Чтение онлайн

Потому что Игорю в этом доме нравилось. Разумеется, не из-за того, что принадлежал особняк весьма состоятельным людям (хотя, что греха таить, комфорт и современная обстановка очень украшали жизнь). Игорю Быкову было приятно, что впервые за долгое время его снова кто-то ждет. Почти всю свою жизнь он прожил в семье, среди людей – и теперь психологически не мог возвращаться в пустую квартиру. А здесь, в доме на Рублевском шоссе, по вечерам всегда горел свет. Утром, после ночной смены, он на цыпочках шел в свою комнату, чтобы не разбудить Аню и Альбину. А когда, выспавшись, вставал где-то после полудня, хозяйка всегда ждала его на кухне со свежесваренным кофе и горячим завтраком. Она все время была дома, как и Ася. Стояло лето, и в школе, разумеется, были каникулы. А от занятий конным спортом Волоховы отказались, как решил сначала Игорь, из экономии.

Из деликатности он не обсуждал с Альбиной финансовых вопросов. Но заподозрил, что после смерти Максима положение семьи пошатнулось. Он плохо разбирался в подобных вещах и не знал, в чем тут дело. Может, для вступления в наследование им нужно было выдержать какой-то срок. Черт его знает, как у них, у богатеев, принято… А может, Максим просто ничего не оставил. Это тоже было не исключено. Вдруг все деньги оказались вложены в бизнес?

Словом, на другой же день после посещения зоопарка Игорь заехал в Гольяново, собрал свои вещи и, как выражался его озерский приятель Серега Бугров, «растряс свою нычку». Он сам удивился, какая немалая сумма скопилась у него за время жизни в Москве. Зарабатывал он у Якова очень прилично, а тратить почти не тратил. Просто не на что было. Ведь даже питался он в основном бесплатно, на кухне ресторана.

Вернувшись в особняк, он положил на стол перед Альбиной пятьдесят тысяч.

– Раз уж вы решили меня тут приютить, то вот вам на первое время, – сказал он.

Альбина вспыхнула, хотела что-то возразить, но, подумав, забрала купюры и горячо его поблагодарила.

Она вообще часто вела себя очень нетипично для женщины, живущей на Рублевке. На этих дамочек Игорь на своей работе насмотрелся. Альбина не походила ни на бизнес-леди, ни на взбалмошную миллионершу, ни на светскую львицу. Она всегда держалась доброжелательно и сдержанно и, что особенно удивляло Игоря, казалось, чувствовала себя в собственном доме как будто чужой. Словно все, что ее окружало, не принадлежало ей, а лишь было дано во временное пользование.

Нельзя сказать, что они мало общались, но разговаривали в основном на отвлеченные темы – о постоянно меняющейся погоде, об ужине, о телепередачах и происходящих в мире событиях. Ничего личного – ни о нем, ни о ней, ни о покойном Максиме. Но, как ни странно, это не воспринималось как отчуждение. Даже наоборот – им всегда находилось, что обсудить.

С девочкой было намного сложнее. Она дичилась, держалась по-прежнему скованно, даже настороженно. Однако Игорь вскоре понял, что это относилось не только к нему. Скорее ко всему окружающему миру.

Он все время невольно сравнивал ее с Настеной. Его дочка застенчивой никогда не была. Но, как знать, может, доживи она до переходного возраста, с ней сейчас происходило бы то же самое…

Его удивляло, что кроме внешнего сходства, у девочек не было почти ничего общего. Как он ни искал. Голос, манеры, движения, интонации, интересы – никаких точек соприкосновения. Аня презирала мягкие игрушки и охотно ела ненавидимую Настей гречневую кашу. Ей не нравился «попсовый» розовый цвет, который Аська обожала, у нее почти не было друзей, и практически все свое время она проводила у домашнего кинотеатра или за компьютером. Настене же телевизор разрешали смотреть не более часа в день (в основном это были мультики), а о компьютере в семье Быковых даже и не помышляли. Анюта казалась на удивление толковой и рассудительной для своих лет. Как ни любил Игорь свою дочурку, он вынужден был признать, что до такой глубины суждений Насте, конечно, было расти и расти… Разговаривать с дочкой Альбины было интересно – не забавно и умилительно, как со всеми детьми, а именно интересно. Впрочем, удавалось это нечасто. В его присутствии девочка обычно молчала и практически никогда не оставалась с ним наедине.

Когда он первый раз назвал ее Аней, она поморщилась:

– Терпеть не могу это имя.

– А как тебе нравится? – растерялся он.

– Ася.

Но это было выше его сил. Он встретился взглядом с ее умными глазками и подумал, что, расскажи он ей все, она бы обязательно его поняла… Однако взваливать на ребенка такой груз показалось недопустимым.

– Тогда я буду звать тебя… э-э-э… Ну, скажем, Аистенком, – нашелся он, вспомнив о недавней поездке в зоопарк. Она и впрямь была похожа на эту птичку. С длинной стройной шейкой и тонкими ножками.

– Очень мило, – одобрила Альбина, разливавшая чай.

Девочка на минуту задумалась.

– Ладно, зовите, – милостиво разрешила она.

Благодарный за то ощущение тепла и домашнего уюта, он, как мог, старался украсить их жизнь маленькими радостями. В выходные, от которых он теперь никогда не отказывался, они все вместе ездили купаться на Москву-реку. А возвращаясь с работы, он каждый раз стремился что-то привезти. Игорь быстро понял, что Ане и Альбине гораздо милее не дорогие подарки, а что-то совсем простое и незатейливое. Сколько восторга у них, например, вызвала обычная вобла! Игорь чистил рыбу, стуча ею об стол и постелив газету на дорогую дубовую столешницу, а они обе, нетерпеливые, точно голодные птенцы, с удовольствием принимали у него из рук маленькие соленые кусочки. Выяснилось, что Альбина обожает темное пиво, а Аистенок даже понятия не имела о том, что плавательный пузырь в вобле можно съесть, предварительно поджарив его при помощи зажигалки. И это занятие, и это лакомство необычайно пришлось ей по вкусу. А Настена соленую рыбу терпеть не могла…

Ночь была душной. Игорю было жарко, хотелось пить. Он решил спуститься в кухню и уже вышел на лестницу, когда услыхал вдруг тихие шаги и звук открываемой входной двери.

Аистенок стояла на крыльце, запрокинув головку, и смотрела на вечернее звездное небо. Она слышала его приближение, но не обернулась.

Игорь подошел к ней, машинально хотел положить руку на плечо, но в последний момент остановился.

– Смотри, видишь то созвездие? Это Козерог.

Девочка снисходительно улыбнулась:

– Сейчас июль. А Козероги рождаются в январе. Я точно знаю. Папа был Козерог. А сейчас его не может быть видно. Сейчас время Рака.

– Я тоже раньше так думал, – кивнул Игорь. – Но, оказывается, все наоборот. Рака лучше всего будет видно как раз в январе. Не знаю, почему так происходит.

Девочка заинтересовалась:

– Значит, в августе будет видно Водолея?

Он подсчитал.

– Похоже, да. Я могу тебя научить, как это запомнить, чтоб не путаться. Хочешь забавный стишок?

Анюта кивнула.

– Ну слушай: