Чтение онлайн

Власть обычно не принадлежит умным, хотя вроде бы они могут лучше продумывать способы ее захвата. Если умный временно прорывается к власти, он все равно вынужден применять ее на дурацкий манер, потому что – для дураков.

Мир принадлежит дуракам. В нем удается реализация лишь тех больших проектов, которые рассчитаны на дураков.

Дураки правят своим миром сами. Умные обычно застревают где-то в нижней трети социальной лестницы. Нередко они даже избегают высовываться – ради безопасности.

Дураки вполне могут долгое время существовать без умных – под руководством менее глупых своих собратьев, паразитируя на тех достижениях, которые обеспечили им умные.

Диктатура умных, конечно, очень желательна – хотя бы на время. Наверное, она даже могла бы продержаться долго, но не видится способа ее создать.

Умники вовсе не составляют «интеллекта нации», так как далеко не все из них входят в число лиц, принимающих решения или вырабатывающих широко распространяемые идеи. Зато в число указанных лиц входит множество бойких поднатаскавшихся дураков.

А. Зиновьев («Коммунизм как реальность»/"Руководство"):

«С повышением ранга руководителей происходит (…) снижение интеллектуального потенциала, уровня культуры, уровня профессиональности.(…) Имеются, однако, обстоятельства, компенсирующие эту тенденцию. Первое – наличие огромных штатов помощников, референтов, заместителей, а также эксплуатации различного рода учреждений. Причем чем выше ранг руководителя, тем больше группа, реализующая его руководство. Например, доклады, читаемые крупными руководителями, составляются сотнями квалифицированных людей. Сами руководители, читающие свои доклады, не только не способны их написать, но в большинстве случаев даже толком в них разобраться.»

Причины того, что власть находится по преимуществу в руках дураков:

1) редкость умников: когда возникает необходимость в поддержке со стороны другого умника, то обычно ни одного не оказывается рядом;

2) дискомфортность положения умников среди дураков: дополнительные издержки на маскировку, неспособность выглядеть для дураков вполне своим;

3) абсурдность склада мозгов у многих умников: неспособность этих умников положительно проявлять себя в обычных не слишком сложных делах;

4) извращенность многих умников: неспособность преодолеть порочные влечения; враждебное отношение извращенных умников к умникам здравомыслящим;

5) существование псевдоумников; их продвигают во власть добропорядочные дураки, стремящиеся к тому, чтобы правили умники;

6) отток умников в неначальственные виды деятельности: исследования, проектирование, теоретизирование, художественное творчество и т. д.;

7) физическое уродство многих умников, затрудняющее им продвижение в лидеры.

У башковитых – свои психические проблемы, у дураков – свои. Бывают сумасшедшие дураки, бывают сумасшедшие умники. Впрочем, «сумасшедший дурак» звучит плохо, поэтому лучше говорить о психически больных, а не о сумасшедших. Дураки заболевают головой из-за неспособности «переварить» своим скудным умом сложности своего положения, умники – из-за постоянного травмирования их дураками и из-за перенапряжения в умственной работе.

Аллан Кардек («Книга духов», Введение, XV):

«Да знают ли, сколько безумцев и маньяков было произведено математическими, музыкальными, философскими и другими исследованиями? (…) Работами физическими люди калечат себе руки и ноги, коие суть орудия матерьяльного действия; интеллектуальными работами люди калечат себе мозг, коий есть орудие мысли. (…) Любой вид чрезмерной умственной деятельности может повлечь за собою сумасшествие: науки, искусства, самая религия поставляет свою долю в дома умалишенных.»

За тронувшихся умников нередко принимают психически больных «работников умственного труда», особым умом не отличающихся, а также гениев с однобоко развитой психикой.

Среди умных много психически больных, но среди дураков таких гораздо больше. Особо выраженные дураки – олигофрены, дебилы, идиоты – признанные объекты психиатрии.

Умный – ближайший кандидат в неврастеники. Его очень часто раздражают. Он не живет – он терпит дураков. Он изгой, «внутренний эмигрант», несчастное существо из другого мира, случайно заброшенное в мир дураков и не знающее, как из него выбраться.

Эразм («Похвала глупости», гл. XXXI):

«Какие люди чаще всего налагали на себя руки, пресытившись печалями жизни? Не те ли, которые ближе всего стояли к мудрости?» Можно выделять несколько уровней сложности интеллекта. Первый вышесредний уровень умственного развития довольно вреден для психики: достигший его человек раздражается несовершенством мира, жизнь его превращается в сплошную пытку. Он либо приобретает психическую болезнь, либо сдается и начинает жить «как все», либо накладывает на себя руки, либо переходит на следующую ступень развития ума, либо мучится дальше. На второй ступени человек приобретает то, что называют философским отношением к жизни: начинает спокойно относиться к глупости, становится добродушным, ироничным, спокойным, неактивным, скрывает свое интеллектуальное превосходство. Этот второй уровень благоприятен для здоровья, но карьере не способствует. Третий уровень – это освоение искусства манипулировать дураками: использовать их слабости, порождать, подправлять и гасить дурацкие инициативы слабыми «точечными» воздействиями.

Умные для достижения психологического комфорта нуждаются в коллективе в меньшей степени, чем дураки. К тому же они сильно разбавлены дураками, и им труднее сходиться с себе подобными. По этим причинам умные – всегда в разрозненном слабом меньшинстве.

Дураки же стадны. Они охотно сбиваются в кучи. Дурак чувствует себя комфортно только в компании себе подобных. «Коллективным умом» он пытается компенсировать недостаток ума собственного.

Почему умные стремятся к одиночеству, а дураки – к компании? Умные не столько ищут одиночества, сколько избегают создаваемой дураками суеты. А. Шопенгауэр («Афоризмы…», гл. 2): «Человек умный будет прежде всего стремиться избежать всякого горя, добыть спокойствие и досуг; он будет искать тихой, скромной жизни, при которой бы его не трогали, а поэтому, при некотором знакомстве с так называемыми людьми, он остановит свой выбор на замкнутой жизни, а при большом уме – на полном одиночестве. Ведь чем больше человек имеет в себе, тем меньше могут дать ему другие люди. Вот почему интеллигентность приводит к необщительности.»