Чтение онлайн

Курт фон Вальдхайм поначалу был удивлен не меньше су Саоры таким необычным приговором Императора, тем более что, откровенно говоря, считал себя невиновным. И вдруг такой приказ… Но клятва верности заставила его подчиниться. И светлую фэллу тоже. Было опасение со стороны тевтона, что женщина попытается как-то навредить ему или дочери, но, к удивлению гроссмейстера, та вела образцово. Целыми днями возилась с ребенком, а ночами была горяча и страстна. Притворялась ли она либо просто находила в этом браке удовлетворение своих тайных пороков, тем не менее к концу второго месяца замужества фэлла обрадовала сурового недоверчивого гиганта тем, что им больше не грозит смертная казнь — она беременна. Впрочем, интересное положение ничего не изменило в их жизни. Такие же бурные ночи и такая же забота о дочери, только теперь еще и неожиданные проявления любви к самому Курту. То ли то, что он является отцом их общего ребенка, то ли просто привычка или неожиданная доброта сурового на вид гроссмейстера растопили ледяное сердце привыкшей к интригам женщины. Но постепенно их совместная жизнь становилась не браком по принуждению, а нормальной семьей…

Михаил оторвался от созерцания строительной площадки и убрал бинокль в сумку. Гигантский котлован под фундамент будущего завода силовых генераторов готовили ударными темпами. Тевтоны показали, что умеют не только воевать, но и работать. Аккуратно, на вид не спеша, но тем не менее качественно и быстро. Судя по графику, заливку стен можно будет начать уже сегодня ночью, что на четыре дня раньше срока.

Все же предложение того старика оказалось правильным: часть машин направить на отдельный участок, где, доведя глубину котлована до необходимой, сразу приступать к заполнению форм основания. Таким образом, работа производилась постепенно, участками. И когда роботы, или, как их называли на Тевтонии, големы, закончат полностью земляные работы, большая часть стен окажется уже на месте, и можно будет приступать к перекрытию крыши. Одновременно начнется и установка технологических линий для производства. Практически при постройке по этому методу окончание строительства завода произойдет одновременно с запуском станков…

«Надо бы поощрить старика», — подумал парень, усаживаясь в кресло гравицикла. Мотор мягко зашуршал, поднимая седока над землей, и машина сорвалась с места. Через некоторое время он остановился у небольшой площадки, где его ожидал глидер. С неприязнью взглянул на большую черную глыбу парадного лимузина. Гораздо милее Михаилу был обычный армейский вездеход в открытом варианте, но — увы. Положение обязывает. Да и уберечь в случае чего массивная броня машины могла намного лучше, чем тонкие борта армейского гравимобиля. А что это такое, Михаил знал не понаслышке…

Глидер замер во дворе резиденции наместника, и караул из тевтонских гвардейцев отдал салют. Сын Императора вылез из машины, собираясь войти в здание, но, заметив спешащего к нему командира охраны, остановился.

— В чем дело, Брат Бонифаций?

— Просители, господин наместник. Согласно распорядку дня.

— Много?

— Пятьдесят, как вы и распорядились.

— Хорошо. Через час начинай запускать по одному.

— Да, ваша светлость…

Тевтон удалился, а Михаил прошел в дом. Быстро отобедал, затем упругим шагом поднялся в кабинет, где обычно принимал посетителей. А их хватало! По самым разным вопросам. Кто-то искал близких, уехавших в Империю и не подававших оттуда вестей. Кого-то несправедливо обидели. Кого-то ложно обвинили… Михаил никому не отказывал, прибегая в сложных случаях к методу пси-допроса. Случалось, что приходилось извещать и Церковный Трибунал Ордена, чтобы те взялись за просителя всерьез… Словом, приходили всякие люди. И каждый надеялся на справедливость.

Вот и сейчас все шло как обычно. Привычный уже поток посетителей. Ничего сложного. Там — одно. Тут — другое. Пока в кабинет не вошла женщина в скрывающем лицо капюшоне. Низко поклонилась и приступила к изложению своей просьбы:

— Ваша светлость, я Амара аун Митор, фэлла. Меня привело к вам следующее: мою дочь Файру хотят направить в Империю для обучения. Я категорически против этого, тем более что у нее, согласно приказу Императора, имеется жених из светлых фэллов.

Михаил нахмурился.

— Чье это указание?

— Правителя, ваша светлость. Мой род находится в родстве с родом бывшей правительницы Юмары. Поэтому…

Наместник жестом остановил женщину.

— Почему на вашу дочь пал выбор правителя?

— Он утверждает, что у нее сильно развиты способности к математике.

— Насколько сильно?

Женщина замялась, потом нехотя ответила:

— На уровне хорошего логгера. Интуитивное вычисление.

— Тогда чего вы боитесь? В Империи очень ценят такие таланты. Могу заверить, что ваша дочь пойдет очень далеко…

— Но у нее есть жених, и здесь ее родина!

— Уважаемая су, ничего не могу поделать. Отменить высочайший приказ будет преступлением против Империи. Повинуйтесь его слову. Идите. Вы свободны!

Женщина склонила голову, покорно прошла к дверям, но вдруг, обернувшись, прошипела:

— Чтоб тебе никогда счастья не знать, круглоухий! — Рванула ручку двери и замерла — та не открылась.

Михаил поднялся с места и приблизился к фэлле.

— Счастья не знать?.. Да что ты знаешь обо мне! Ты!..

Он рванул капюшон с головы женщины и обомлел: на него смотрело испуганное полудетское личико. Эта су никак не могла быть матерью той, о ком только что шла речь. Значит, это она сама! Вовремя заблокировал замок, получается…

Не обращая больше на девочку-подростка внимания, Михаил нажал тревожную кнопку. Через мгновение в кабинет ворвалась охрана. Наместник указал на фэллу:

— Взять ее! Поместить под арест. И оповестите остальных, кто остался, что прием продолжится через пятнадцать минут. Мне — чашку кофе…

Оставалось человек десять, дела которых он решил быстро. Устало потянулся, заложил руки за голову. Наконец-то все на сегодня. Досадливо сморщился. Ах да! Еще эта фэлла… Наместник наклонился к селектору, отдал короткий приказ:

— Попросите Орден прислать мне отца-дознавателя из Церковного Трибунала. Нужно проверить кое-что.

— Будет исполнено, ваша светлость!

Отключившись, Михаил взглянул в окно. Ничего себе, уже вечер! Пора ужинать…

Едва он прошел в столовую, как на пороге появился гвардеец.

— Ваша светлость, прибыла сестра-дознавательница Агнесса цу Штемке.

— Как раз вовремя. Кнехт, пригласите ее в столовую и распорядитесь, чтобы накрыли еще два прибора.

Гвардеец отдал честь и вышел. Михаил подождал пять минут, чтобы дать слугам время исполнить приказание, затем вошел в столовую. Увидев сестру, присланную Орденом, он едва не выругался: что-то везет ему сегодня на девочек-подростков! Сначала полуребенок-фэлла, теперь эта тевтонка… Ладно. Положение обязывает. Он слегка поклонился, приветствуя девушку в черной форме: