Чтение онлайн

— Но почему при этом не переводятся толпы желающих подписать контракт с кланами? — Вслух произнес я вопрос, который и сам пару лет назад задавал одноногому калеке из бывших старателей.

— А потому, малец, — Я огрубил голос подражая ответу того парня и продолжил увлажненной подкладкой отчищать от себя налипшее вчера дерьмо. — Что там почти все имеет не малую ценность здесь. Самый обычный пещерный мох отлично закрывает раны и обеззараживает царапины. Старые антибиотики по сравнению с почти обычным растением из Провала просто бесполезный мусор. И поэтому за стоимость ста грамм этого растения здесь, на этой стороне портала можно неделю всей семьей питаться ни в чем себе не отказывая.

— Мох. — Я остановился, немного не оттерев себя от грязи и хлопнул с ладонью с зажатой тряпкой по лбу. — Ну я и дебил, блин. Прямо на выходе из этого закутка растет же просто целая плантация этого мха. Хотя наружу, конечно страшновато соваться. Вот только и с выбором у меня по старой привычке не очень. Без хоть какой-то обработки раны я гарантированно сдохну. А крысы уже могли и свалить из большой пещеры, наверное. Возможно. Ну или по крайней мере мне в это очень хочется поверить.

Закончив с приведением себя в хоть какой-то порядок я с тоской посмотрел на вход, залепленный грязью и хламом. Почему-то было очень страшно разрушать эту хлипкую преграду в свое убежище.

— Меня просто не учуяли и уже давно ушли по своим крысиным делам восвояси. — Вслух я проговорил пришедшие самому себе на ум аргументы за вылазку. — Если бы меня унюхали, то ком из дерьма и палок точно бы не остановил хвостатых людоедов.

Взбодрившись таким не хитрым само убеждением, я пополз к выходу. Почему-то этот несчастный метр мне показался невероятно длинным. Моя жалкая трусливая душонка отчаянно сопротивлялась попытке выйти наружу.

— Ты должен выжить и спасти сестру, трусливая тварь. — Я остановился перед преградой и хлестнул себя наотмашь по щеке.

Злостью я старался вытеснить страх и это получалось. Нет трястись руки не прекратили, но решимости двигаться сразу прибавилось. Ответственность за кого-то отлично умеет мотивировать. Особенно если этот кто-то единственный родной для тебя человек во всем мироздании. Накручивая себя все больше и больше мыслями, что кто-то купит мою сестру, как одноразовую секс-игрушку и сломает наигравшись, окончательно привели меня в нужное состояние. Холодная ярость и злость подарили такую нужную решимость, и я потянул руками из стены кусок спутанных с дерьмом костей.

Разобрать вход удалось быстро, и я на секунду замер прислушиваясь к темноте инопланетного подземелья. Вот где-то вдалеке послышался тихий шорох, но сразу все стихло.

— Вроде можно. — Я подтянулся вперед и почти сразу уперся в растущий на камне мох.

Полезное растение росло совсем рядом и это обрадовало. Не продеться далеко удаляться от своей норы. Рвал я быстро и осторожно. Замирая при малейших звуках и напряженно вглядываясь в тьму. На удивление я стал что-то различать в абсолютной до того тьме пещеры. Какие-то неясные контуры кучи дерьма и мусора по крайней мере виднелись мне вполне отчетливо. Нет. Детали все так же надёжно укутывала вечная царящая здесь ночь, но все равно. Прогресс в этом деле меня обрадовал. Система похоже понемногу начинает работать и старается из-за всех сил приспосабливая своего пользователя к окружающей среде.

Собранный мох я активно запихивал за пазуху, пока в очередной раз протянув руки я не наткнулся только на голый камень.

— Похоже халява кончилась, — Себе под нос констатировал я очевидное и пополз обратно к своей норе.

Теперь мне предстояло самое сложное — суметь как-то обработать открытый перелом. В идеале и кость вставить на место. Руки наткнулись на какую-то палку, и я ей обрадовался не многим меньше, чем воде. Мне предстояло как-то зафиксировать ногу, и обычная палка была мне не менее полезна, чем собранное на голых камнях растение.

Деревяшек и относительно крупных костей, пошарив руками чуть в стороне от входа в мою нору, я нащупал ещё несколько штук и сгреб всю свою добычу не особенно задумываясь откуда они здесь взялись. Хотя это был тот еще вопрос — на голых камнях в подземелье явно не растут деревья или кустарники. Но вот кости это явно остатки обеда. С расшифровкой происхождения останков проблем нет.

Внутрь своей норы я забрался гораздо быстрее, чем полз наружу. Пусть защищенность моего убежища и была только иллюзией, но … не бывает, наверное, ничего более живучего, чем собственноручно придуманные сомнительные истины. Особенно тщательно удобренные само убеждением.

Вот и я стал невольным заложником собственной иллюзии о безопасности этого места. И внутри поневоле чувствовал облегчение.

Сразу заниматься ногой я не стал. Сначала тщательно заткнул вход все тем же хламом и дерьмом, что и раньше. Благо разбирал проход я предельно аккуратно, планируя еще не один раз добровольно замуровываться в этой мелкой пещерке.

А затем вместе со всем собранным богатством я направился к остаткам воды в каменной ёмкости. За то время, что я ползал набраться от тех тощих струек не могло, но я расходовал влагу предельно осторожно, прекрасно осознавая, что найти еще воду поблизости у меня вряд ли получиться. По крайней мере в ближайшее время уж точно.

Оторвал новый клок относительно чистой подкладки и намочил ее остатками воды. Теперь мне предстояло хоть как-то очистить рану от грязи. Первое прикосновение к воспаленным краям едва не вызвало у меня крик. Сдержался буквально чудом и мыслью о бродящих неподалеку серых людоедах. Если крысы поймут, что здесь есть добыча, то меня точно уже ничего не спасет.

Зубы заскрипели от сдерживаемого с трудом крика и перед следующей попыткой очистить рану сунул себе в рот найденную не давно палку. Почему-то показалось, что так будет легче переносить боль. К моему огромному сожалению слово "показалось" стало абсолютно верным. Ни хрена мне было не легче. В какой-то момент даже захотелось отказаться и перестать истязать себя своими же собственными руками. Но отдышавшись я продолжил, потому что единственной альтернативой обработки своего перелома была смерть. А у меня еще были некоторые планы на будущее. Сама собой вспомнилась глумливая рожа ломающего мне ногу Антона-Тони и счет к ублюдку вырос еще на несколько килограмм того мяса, которого я планировал при встрече настрогать из этого подхалима Затоновых. Да и клан было не плохо уменьшить на одного наглого без меры и слегка больного на голову щенка— Сэмми.

Как ни странно, лелеемые о мести мысли помогли. Ненависть вообще бывает крайне полезна, если применена в нужном месте и времени.

Закончив убирать из раны грязь я на несколько минут расслабился и рассмотрел в ладони осколок кости длинной сантиметров 5 или 7.

— Как-то странно держать в руке кусок самого себя? — Я хмыкнул и повертел в руках острую расщепленную косточку, которую вытащил из раны. В этот момент мне хотелось забить голову чем угодно, кроме того, что мне предстояло еще как-то вправить перелом. Какая будет боль тогда узнавать не хотелось совершенно. Вот только с выбором у меня как всегда не очень.