Мизгирь

Дизайнер обложки Мария Дубинина

ISBN 978-5-0056-9912-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Все права защищены законом об авторском праве. Никакая часть электронной и печатной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет, на любой из платформ, озвучивание текста, а также частное и публичное использование текста без письменного разрешения владельца авторских прав.

– И чего мы там забыли в этой, как её? – я посмотрел на друга, мучительно припоминая название деревни, которое так и вертелось у меня на языке.

– Мизгирёвка, – ответил Влад, не глядя на меня, и со старанием отмечая маршрут на бумажной карте, что лежала у него на коленях.

– Название-то ещё какое, – фыркнул я, – Мизгирёвка. Откуда оно, интересно, взялось?

– Люди тамошние поклонялись какому-то Мизгирю, – сказал Влад, – Вроде как божеством он у них был.

– Не слышал про такого, – нахмурился я.

– Да это вроде паука кто-то.

Я фыркнул:

– Серьёзно? Ну надо же, поклоняться пауку! А ты откуда узнал про эту Мизги… Мирги… Тьфу.

– Про Мизгирёвку рассказал мне коллега мой по цеху, Анатолий Александрович, Саныч по-простому, так мы его все зовём, лет шестьдесят ему. Мы недавно с мужиками день рождения отмечали, дача, баня, шашлыки. И вот Саныч мне на уши и присел, завёл разговор про то, про сё, и после про детство своё принялся рассказывать да про ту самую Мизгирёвку.

В той деревне жила когда-то его прабабка. А он сам в детстве там часто гостил, пока она жива была. Рассказывал про устои их, про уклад. При нём уже, конечно, не было такого открытого поклонения божеству. Времена были не те, тогда и в Бога не верили, не то что в пауков. Но это только внешне. На самом же деле все обряды, переданные от предков, свято соблюдались в Мизгирёвке, тщательно скрываясь от советской власти.

– И что это были за обряды? – спросил я.

– Разные. Мизгирь этот был у них духом домашнего очага, благополучия в доме. Убить в избе паука, хоть самого маленького, считалось у них самым страшным грехом. Полагалось, что после того удача уйдёт из твоего дома на семь лет. Мало того, пауков принято было подкармливать. Им в специальном месте в избе, навроде красного угла, оставляли пищу. Если пища исчезала, значит дух благоволил к жителям дома, ну а нет, так значит прогневили они чем-то его.

– Мда, – ответил я, – И это всё?

– Ну почему всё? – сказал Влад, – Много было разных обычаев. Вот, к примеру, когда ребёнок рождался, то вторым крёстным ему непременно паука звали. Для девочки крёстную выбирали среди женщин, а мальчику из мужчин, ну а вторым крёстным был паук. То есть как в крёстные, это уж я выразился так, а был там конечно свой какой-то обряд вроде нашего крещения. Посвящение новорожденного этому самому Мизгирю.

– Интересно, – протянул я, – Какая только ересь не придёт людям в головы.

– Когда хоронили кого-то, – продолжил Влад, – То в руки покойному непременно моток пряжи вкладывали.

– Это ещё зачем?

– Считалось, что после смерти, Мизгирь забирал душу человека к себе и делал её пауком. Ну и вот, значит, чтобы усопший мог сплести себе первую свою паутину, и оставляли ему эту пряжу. Кстати, потому и пауков нельзя было убивать, считалось, что это души почивших предков возвращаются затем в виде пауков в дом и охраняют его от злых духов, плохих людей, от бед и всё такое.

– Паучье царство какое-то, – вздохнул я, – Ну, хорошо, рассказал тебе твой Саныч об этих, скажем так, особенностях своей малой родины, но нам-то зачем туда ехать? Да там, небось, уже и нет ничего. Вымерла вся деревня, как и большинство ей подобных во время развала СССР, а?

– Вот потому нам туда и надо, что вымерла, – хитро глянул на меня Влад, – Никто не помешает.

– Чему не помешает?

– Саныч мне одну местную легенду поведал, – Влад отложил, наконец, свою карту и придвинулся ко мне поближе, – В общем, был у них там свой вроде как храм в честь этого самого Мизгиря. Находился он в лесу, неподалёку от деревни, на болотах, так, чтобы власть местная не пронюхала. Там, за деревней сразу, начинаются болота, несколько их, друг за другом идут.

– И? – спросил я, не понимая.

– В том храме, который представляет из себя обычную избу, алтарь есть. На нём приносили жертву Мизгирю.

– Жертву? – не понял я, – Типа овечку там, барашка?

– Нет, – покачал головой Влад, – В том-то и дело, что не барашка. Людей там приносили в жертву.

Я засмеялся:

– Да ты совсем сдурел! Саныч тебе по-пьяни наплёл чего-то, а ты как дитя малое уши развесил. Какие ещё жертвы? Мы что, в каменном веке находимся!

– Ну, в каменном – не в каменном, – огрызнулся Влад, – А лет пятьдесят назад ещё вполне такое практиковалось в тех местах. Пропадали люди, не местные, то грибник какой потеряется, то ещё кто. Грешили на болота. Поищут-поищут, да и успокоятся. Тем более пропадали немного, в год по человеку. А на самом деле, рассказал Саныч, местные-то в жертву их приносили Мизгирю.

– Ну предположим, – сказал я, – Мы-то там что забыли?

– А то, – ответил Влад, – Что в том самом храме на болоте был, как рассказывает Саныч, изображён этот самый Мизгирь. Вроде как из камня вырезан. Да это не суть. А вот глаза у него сделаны были из некоего красного камня, и если верить рассказам прабабки Саныча, то были это настоящие рубины, с ладонь величиной. Откуда они взялись у крестьян в глухой деревне, не спрашивай, но факт, что были. Вот я и хочу побывать там и проверить, правда ли это рубины, и если они ещё там, то забрать их.

Я с сомнением поглядел на моего друга – уж не шутит ли он? Влад не шутил. Я хмыкнул:

– М-да… Прямо «Перстень царицы Савской»! Ну, предположим, поедем мы с тобой в эту Мизгирёвку. Как мы найдём на болотах этот паучий храм? Мы же там утопнем.

– Не утопнем. Мне Саныч объяснил всё, как пройти. Он там был однажды. Прабабка его с собой водила на собрание. И камни эти он тоже видел.

– За столько лет там уже всё должны были унести, – скептически заметил я.

– Это вряд ли, когда молодёжь из деревни стала уезжать, то старики пока могли, продолжали ходить в свой храм на болоте. А после, когда уже сил у них на такие прогулки не осталось, они доживали свой срок, поклоняясь Мизгирю дома. А тот храм так и стоит там, на болоте. Так ты со мной?