Шрифт:
ГЛАВА 1
Человек-бабочка
… Потом все средства информации расписывали произошедшее в разных красках, но в одном стиле – стиле Стивена Кинга [1] . Ничто не предвещало того, что случилось дальше…
Чёрная полоса дороги, пустая от других машин, яркое пятно от света фар, чуть слышное урчание мотора, и спокойствие, разлитое по обочине – что ещё надо для счастья водителя?
Виктор Григорьевич не спешил.
1
Американский писатель, работающий в разнообразных жанрах, включая ужасы, триллер, фантастику, фэнтези, мистику, драму. Получил прозвище «Король ужасов». Здесь и далее – примечания редактора.
Ездил он в зависимости от настроения. Иногда оно было такое, что хотелось придавить на педаль газа и погонять всласть, хлебнуть адреналина, так сказать, а иногда – ехать тихо, никуда не спеша, наслаждаясь размеренностью дороги. А дорогу Виктор Григорьевич любил. Она ему была не в тягость, а скорее – в радость.
Сегодня настроение было неспешащее, и перед крутым поворотом он сильно сбросил скорость, стараясь как можно точнее пройти его, без рывков и виляний, наслаждаясь филигранностью манёвра.
Сноп света от мощных фар далеко уже не нового «жигулёнка» со специальными галогеновыми фарами, которые совсем недавно были им установлены и светили очень ярко, на выходе из поворота выхватил нечто, выбившее его из размеренного и благодушного настроения – на дороге стояло «Оно».
«Оно» отдалённо напоминало человека – человека буквально облепленного бабочками. Большими и маленькими, разноцветными, с причудливыми узорами на одной стороне и тёмно-багровыми – с другой. Их крылья медленно колыхались на ветру, но как-то неестественно, словно все они были приклеены к телу человека. На его лице сидела одна из них – громадная бабочка, очень похожая на «Павлиний глаз», только вот глаз на крыльях был не павлиний, а человеческий, и взгляд его был бессмысленный, устремлённый куда-то в пустоту.
И ещё…
Человек был голый. То есть – полностью голый!
Нога водителя сразу же вдавила педаль тормоза в пол, а руки резко выкрутили руль, пытаясь уйти от столкновения. Колёса заскрипели по асфальту, машину развернуло и потащило боком…
А Виктор Григорьевич, продолжая давить на тормоз и вцепившись в руль, с ужасом ожидал приближающегося столкновения.
Глухой несильный звук удара – и машина прижалась к человеку-бабочке как раз окном передней двери, и его тело оказалось всего в полуметре от глаз водителя.
Странность ночной фигуры стала понятна…
От страха люди кричат, а от ужаса – хрипят. Хрип этот, сдавленный и тихий, идёт не от голосовых связок, а откуда-то глубоко изнутри, оттуда, где в человеке прячется что-то первобытное…
Давно в молодости Виктор Григорьевич по бесконечным просторам кубанских рисовых чеков вёз на мопеде покалеченного степного орла, чтобы дома подлечить эту великолепную птицу. Только мопед был старенький, багажник расшатанный, в общем – потерял он птицу, выпала она по дороге.
Однако решил поискать.
Вокруг расстилалась степь.
Зайдя в невысокую траву, он смотрел вокруг, ища свою потеряшку, а что было под ногами – его вовсе не интересовало.
Но тут, случайно взглянув вниз, он увидел змею. Нельзя сказать, что данное существо внушало ему страх, поэтому, продолжая взглядом искать беглеца, он спокойно перенёс ногу чуть правее и на всякий случай снова посмотрел туда же – там тоже извивалось ещё одно гибкое тело. Нога теперь пошла левее и чуть не наступила на следующую змею!
И вот тут его охватил ужас – земля вокруг кишела тёмными гибкими телами. Он потревожил змеиный клубок.
И он захрипел, тихо и жутко. По спине побежали мурашки, впрочем, спустя уже много лет – когда вспоминается тот случай – они появляются вновь…
Его сознание было занято спасением орла и совсем не видело, а следовательно – не осознавало опасности положения. Подсознание же, видя, что ситуация головой не контролируется, сработало как аварийка.
Как выскочил из травы – он и не помнил…
В этот раз его безопасности ничего не угрожало – он сидел в машине. Но вид в окне – как и когда-то в юности – вырвал из него хрип ужаса.
Бабочки не сидели на человеке – они были частью человека. Кто-то аккуратно вырезал их из его кожи, филигранно раскрасил одну сторону, превратив куски кожи в крылья бабочки, вторую же оставил так как есть, то есть – цвета засохшего мяса.
Тело медленно сползло вниз. Виктор Григорьевич всё же заставил себя выйти из машины. Причём, сделал он это со стороны пассажирского сиденья, поскольку, возле его двери лежало «Оно». Но подойти к нему долго не решался. Неуверенной рукой с негнущимися пальцами он набрал номер телефона Службы Спасения.
Скоро дорогу заполонили машины. Скорая помощь почему-то долго не ехала, зато две стильные машины, совсем не похожие на милицейский транспорт, подъехали почти разом.
Из первой вышел мужчина, худощавый и гибкий, который двигался быстро, но как-то…
Плавно.
Движения его были точны и рассчитаны. Так двигаются люди, уделяющие очень много внимания тренировке своего тела.
Одежда – под стать машине, серебристого «Ягуара» – была явно не с вещевого рынка. Брюки и рубашка навыпуск весьма недешёвых марок ладно сидели на нём, туфли из крокодиловой кожи завершали его гардероб.
Не теряя времени, он подошёл к неизвестному и стал осматривать и его, и место, где он лежал.
Из второй машины – а это был внедорожник – разве что не выкатился его товарищ. И если первый напоминал бритву, то второй скорее был похож на молот. Мощные мускулы так и распирали одежду, норовя разорвать её в самых неудобных местах. Наверное, поэтому, опасаясь, что это произойдёт, он не покупал дорогой, а довольствовался лишь удобной.