Чтение онлайн

— Мы об этом поговорим потом, я о варианте погонять. Хорошо? Закрой дверь, никому не открывай.

— Мам, ну я не маленький.

— Конечно, маленький, так что проверь замки. Люблю тебя.

— И я тебя, мам, пока.

«Она так нежно говорит «люблю тебя». Интересно, кроме сына она говорила еще кому-то эти слова?»

Артем поймал себя на этой мысли и усмехнулся. Зря они сюда приехали, пусто, везде пусто. Этот дом, стоявший на отшибе его сознания, такой же пустой, как и его душа. Ничего, кроме этой пустоты, он здесь не чувствует. Когда приезжал раньше, из него словно выбивали весь воздух, было нечем дышать. Начинало болеть бедро, ныть под шрамом, что скрыт за огромной татуировкой. Начинало выворачивать от бессилия, этому дому нужна жизнь, как и ему.

— Артем, — Аня окликнула его, видимо, сильно задумался. — Давай поедим. Ты голоден?

Она стояла в нескольких шагах, хмурила брови, не знала, куда деть руки. Он понимал, ей так же неуютно здесь, как и ему.

«Да, кошка, я голоден»

Доля секунды, чтоб сделать эти несколько шагов к ней, горячие губы на ее таких сладких, стон, тонкие пальчики царапают шею, его тяжелый вздох. Сердце колотится, сбивается пульс, ей хочется так много спросить, задать вопросы. Но не сейчас, все потом. Только не сейчас.

Ладони на голой коже, одежда летит в сторону, как те тряпки с мебели, раскрывая, показывая. Язык Артема скользит по нежной коже шеи, спускается вниз, покусывая, оттягивает чашечки бюстгальтера, накрывает сосок. Упирается пахом, Аня чувствует, как он возбужден, забирается руками под футболку, гладкая кожа, упругие, словно стальные, мышцы. Слегка царапает.

«Голодный, голодный по тебе. Такая идеальная, такая отзывчивая, словно специально под меня сделанная девочка»

Аня не успевает ничего сообразить, как с нее уже стягивают джинсы вместе с бельем, становится жарко, но кожа покрывается мурашками от возбуждения. Соски болезненно ноют, кладет ладони на грудь, сжимая их, тихо стонет. Моментально оказывается на столе, прохладная поверхность контрастом обжигает холодом кожу ягодиц. Снова поцелуй. До боли. До крика. Кажется, она чувствует кровь и привкус железа во рту.

— Артем, ты словно дикий….ааааа….Артем.

Пальцы скользят по уже мокрой промежности, колени разведены, Артем стоит между ними, кусает шею, ласкает ее между ног, задевая чувствительный клитор.

«Сука, сейчас с ума сойду. Такая мокрая, такая влажная девочка. Только для меня. Только моя»

Два пальца по смазке легко входят в ее лоно, Аня вскрикивает, хватается за шею Артема, прижимаясь сильнее. Несколько толчков, течет еще больше на его пальцы, часто дышит, закрывая глаза, откидывая голову.

«Нет, девочка, только со мной»

Расстегивает другой рукой ширинку, член, болезненно сдавленный джинсами, вырывается наружу, левой рукой неудобно, но справляется. Быстро вынимает пальцы и сразу заполняет ее собой. Резко. Глубоко. Притягивая за ягодицы ближе. Насаживая.

Аня кричит, цепляется за плечи, ловит ртом воздух, дергается от такого глубокого и резкого проникновения, но тут же двигается навстречу.

— Ты, ты такой большой… ааа…. медленней…Аааа…Артем.

«Не могу сладкая, никак не могу»

Но Артем сдерживает себя, тихо раскачиваясь, осторожно вынимая член и снова входя, подхватывает Аню под колени, она откидывается назад, ложится спиной на поверхность стола. Хорошо, что столешница широкая, девушка цепляется руками за ее кафель над головой. Артем двигает ее на себя, ягодицы почти свисают со стола, он перехватывает их, придерживая.

Начинает входить сильнее, меняет угол, приподнимая и опуская ее попку, сжимает ягодицы до боли, но Аня не замечает этой боли. Член Артема растягивает и заполняет ее, задевая внутри что-то чувствительное, отчего по телу прокатываются волны удовольствия.

— Сильнее…дааааа…еще.

Артему срывает последние остатки разума, перед глазами самая возбуждающая картина, которую он когда-либо видел. Хрупкая фигура, белая кожа на фоне черного камня, торчащие соски, Аня облизывает губы, просит еще, выгибает спину.

Он сбивается с ритма, начинает яростно вколачиваться, член набухает еще больше, он чувствует, как Аня начинает кончать, мышцы влагалища болезненно сжимают его. Ее крик эхом разносится по пустому помещению. Последний толчок, член пульсирует, сперма горячим потоком вырывается наружу.

Артам падает вперед, упирается лбом в грудь девушки, тяжело дышит, Аня гладит его по голове, нежно перебирая волосы.

— Я думала, умру. Ты чуть не убил меня, точно, маньяк.

Чувствует, как Артем улыбается и качает головой.

«Я не дам тебе умереть. Иначе умру следом»

— Чей это дом? Твой?

Артем лишь кивнул головой, продолжая есть, не поднимая головы от тарелки. Он так и сидел, голый, на этой полупустой кухне, откусывал от стейка большие куски. Аня лишь сходила в ванну, чтоб стереть с себя сперму, что стекала по бедрам после их такого жаркого и спонтанного секса.

Странно, но хоть дом и был необжитым, было тепло, и была горячая вода, наверно, Артем включал бойлер. Посмотрела на себя в зеркало, приложила холодные руки к горящим щекам. Одела на голое тело футболку Артема и села рядом, наблюдая, как мужчина ест.

— Артем, ты не маньяк, ты животное. Как я могла связаться с животным?

Она поморщилась, наблюдая за тем, как он руками берет из тарелки мясо и кусает, по подбородку течет жир, а он лишь улыбается. Тянет к ней руки, чтоб схватить, но она отстраняется.

— Нет, нет, я вся буду жирная. Только не такими руками. И надень трусы, как- то не совсем хорошо сидеть за столом с голым задом. Хотя, кому я говорю о приличии.

Артем опускает глаза вниз, смотрит на свой член, потом на Аню, играет бровями и мотает головой в знак того, что он ничего надевать не будет.

— На даче ты хоть в трусах ходил, а тут совсем расслабился. Так почему ты не живешь здесь, если это твой дом? И что мы тут делаем?

Артем вытирает руки салфетками, смотрит по сторонам, берет свой телефон, начинает что-то набирать, показывает Ане.