Чтение онлайн

– Итак, позвольте представить, – произнес мужчина в мантии, продолжая свою речь и делая приглашающий жест рукой: – Великий магистр лорд Эдвард-Смит Стэнли и мастера цитадели Амбер!

Произнес это оратор на интере – на английском то есть. Из-за его спины между тем вышел невысокий мужчина в окружении десятка сопровождающих – все они были в алого цвета кителях и черных штанах. У каждого на левой стороне груди имелся гербовый щит с изображением – тут я прищурился, рассматривая, – вставшего на дыбы золотого льва.

– Великий магистр принц Филипп Орлеанский и мастера цитадели Диамант!

Рядом с уже вышедшими на всеобщее обозрение англичанами, во главе с принцем появилась французская делегация в белой униформе – на гербовых щитах были изображены золотые лилии.

– Да они с ума сошли! – вдруг ошарашенно пробормотал сказочный воитель, стоящий неподалеку, и в задумчивости почесал нос. В этой поднятой сейчас руке у него был костяной щит с острыми клыками, поэтому я отодвинулся в сторону еще на небольшой шажок.

Следующей по порядку за спиной магистра ордена стояла группа в черно-золотых мундирах. Интересно, ведь черного цвета ни в одном из раскинувшихся палаточных городков не было…

– Великий магистр граф Григорий Орлов и мастера цитадели Эмеральд!

Я расширившимися глазами смотрел на сенатора Гая Юлия Орлова, который во главе русской делегации, облаченной в униформу императорских цветов – черный и золотой, – с надменным выражением лица выходил сейчас из тени высоких стен.

Появление графа Валленштейна, магистра цитадели Сапфир, и герцога Швабского, магистра цитадели Обсидиан, наблюдал вполглаза. Обе группы в темно-синей и серо-стальной униформе выглядели по-немецки дисциплинированно и представляли, судя по орлам на гербах – двуглавому и угловатому обычному – Австро-Венгрию и Германскую империю, обе ныне мертвые. В том мире, откуда я пришел.

Последняя, шестая, группа несказанно меня удивила – я даже на несколько мгновений отвлекся от размышлений об Орлове.

– Великий магистр сэйи тайсегун Асикага Такаудзи и мастера цитадели Жемчуг!

Последняя группа в пурпурных мундирах, по крою не отличающихся от униформы остальных, двинулась вперед.

Шесть цитаделей, шесть фракций Академии. Великобритания, Франция, Россия, Австрия и Пруссия – концерт великих держав в точности как из учебника истории. Но вот Япония что здесь делает? При отсутствии США, Китая, Индии, Испании, Италии, да тех же скандинавских стран?

– Теперь же, господа, прошу всех проследовать в выбранные цитадели, где вам предстоит выдержать вступительный экзамен, прежде чем ступить на путь развития.

«Экзамен?»

– Да, экзамен. А ты что, не в курсе?

«Я что, произнес это вслух?»

Опасный как для себя, так и для окружающих, обладатель гротескных доспехов стоял совсем рядом – когда только подошел? – и смотрел на меня глазами восторженного восьмиклассника.

– Уже в курсе, – буркнул я, разворачиваясь с планом поскорее покинуть площадь.

– Постой, друг! А ты разве не в Эмеральд? – догнал меня сказочный герой, пробираясь через толпу – нам навстречу уже двинулась довольно плотная группа, уходя по дороге между шатров Великобритании и Австро-Венгрии. Впрочем, бегущий за мной юноша работал волнорезом – многие расступались, едва увидев его.

– Ты русский же, да?

Я только вздохнул, пряча взгляд – не хотелось обижать ребенка.

– Так пойдем, нам туда, – позвал меня за собой парнишка, показывая в сторону, противоположную той, откуда я пришел. Значит, тот замок, у которого я поднялся, действительно копия Дуврского и по совместительству Амбер, янтарная цитадель – большая часть присутствующих с типично британскими чертами лица двинулась в ту сторону. Подтверждая мои догадки, кое-кто из них переговаривался на английском.

– А тебя как зовут?

Я стоически молчал. Но это не помешало моему спутнику продолжать разговор. Выяснилось, что ему всего шестнадцать лет. В Академии он оказался после того, как поехал кататься на папиной машине, совершил всего лишь семь ДТП, из которых два – с машиной сотрудников ГАИ, когда уходил от погони. Папа в этот раз по непонятной причине – вот уж действительно непонятной – прощать чадо не пожелал. И отправил с родительским наставлением сюда, набираться опыта.

– В каком мире? – поинтересовался я словно невзначай.

– Что, в каком мире?

– Машину отца ты брал в каком мире?

Вопрос поставил моего собеседника в тупик – даже показалось, что он отстал. Но оглядывать не хотелось – вдруг действительно потерялся, но почувствует мой взгляд среди толпы и догонит.

Неожиданный удар в бок заставил меня охнуть, а следующий – по шее – на несколько секунд отключиться. Впрочем, стоило лишь приземлиться, сознание вернулось: рухнув мешком на утоптанную землю, я проехался по ней лицом. Даже успел с необычайной четкостью заметить несколько кочек с зарослями травы.

Как только остановился, ко мне тут же мягким прыжком подлетел нападавший в черно-золотой униформе, но я перекатом ушел в сторону, сумев при этом сделать подсечку незнакомцу. Однако стоило лишь вскочить на ноги, как сильный удар – будто грузовик кабиной въехал – вновь вышиб из меня дух и отправил в полет метров на пять. Залетев в открытый полог одного из шатров, я свалился на походный стол, прокатился в груде его обломков и врезался в окованный сундук у изголовья небольшой кровати.

В шатер забежали двое в русской униформе: высокий парень с тонким лицом, вздернутым носом и абсолютно белой шевелюрой, а следом девушка с удивительно привлекательной фигурой и туго стянутыми на затылке в хвост длинными волосами. Увидев ее лицо, я – если бы не предыдущий удар – все равно потерял бы дар речи.

– Ты хорошо подумал, прежде чем сделал это? – прошипела она мне, переходя с бега на шаг, и, мягко ступая, подходя ближе.

«Что сделал-то?»

Я дернулся было, пытаясь встать, но тело мне еще не повиновалось – так что получалось лишь нелепо поводить руками, подобно перевернутому жуку.

Скрытая молния на ее униформе была расстегнута, так что виднелся край обтягивающей белой майки с очень, очень низким воротом. На шее, в ложбинке, образованной приподнятой тугим кителем грудью, висел на тонкой цепочке медальон в виде вскинувшего крылья орла. Такой же был изображен на левой стороне кителя, на гербовом щите с красной полосой поверху, увенчанной тремя звездами. А еще один имелся на моей собственной фибуле, которая – после резкого движения рукой – была грубо сорвана с плаща.