Чтение онлайн

Вечером домой осторожно заглянул мистер Данбартоншир. Убедившись, что любимая родственница уехала, он воспрянул духом и выволок из портала многострадальный сундук. Быстро распаковав вещи, придирчиво оглядел кухню и отправился на улицу. Через час вернулся обратно, ошарашенный увиденным, и задумчиво устроился за столом.

– Эвон как… И ведь предупреждал, что она у меня ни минуты без дела не сидит… И теплицы новые, и парники… И парни подтянулись, никакой расхлябанности… Да… И Михалыч все адресок просит, письмо-другое черкнуть…

– Дедушка, ты как с дороги отдохнешь, за дровяник сходи, оберст там на последней тренировке бункер закончил, – попросила Сашенька. – Посмотри, может, куда приспособим, а то Мердэг Рэналфовна двадцать эшелонов бетона на стройку пригнала, не пожалела… Ребята пообещали тебе подарок сделать, про какие-то вольфшанцы и вергильфаввы [12] говорили. Посмотри, оцени, порадуй их.

– Схожу, схожу… Обязательно… Оберст уже хвалился, что каких-то чертей или сатану [13] выменял… Надо посмотреть, что за обновки.

– И еще… – Девушка засмущалась, но все же продолжила: – Ты, когда старосте адрес будешь писать, и меня не забудь. Я тоже потом письмо напишу. А то не решилась попросить сама, теперь и не знаю, куда весточку отправить.

– Дам, дам, – проворчал мистер Данбартоншир. – И обычный, и магический, пиши сколько хочешь… Налюбоваться не смогли… Чего там смотреть? Вон телевизор включи и смотри сколько хочешь… Почти на всех каналах…

Щелкнул пульт, и на голубом экране показалась бодрая бабушка колдуна, сияющая латексом в свете софитов:

– Какой идиот придумал, что из любой ситуации можно найти выход? – мрачно задал риторический вопрос мистер Данбартоншир, потомственный колдун, чернокнижник и просто хороший учитель милой девушки Сашеньки. Не дождавшись ответа, он грустно вздохнул, подпер подбородок ладонью и уставился в окно на залитый солнцем двор.

Не успел обладатель стильного черного балахона отдать дань хандре, как в избу вернулась ученица. За утро девушка успела заглянуть в гости к соседям, приготовить борщ, испепелить невесть откуда взявшихся колорадских жуков на сельском поле и выполнить еще тысячу мелких дел. Быстро накрыв на стол, молодая волшебница наконец заметила кислое выражение лица мистера Данбартоншира и удивилась: утром старик строил планы на содержательный вечер у старосты деревни, Михалыча. И было совершенно непонятно, что успело стрястись за столь короткий промежуток времени.

– Дедушка, не приболел? Может, после вчерашних жареных грибов живот крутит?

– С чего бы? – буркнул колдун, продолжая разглядывать бодро колющих дрова домашних скелетов. – Что я, немощный совсем, чтобы от мухоморов животом страдать?

– Тогда что случилось?

– Да призрак меня беспокоит, призрак, – поморщился, как от зубной боли, мистер Данбартоншир. – Помнишь, месяца два назад один из местных депутатов приезжал, просил новую машину освятить? Совсем они там в своей районной думе забегались, света белого не видят. Где я и где освящение? Проклясть могу, а чтобы у нашего священника хлеб отнимать…

– Помню, – согласилась Сашенька, устраиваясь напротив старика. – Был такой, пухленький, суетливый. Потом ругался еще на околице, что только зря по буеракам машину колотил.

– Точно-точно, о нем и толкую… Так на днях он из бани возвращался и на первом же повороте с соснами бодаться вздумал… Сосны выстояли, а он и машина – в лепешку… В ад бедолагу не пустили, говорят, у них и без того мусора всякого накопилось, не продохнуть. В рай он даже и подняться не смог – столько на душу принял за прожитое… Приплелся сюда, на жизнь жаловаться. Засел в подполе и стонет, бестелесный…

– А проблема в чем? – удивилась девушка, аккуратно выгребая остатки гущи из тарелки. – Ну призрак, эка невидаль. Может, немного занудный, так и не такие гости бывали. Выпроводить, и все дела.

– Жалко, – потупился чернокнижник. – Я никак вспомнить не могу, шептал ли что ему вслед, когда он уезжал, или нет… Думаю, не я ли косвенно в его смерти виновен…

– Знаешь, если бы ты за каждого пьяного был в ответе, у тебя бы здоровья не хватило проклятия раздавать! – рассердилась Сашенька. – Погостит день-другой твой бывший депутат – и пусть гулять идет, в город или еще куда. Нечего ему в деревне делать, здесь мигом к батюшке сволокут, а тот на изгнании духов руку уже набил благодаря тебе.

Старик помялся, потом нагнулся и тихо прошептал:

– Знаешь, он бы и рад уйти, да жадность его держит… Я тут как-то горшок разбил, в котором египетское золото хранилось. Лет триста назад путешествовал по Африке, прихватил с собой – так горшочек и валялся. А на днях брагу переливал и ненароком хлопнул… Что-то собрал, но часть монет так на полу и валялась… Ну мне-то что, лежат и лежат… Одну даже Михалыч на память взял, очень ему морда отчеканенная понравилась. Так этот призрак недоделанный как золото увидел, так и засуетился. Карманов у него нет, поэтому он наглотался кругляшей и сидел, довольный, на бочке. Посветишь на него лампой, а от пуза зайчики по всему подвалу скачут…

Усмехнувшись, мистер Данбартоншир покосился на люк, ведущий в подпол, и продолжил:

– Только забыл, бедолага, что с монетами через стены не пройдешь. И теперь тыкается внизу, а выбраться не может. Уже и с разбегу пробовал, и потихоньку – все никак не выходит. А монеты отдавать жалко… Вот и сидит… И боюсь, что так просидеть он и месяц, и два, и год сможет…

– Мне не жалко, – отмахнулась ученица, убирая грязную посуду со стола.

– И мне… Но занудный он слишком. И Михалыча жалко. Как заглянет в гости да в подпол за брагой полезет… Нет, он мужик нервами крепкий, староста деревни как-никак. Да и повидал у нас всякого… Но призрак в подполе – это уже ни в одни ворота не лезет. Да и не замок у нас, чтобы всякие духи по углам сидели… Вот и не знаю, что с ним делать.