Могила девы
Шрифт:
— Слушаю тебя, Лу.
— Ты тоже выдвигайся к нам. Встань так, чтобы я видел тебя. Иначе не выйду.
«Все исполню, — машинально подумал Поттер. — Все, что тебе угодно».
— Хорошо, Лу.
— Сюда, поближе к нам.
— Сделаю. — Переговорщик помолчал. — А теперь вот что я тебе хочу сказать…
— Пока, Арт. Все было очень забавно.
Щелк.
Поттер сообразил, что все еще сжимает телефон, хотя голос Хэнди пропал, осталось только потрескивание в трубке. Внезапно появилась мысль: он задумал самоубийство. Ситуация безнадежна: побег невозможен, его ждут погоня и невыносимые условия в тюрьме, — а так мгновенная вспышка, и все.
«Острелла, любовь моя…»
И при этом он вернет себе полный контроль над ситуацией.
Данжело прервал его размышления:
— Пока не получим подтверждения, что Боннер мертв, ' будем считать, что он жив и вооружен.
Переговорщик кивнул, нажал на кнопку разъединения и положил телефон в карман.
— Скоординируй все как следует, Фрэнк. Мне кажется, он может начать стрелять.
— Вы считаете? — Бадд прошептал это очень тихо, словно Хэнди мог подслушать его на таком расстоянии.
— Только интуиция. Но предусмотри и такую возможность.
Данжело кивнул. Связался по рации со своими людьми, удвоил количество снайперов на деревьях и включил взрывотехников в первоначальную группу захвата. Когда все были на местах, он повернулся к Поттеру:
— Ну что, Артур, начнем?
Переговорщик кивнул, командир спецназа отдал команду в микрофон, и четыре бойца начали движение вдоль фасада здания. Двое задержались у открытых окон, двое других растворились в тени по обеим сторонам двери. Те, что стояли под окнами, надели кевларовые куртки, чтобы защититься от осколков фанат.
Командир спецназа вызвал по рации двух пробравшихся в здание тоннельных крыс. Несколько секунд слушал, а затем передал их доклад Поттеру. Две заложницы, судя по всему, живы. Лежат на полу в помещении, которое и было указано. Ранены, но неизвестно, серьезно ли. Боннер по виду мертв. В бесстрастном голосе Данжело вдруг прозвучала тревога.
— Слушай, там повсюду кровь.
«Чья?» — подумал переговорщик.
— Хэнди и Уилкокс вооружены?
— В руках у них оружия нет, но на них топорщатся рубашки. Не исключено, что прячут.
«Ранены, но неизвестно, серьезно ли».
— Они привезли с собой инструменты, — проинформировал Поттер командира спецназа. — Среди прочего могла оказаться и липкая лента, которой они прикрепили под рубашками оружие.
Данжело кивнул.
«Повсюду кровь».
К мужчинам на холме присоединилась Шэрон Фостер в тяжелом бронежилете.
«Как же все это кончится?» — думал Поттер, прислушиваясь к заунывному вою ветра. Его непреодолимо тянуло еще раз поговорить с Хэнди. И он нажал на телефоне кнопку быстрого набора.
Десяток звонков, два десятка. Никакого ответа.
Данжело и Лебоу смотрели на него. И он нажал отбой.
В здании бойни погас свет. Бадд насторожился, но переговорщик успокоил его: преступники, захватившие заложников, часто, перед тем как выйти, выключают электричество — хотя и сдаются, не хотят выделяться на светлом фоне и представлять собой хорошую мишень.
Месяц прошел по ветреному небу большую часть пути. Часто там, где переговорщики провели часы и даже дни, у них возникает ощущение знакомой обстановки и чувство какого-то патологического спокойствия. Но теперь, глядя на черные и красные кирпичи здания, Поттер думал лишь о фразе Хэнди: «Я холодная смерть».
Дверь медленно приоткрылась. Сначала наполовину. Затем еще.
Но за ней никакого движения.
«Что это значит? — гадал переговорщик. — Хороший или плохой признак? И что за этим последует: мир или насилие?»
«Ах, моя прекрасная Острелла».
Во время капитуляций он насмотрелся всякого. Террористы падали на землю и плакали как дети. Бросались наутек безоружные преступники. Появлялись спрятанные пистолеты. Молодая сирийка, ласково ему улыбаясь, медленно, с разведенными в стороны, как и положено, руками, вышла из израильского консульства. И вдруг у нее в бюстгальтере взорвались гранаты: ее и трех бойцов спецназа разнесло на куски.
«Стерегись».
Лишь в третий или в четвертый раз за свою карьеру Поттер потянулся к кобуре, достал пистолет и, передернув затвор, дослал патрон в патронник. Затем, не поставив на предохранитель, сунул обратно в кобуру.
— Почему ничего не происходит? — раздраженно прошептал Бадд.
Поттер подавил неожиданное, необъяснимое желание истерически расхохотаться.
— Арт! — Из глубины бойни долетел голос, показавшийся на фоне ветра слабым и прерывающимся.
— Да, — ответил переговорщик в мегафон.
— Ты где, черт тебя возьми? Я не вижу тебя.
Поттер покосился на Бадда.
— Вот за что я получаю зарплату. — Он неловко поднялся и протер очки о лацкан спортивного пиджака. Шэрон Фостер спросила, уверен ли он, что ему стоит подставляться. Поттер, взглянув на нее, сделал несколько шагов вниз по склону, перешагнул через разделяющий загоны старый забор и остановился ярдах в тридцати от входа в здание бойни.
— Я здесь, Лу. Выходи!
И они вышли. Сначала Хэнди. За ним Уилкокс.
Первое, что заметил переговорщик: они держали руки на затылке.
«Все в порядке, Острелла. Выходи, как тебе нравится. Пошли домой. Все будет хорошо».
— Лу, вытяни руки в стороны!
— Успокойся, Арт, — ответил Хэнди. — Не доводи себя до инфаркта. — Он щурился на мощный свет ослепляющих ламп. И удивленно оглядывался по сторонам.
— Лу, в тебя целится дюжина снайперов…
— Только дюжина? Черт возьми, я думал, что достоин большего.