Моисей
Шрифт:
Поутру Валаам князьям поведал,
что Бог ему сказал
и свой отказ Валаку он передал.
Но царь Валак других послов прислал.
Послы сулят несметные богатства.
И золотом своим и серебром,
и дорогим изысканным добром,
в знак уваженья, по законам братства,
сулят наполнить дом.
И снова Валаам ответил мудрый
вновь присланным послам:
«Ночуйте здесь, а завтра ранним утром,
что скажет мне Господь – вам передам».
И Валааму ночью Бог явился
и запретил Израиль проклинать.
Лишь то велел Господь ему сказать,
что повелит. На утро согласился
беседу продолжать
с послами из далёкого Моава
провидец Валаам.
Он им сказал: «Что золото и слава?
За Божью правду душу я отдам!
Я не могу Господни приказанья
нарушить в малом, исказить в большом,
и сразу заявляю вам о том.
Не в силах я по своему желанью
проклясть Евреев дом.
К царю Валаку я в Моав поеду,
но честно говорю –
лишь то могу я делать, зреть и ведать,
что Господу угодно – не царю»!
И сел провидец на свою ослицу.
Она его надёжный старый друг.
С собою взял двоих покорных слуг –
надёжные, проверенные лица.
И в дальний путь – на юг,
в Моав, к Валаку проклинать Израиль
пустился налегке.
Но гнев Господень Ангела направил
ему навстречу. И с мечом в руке
встал Ангел Божий на его дороге
и преградил к Моаву верный путь.
Пришлось ослице в сторону свернуть.
Сойдя с дороги, замерла в тревоге –
сковала сердце жуть.
А Валаам так мыслями наполнен
о Боге и судьбе,
так важностью призвания исполнен,
что Ангела не видит – весь в себе.
И хлещет неповинную ослицу,
пытаясь на дорогу воротить,
князьям из Модиама угодить –
продолжить путь намеченный стремится,
в Моав к утру прибыть.
Ослица в виноградник повернула.
Вновь Ангел перед ней.
Она к стене испуганно прильнула,
а страх её теперь ещё сильней.
И ногу Валаама к винограду
прижала так, что боль её свела.
Он бил ослицу, и она пошла
в теснину, что была с дорогой рядом
и там под ним легла.
А Валаам разгневан до предела.
Он стал ослицу бить.
И тут ослица речью овладела –
по воле Бога стала говорить:
«Что бьёшь меня? Не я ль тебя носила
с начала до сего лихого дня?
За что же истязаешь ты меня?
За то, что я беду предотвратила,
ты бьёшь меня кляня»?
Валаам и Ангел
И тут открылись очи звездочёта.
Господь ему помог.
И Ангела с мечом увидел: вот он
стоит пред ним в скрещении дорог.
И пал старик пред Ангелом на землю,
склонился, как пред Господом самим.
Не зная, как Господь поступит с ним,
он слову Ангела и Бога внемлет,
предчувствием томим:
«За что ты бьёшь невинную ослицу?
Хозяина любя,
она не смела не остановиться,
чтоб от сего меча спасти тебя!
Твой путь в Моав не прав передо Мною,
и Я пришёл тебя остановить.
И мог бы здесь тебя Я погубить,
ослицу же оставил бы живою»!
И кончил говорить.
«Я согрешил. Не знал, что на дороге
стоишь Ты предо мной!
Скажи – и в раскаянье и тревоге,
сейчас же возвращусь к себе домой».
Но Ангел так ответил Валааму:
«В твоём возврате нет большой нужды.
Езжай с князьями. В этом нет беды,
но станешь говорить, вещун упрямый,