Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Так что вперёд, к победе идей «золотых миллиардеров», ибо процесс давно уже суть необратим!

Лично мне жутко нравится модель поведения Алисы в Стране Чудес. Она просто без разбора ела и пила всё, что только ей предлагали, при этом надеясь, что это каким-то волшебным образом решит все её проблемы.

Я бы тоже с радостью стал хоть чуточку, но лучше, но где же найти столько радости? Учитывая мой характер, я с каждым днём всё больше и больше поражаюсь, что рядом со мной всё ещё есть люди. Ведь я уже не пью, пока что ещё курю и до сих пор сволочь, которая озабочена одним вопросом, почему светлым должно быть будущее, а не настоящее.

Кстати, в моем доме свет живет в холодильнике. Так что пойду-ка я пока поставлю ему очередную пару лайков. Ведь главное в этой жизни – никогда не сдаваться, хотя лично я бы с удовольствием сдался кому-нибудь. Потому что с удовольствием – это совсем другое дело! С удовольствием, как в сауну, куда мы приглашаем тех, кто нам нравится, в отличии от бани, куда нас посылают те, кому не по душе мы, в противовес им не научившиеся имитировать не только оргазмы, но и счастье. Красиво. Искренне. Неподражаемо. Громко и пошло.

Всё для счастья и любви

Взросление поэта – бег от разврата,

Но седина на висках замыкает круг.

Всё по сути – бессмысленность и растрата

Время «тик-так» и сердце «тук-тук».

Рустам «Рустевели» Аляутдинов.

А всё начинается, когда часы бьют «Тридцать восемь». Именно тогда понимаешь, исходя из того, что ни в тридцать три, ни в тридцать семь, Богу на небесах ты ни для чего не понадобился и здоровье уже не то, бросаешь писать стихи, решаешь переходить на жизнь «белую». Потихоньку втягиваешься, вытрезвеваешь, начинаешь интересовать ни на что уже давно не надеявшихся, но оставшихся отнюдь не «вопреки», близких и родственников. Устраиваешься на постоянную работу. И, когда, окончательно придя в себя, смотришь на жизнь свою трезво, приходит осень.

Биоритмически осень – это такое время года, когда отрываешь голову от подушки за пять минут до выхода на работу, а мозг уже полчаса как самозащищается: «Ещё вставать или уже поваляться?» Осенью особо ценен день сексуальный – тот, который можно «До и от» провести, не вылезая из кровати, а потом ещё, может быть, довести себя и до постели.

Тогда же явственно осознаешь, тому, что всё-таки дожил до этой поры, обязан исключительно алкоголю. Благодаря ему много что забыл, и у тебя есть достаточно того, что вспомнить, чтобы не включать телевизор бессонными ночами. Благодаря попыткам с ним расстаться растерял большинство друзей, добрую половину врагов нажил благодаря достоинствам, приходившим к нему на замену. На ум приходит что-то вроде:

«Похмелье – движитель творца!

Оно терзать его не может,

Творца похмелье тупо гложет -

Не накатить ли слегонца…»

Хотя, в конце концов, ощущаться лучше «так» на позитиве, чем всю жизнь на «седативе».

Вот так смотришь, оцениваешь, задумываешься… Именно в этот момент обретаешь своё собственное патриархальное виртуалити.

Особенно явственно это ощущается в начале осени. В начале осени собственной жизни. Когда ты сам себе Патриарх

Лав из… В детстве была такая жевательная резинка, подушечки с вкладышами, где объяснялось, что любовь – это поднести девочке портфель до дома. Вкладыши… Которыми играли, складывая в стопочку, ударяя собранной «в лодочку» ладошкой, в надежде, что те перевернутся навзничь. Детство… Тогда мы не знали многого, что в жизни нам не пригодилось, но точно располагали ответом на вопрос, что есть любовь – Лав из… – это подушечка жвачки с вкладышем внутри.

Время в движении, и готовых ответов с листочков из жвачки хватать катастрофически перестало. Каждый начал стараться дать ответ. Без шпаргалки. Сначала дарили цветочки, угощали мороженым, приглашали в кино, набрасывали на хрупкие девичьи плечики пиджачки и курточки, если на улице был ветерок или, не дай Бог, слегка похолодало.

Потом уже вели в ЗАГС, старались всячески обеспечить, дабы не чувствовали себя обделенными. Хотя бы на фоне своих заклятых подруг. Лав из…? Квартира, машина, дача, отпуск на море, норка на плечах, бриллианты на шее, опять же…

И хоть до старости еще не добежали, но уже задумываемся, что оно, Лав из…» в перезрелости? Заснуть позже, зная, что под храп она проворочается до утра, так и не сомкнув глаз? Носить на руках, чтобы не дай Бог, не ушла раньше тебя. А если не уследил, то каждую субботу возить цветочки на погост? Цинично? Согласен. Но во многих случаях, поверьте, правдиво.

Жизнь нам не только крутит руки, но и дает свои, подчас нежданные и некместные, ответы. В подземке напротив сидела почтенная пара преклонного возраста. Он пытался ей что-то сказать. Перегон грохотал. Она изо всех сил пыталась его расслышать, но не слышала. От чего нервничала. Он тоже нервничал, потому что нервничала она. Тогда и сделал абсолютную немыслимость – дал ей берушу. И вы бы видели ее по-настоящему счастливое лицо, когда, воспользовавшись сим нехитрым приспособлением, наконец-то смогла его услышать! Пусть по губам… Потому что, перейдя вместе жизнь, начинаешь понимать и в абсолютной тишине. Вы бы видели его успокоенный вид, когда понял, что она больше не нервничает. Лав из…

Нет, никто и ничто, кроме вкладыша из детской жевательной резинки, никогда не сможет объяснить, что такое любовь. Лав – «любовь», из – «это», «есть». Лав из… – любовь это… Лав из! – любовь есть! И пока она есть, она не может не иметь подпитки и не есть…

Она запоминала мужчин по люстрам – если, поноровя, вспоминала, какая она у него была, значит мужчина был – считай, что не был. Он отмечал женщин по постельному белью: коли мог вспомнить и цвет его, и фактуру, то женщину уже не помнил.

Он до такой степени страдал спермотоксикозом, что у разговаривавших с ним по мобильному девушек непроизвольно срабатывал виброзвонок. Она так мучилась недотрахеитом, что при встрече с ней у друзей в гаджетах мгновенно разряжались аккумуляторы.

Нимфетамин на них больше не действовал. Когда оба были уже «на грани», то встретились в секс-шопе. Их взгляды встретились, едва не сразу заметившая их продавщица, неожиданно включила тихую музыку.

– Продам тесты с двумя полосками. Оптом – недорого. Для особо загадочных особ есть эксклюзивные – «Адидас»…

Поделиться:
Популярные книги

Я до сих пор царь. Книга XXXII

Дрейк Сириус
32. Дорогой барон!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Я до сих пор царь. Книга XXXII

На гребне обстоятельств

Шелег Дмитрий Витальевич
7. Живой лед
Фантастика:
фэнтези
5.25
рейтинг книги
На гребне обстоятельств

Эволюционер из трущоб. Том 2

Панарин Антон
2. Эволюционер из трущоб
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Эволюционер из трущоб. Том 2

Черный Маг Императора 19

Герда Александр
19. Черный маг императора
Фантастика:
аниме
фэнтези
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Черный Маг Императора 19

Князь Медведев. Дилогия

Вяч Павел
Медведев
Фантастика:
аниме
фэнтези
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Князь Медведев. Дилогия

Третий

INDIGO
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Третий

Офицер

Земляной Андрей Борисович
1. Офицер
Фантастика:
боевая фантастика
7.21
рейтинг книги
Офицер

Дракон

Бубела Олег Николаевич
5. Совсем не герой
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
9.31
рейтинг книги
Дракон

Кодекс Охотника. Книга II

Винокуров Юрий
2. Кодекс Охотника
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
боевая фантастика
юмористическое фэнтези
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга II

Неучтенный элемент. Том 6

NikL
6. Антимаг. Вне системы
Фантастика:
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Неучтенный элемент. Том 6

Вечная Война. Книга II

Винокуров Юрий
2. Вечная война.
Фантастика:
юмористическая фантастика
космическая фантастика
8.37
рейтинг книги
Вечная Война. Книга II

Печать Пожирателя 3

Соломенный Илья
3. Пожиратель
Фантастика:
городское фэнтези
аниме
сказочная фантастика
фэнтези
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Печать Пожирателя 3

Родословная. Том 1

Ткачев Андрей Юрьевич
1. Линия крови
Фантастика:
городское фэнтези
аниме
фэнтези
фантастика: прочее
5.00
рейтинг книги
Родословная. Том 1

Травница Его Драконейшества

Рель Кейлет
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Травница Его Драконейшества