воспитания, сравнивал его. Да на поверку герцог Хопс выходил откровенным хамом. Но размышлять и дальше, стоя на лестнице, я не стала. Время поджимало, и следовало поторопиться.
Кити помогла мне по-быстрому одеться, настояла на накидке, подбитой мехом, и уже вскоре мы с Сериной покидали пределы замка.
Море немного успокоилось, уже не лизало подножье скал и не заливало каменный подъезд к замку. Но все равно оно еще продолжало бросать волны на берег, делая это агрессивно и резко.
Туман рассеялся еще больше, и видимость улучшилась. С того места возле самых скал, где мы расположились с девочкой, расстелив прямо на камни толстый плед, нам хорошо было видно и замок, и весь берег, зажатый каменными гигантами, и море. И сюда не долетали ледяные брызги. Мне вдруг подумалось, а бывает ли в этих краях тепло. Об этом я и спросила Серину.