Молотодержец. Легенда о Зигмаре
Шрифт:
— Здесь так красиво! — выдохнула Равенна, схватила его за руку и потянула к берегу.
Зигмар улыбался, упиваясь удовольствием девушки. Он бросил свертки на траву и с радостью позволил увлечь себя вперед. Стоя на самом берегу, Равенна глубоко вздохнула и закрыла глаза, впитывая ароматы дикого леса.
Но Зигмар не замечал окружающих их красот, любуясь лишь девушкой.
— Благодарю тебя за то, что привел меня сюда, — улыбнулась она. — Как ты узнал об этом месте?
— Это река Скейн. Здесь нам встретился Черный Клык.
— Громадный вепрь?
Зигмар кивнул и показал на один из валунов у противоположного берега:
— Да, он самый. Он вышел из леса вон там, и, помню, Вольфгарт чуть не свалился замертво от страха.
— Вольфгарт? Испугался? — рассмеялась Равенна, нервно поглядывая на дальний берег реки. — Вепрь все еще жив?
— Не знаю, — отозвался Зигмар. — Надеюсь, что да.
— Надеешься? Говорят, это настоящий монстр, который убил целый отряд охотников.
— Было дело, — согласился Зигмар. — Но это благородный зверь, и, думаю, мы с ним чем-то схожи.
— Не хочу тебе льстить, но все же ты на хряка не очень похож, — рассмеялась девушка, разуваясь и усаживаясь на берегу.
Равенна, болтая ногами в студеной воде, подняла лицо к солнцу.
— Ну, я не в том смысле, — сказал Зигмар. — Хотя тебе доводилось видеть меня с похмелья.
— Тогда о чем ты?
Зигмар сел рядом с ней. Вода была прохладна, и, погрузив ступни в быстрый поток, он ощутил приятное покалывание.
— Я знаю, это звучит самонадеянно, но я почувствовал наше сходство, — объяснил Зигмар. — Черный Клык так огромен, крупнее зверя я не встречал. Ноги словно стволы деревьев, а грудь шире, чем у самой крупной лошади из королевских конюшен. Он просто уникален.
— Да, — согласилась Равенна. — Это действительно звучит самонадеянно.
— И все-таки это не так, потому что я единственный, кто мечтает о лучшем, а не смиряется с тем, что есть. Короли довольны судьбой: ссорятся друг с другом, сражаются с орками и тварями, когда те нападают.
— А ты не таков?
— Нет. Но я привел тебя сюда не для того, чтобы говорить о сражениях и смерти.
— Да? — Равенна брызнула на Зигмара водой. — Так для чего же?
Зигмар встал и принес свертки, которые заблаговременно извлек из переметной сумы. Он положил кожаный тюк подле себя, а сверток вручил Равенне.
— Что это? — спросила девушка.
— Открой — и узнаешь.
Равенна принялась нетерпеливо разворачивать ткань. И изумленно ахнула, когда увидела свернутый плащ изумрудного цвета, вышитый завитками спиралей. Серебряная нить переплеталась с золотой, а воротник был обшит мехом горностая.
У ворота красовалась конусообразная золотая булавка, широкий конец которой украшала ляпис-лазурь. Посредине была выкована змея, пожирающая собственный хвост. Тонкое тело змеи украшало изображение двухвостой кометы. Искусство мастера, который изготовил эту вещицу, было выше любых похвал.
— Я… я даже не знаю, что сказать, — выдавила ошеломленная Равенна. — Это прекрасно!
— Эофорт сказал, что пожирающая хвост змея символизирует возрождение и обновление, — говорил Зигмар, пока Равенна вертела булавку в руках, раскрыв рот от изумления. — Начало нового… два соединяются в одно…
— Два в одно, — улыбнулась Равенна.
— Так он сказал, — подтвердил Зигмар. — Я попросил мастера Аларика сделать мне такую булавку, и он согласился. Наверное, только потому, что ему ужасно надоело с утра до вечера ковать кольчуги.
Равенна провела пальцами по золотому кружку.
— Ничего подобного у меня никогда не было, — призналась девушка, и Зигмар заметил, что голос у нее дрожит. — А этот плащ…
— Он принадлежал моей матери, — сказал Зигмар. — Отец говорит, что в нем она стала его женой.
Равенна приколола булавку на место и поблагодарила:
— Ты преподнес мне совершенно необыкновенный подарок, Зигмар. Спасибо тебе огромное.
— Рад, что тебе понравилось, — вспыхнул Зигмар.
Он был счастлив, что его дары пришлись Равенне по вкусу.
— Больше чем понравилось, — уточнила девушка. Потом показала на кожаный мешок. — А что там? Еще подарки?
— Не совсем, — улыбнулся он, доставая оттуда завернутый в тряпицу сыр и несколько кусков хлеба. Следом появился запечатанный воском глиняный кувшин и два оловянных кубка.
— Ты позаботился обо всем, — умилилась Равенна.
Зигмар сломал восковую печать и разлил напиток цвета светлого яблочного сока. Подал кубок Равенне со словами:
— Это вино — дар короля Марбада.
Они отведали вина. Напиток был более тонким, чем привычное пиво, и приятно свежим.
— Нравится? — спросил он девушку.
— Да, — кивнула она. — Сладкое.
— Осторожно, Марбад предупреждал, что вино крепкое.
— Ты пытаешься меня напоить?
— А надо?
— Это зависит от того, каковы твои планы.
Зигмар сделал еще глоток, чувствуя, что уже пьян. Только не от вина.
— Не знаю, как бы сказать так, чтобы вышло умно, — начал Зигмар. — Поэтому буду говорить, как получится.
— Что говорить?
— Я люблю тебя, Равенна, — незамысловато начал Зигмар. — И всегда тебя любил. Но я не слишком искушен в речах, поэтому смог признаться только сейчас.
У Равенны округлились глаза, и Зигмар уже решил было, что допустил ужасную ошибку, но тут она свободной рукой погладила его по щеке.