Чтение онлайн

Тело все как титева натянулось, сдерживаюсь чтобы стон на ружу не вырвался…

От его прикосновений покалывания внутри появились сладкие и нежные, и тепло негой расплывается, и плавится, и голова приятно кружится…

Стыдно то как, провалиться бы куда. Вчера заснула, а сегодня вряд ли. Не сдерживаюсь и почти одновременно со стоном хрипло выдаю ему:

— Хватит! — и руку дрожащую вытягиваю вперед, чтобы отталкнуть его голову и… натыкаюсь на что-то жутко твёрдое и длинное.

— Руку убрала, быстро! — жёстко произнёс и его дыхание поднимается надо мною выше, ещё выше, к моей груди, ещё пара движений и он нависает надо мной на вытянутых руках, он всё ещё на кровати.

Я замерла, чувствую смотрит на меня, или вижу через повязку, как пытался объяснить Зиф.

Дышу прерывисто, не двигаюсь, страх и холод внутри сковал всё тело. Замерла или застыла. В голове все перемешалось, хаос, «не одна сотня лет, не одна сотня», теперь рога, братья. Значит у обоих есть рога? Подтягивается ещё ближе и нависает ниже надо мной, рядом совсем, чувствую его близость и дышит прямо в лицо.

— Не бойся, коснулась и что теперь, не забодаю, успокойся, — губами касается моего лба и вот теперь скатывается с кровати, я выдыхаю своё напряжение, — На сегодня всё. Завтра идём на ужин не забудь. Зифа к тебе позвать?

Киваю «да». С Зифом спокойнее, он почти бесшумно зашёл ко мне в комнату. Сижу на кровати спиной у стены, а Зиф лежит на краю положив голову мне на колени. Глажу его по черепушке, а он меня по второй руке. Стоп, что это у него, бугорки?

— Это у тебя рожки такие? Тоже из этих? Рогатых, — чувствую, как он пожимает плечами «не знаю» и по руке меня дальше гладит, успокаивает. Добрый он, а за рёбрами пустота, сердца нет.

А имеющий сердце не всегда добротой наделён. Жаль таких.

Сегодня Ужин. Как бы не подавиться. Я одна, а Этих с рогами — двое.

— Зиф, пойдёшь сегодня со мной на ужин? Хорошо? — и прогуливаюсь шагая пальчиками вверх по его позвоночнику, «подлизываюсь».

Поворачивается и накрывает «свое лицо» моими ладошками, кивает «да».

Улыбаюсь и вздыхаю, значит договорились.

Его долго не было. Занят наверное, это я без дела здесь сижу.

Пришел, взял меня за руку и повёл. Шли долго, коридорами, поворот в лево, поворот в право, чувствовала как потоки ветра меняются в разном направлении, но холодно не было.

Остановились и я сильнее сжала Его крупную ладонь, второй сжала до скрипа костлявую ладошку Зифа. Он открыл дверь и мы вошли.

— Пришли? Я тут кое-что особенное приготовил, садитесь, — вздрагиваю от этого голоса, он такой любезный сегодня, странно и страшно.

Отпустила руку Зифа и сажусь, кто из них пододвинул мне стул не знаю. Добрый брат сел рядом и я положила свою ладонь ему на ногу. Мне так хочется сильнее себя чувствовать.

— Выглядит хорошо, — этот обходит стол и становится за моей спиной. — Раны посмотрю?

Нервничаю, медленно руку с ноги убираю, чтобы в стул вцепиться.

— Руку верни. Пусть посмотрит, не бойся его, — слышу его уверенный голос, но всё же сжимаюсь и ёжусь.

Осматривает мою руку, задрав один рукав, шею, за шиворот заглядывает. Руками аккуратно водит, не забыл, где резал. Гад. Возвращается на на своё место, садится напротив нас.

— Не ожидал. Так чем говоришь лечишь её?

— Не твоё дело. На ужин позвал, вот и угощай.

Кто-то сервирует для нас стол и возле меня ставят тарелку, пахнет вкусно. Зиф кладёт мне в руку вилку.

— У Стрекозы своя игрушка есть. У тебя Стрекоза, а у меня только работа осталась. Не справедливо?

— Мир вообще не справедлив. А ты ешь давай, что сидишь, — это он уже мне говорит.

— А что это… мы едим? — наколола на ощупь вилкой кусочек и к носу подношу.

— Не бойся, не Вас, — ржёт эта Сволочь, как конь, сдерживал себя, а теперь разошёлся. — Ешь, или тебя покормить? Помнишь как…

— Успокойся и не хами, — осекает его тот, что рядом.

Едим молча, и в правду вкусно, овощи и кусочки мяса, похоже на курицу.

— Вижу серьезно намерен её вернуть?

— Я говорил, спорить бесполезно. Придёт в себя и верну.

Я поела и откладываю вилку в сторону, вздыхаю.

— Я услышал, разговорили тебя. Скажи теперь что-нибудь. Смотрю ты уже поела.

— О чем говорить?

— Ого, да о чем хочешь!

— Собеседника лучше видеть, чем слышать. Вы оба, смотрите на меня, прикасаетесь, даже Зиф меня видит, — Зиф ладошкой меня по ноге начинает гладить, отталкиваю её, — А я в повязке, не вижу вас и снять нельзя — жуткий свет и наказание.

— О, как. Молчала, слушала и изучала типа нас. Молодец. Может с глазами всё-таки что-то придумаем? И ей веселее будет, экскурсию проведу, пусть посмотрит, всё равно дальше коридоров никуда не денется. И Зиф пусть рядом с ней топчется. Что скажешь брат?

— Плохая идея. Ну что посмотрел, накормил, тогда мы пойдём, у нас ещё дела. Спасибо за ужин и пока.

Помогает мне встать из-за стола и уводит. Идём по коридору. Впереди слышу как Зиф пританцовывает, бежит мелкими шагами. Доволен мелкий как прошёл ужин. И я, не смело улыбаюсь.

Пришли обратно в комнату. И он первый заговорил.

— Вижу сытая и довольная. — усмехается. — А теперь оголи спину, осмотрю, — подчиняюсь и показываю спину.

— Заживает хорошо, даже очень, мне нравится. Продолжим лечение. Иди ложись и подол задери. Устраивается по удобнее, а подол мне выше задирает.

— Ноги потом, мы ещё с солнышком не закончили.

Опять стыдно, я без белья и жутко краснею, а он располагается между моих ног, берет меня за бёдра и устраивается возле солнышка. Продолжает то что не закончил вчера. Сегодня солнышко меня не подвело, не смеялось и не разливалось тёплом. Ну вот закончил. Медленно спускается вниз, целует бедро, касается языком ран на ноге, лечит, затем вторую ногу тоже.