Чтение онлайн

— Ганс, бедный мой Ганс! — причитала женщина в глубоком и нескрываемом горе. Низкий голос что-то неразборчиво говорил, несколько всхлипов и вздохов перемежали его монотонность. — Не трожьте его! Не трожьте его! — сорвались на пронзительный вопль причитания женщины.

Мягкий, низкий голос ответил что-то, в его звучании слышалась попытка успокоить отчаяние женщины, но как бы она ни напрягала слух, слов его Ления разобрать не могла. Всего лишь монотонная утешающая речь.

Круца повернулся к Лении и лучезарно улыбнулся.

— Это наш человек, — удовлетворенно сказал он, и Ления начала отдирать спину от сырой мшистой стены. Но Круца не двинулся с места, и она снова вжалась в кладку, всем видом выражая нетерпение. Она ждала знака от своего провожатого и думала, что второй раз на дню вверила свою судьбу в руки незнакомца.

В ожидании развития событий она осматривала окрестности, но людей в этом проулке поубавилось. Она долго наблюдала за крысой, которая прокладывала свой путь через скудную, хоть и довольно большую, кучу отходов. В этой части города объедков было мало. Кости плющились, и из них выедали костный мозг. Осколки костей давали навар в супе. Здесь человек съедал плод целиком — с кожурой, семечками, косточками и всем прочим — и так же потреблял овощи. Достав мясо, человек Альтквартира пожирал все, что ему послали боги. Кровь шла на колбасу, а хрящи и жилы он жевал до тех пор, пока они не станут достаточно мягкими, чтобы их проглотить. Так что по большей части единственными отходами здесь были человеческие «следы». Сами люди здесь выглядели бесформенными существами, почти у всех не хватало волос и зубов, как у этой костлявой облысевшей крысы с половиной клыков. Испытывая смешанное чувство горечи и ужаса, Ления поняла, как низко пали обитатели этих кварталов. Крысы процветали по всему Мидденхейму, но здесь даже им приходилось бороться за существование.

Голоса по ту сторону стены начали стихать, народ понемногу стал выходить на улицу, и Круца наконец сделал свой ход. Пройдя два шага, он обернулся, увидел Лению, по-прежнему пялившуюся на крысу, подождал мгновение, потом взял ее за запястье и завел в маленький дворик за стеной. Узкая тачка с большим корявым колесом ехала со двора. Ее толкали два человека в коричневых суконных плащах до пят. Третий постоял пару секунд, словно размышляя, а потом двинулся за ними следом. Когда тачка с трудом развернулась на углу, Ления увидела, как груз перекатывается в ней. А потом из-под парусины, которой он был накрыт, показалась рука. Ления дернула Круцу за рукав.

— Там на тачке труп! — воскликнула она с ужасом и удивлением.

— Мы должны подождать, пока они уедут, — объяснил Круца, — прежде чем сможем обратиться к жрецу. У него есть работа, и немного уважения к мертвым никогда не помешает.

Ления замолкла, но незаданные вопросы терзали ее ум. Она не понимала, что происходит, и ей это не нравилось.

Круца и Ления последовали за троицей. Они прошли две-три улицы, и к этому времени тачка с ее ужасным грузом уехала далеко вперед от того человека, которого Ления считала третьим членом этой жуткой компании. Она облегченно перевела дух, когда тачка вовсе скрылась из виду, а Круца двинулся вперед, чтобы поговорить с приятелем.

Человек повернулся к ним — благообразный, с приятным, чуть рассеянным выражением лица. Ления не знала, что она ожидала увидеть, но явно не пожилого, изнуренного мужчину, на которого она сейчас смотрела.

— На пару слов, господин, если позволите, — вступил Круца. — Моя спутница ищет в городе родственника… Мы надеемся, что вы сможете нам помочь, но…

— Я тоже на это надеюсь, — ответил человек своим мягким голосом. — Пойдемте присядем и поговорим. Если новости скверные, их нельзя сообщать на улице.

Ления и Круца последовали за человеком, при этом девушка оттянула своего спутника на пару шагов назад.

— Кто он такой? — прошептала она. — Что за плохие новости?

— Он жрец Морра. Он занимается покойниками Мидденхейма и порой раскрывает их тайны.

— А если Стефан не умер? — паническим шепотом спросила Ления.

— Если Стефан не умер, жрец Морра о нем ничего не знает. — С этими словами Круца прибавил шагу и догнал священника, когда он входил в гостиницу несколькими кварталами севернее того двора, с которого увезли тело парня по имени Ганс.

Круца еще не имел возможности толком выпить сегодня днем, поэтому он с видимым удовольствием заказал себе и своим спутникам по кружке куда более добротного напитка, чем тот, который он пил утром.

— А как звали твоего брата? — спросил жрец, когда Круца оторвался от бочки.

— Стефан Дунет. Он ушел из деревни около года назад. Я о нем с тех пор и не слышала.

— Ни с одним человеком под таким именем я дела не имел, — ответил жрец. — Опиши его мне.

— Для мужчины он довольно мал, — сказала Ления, и ее голос слегка дрожал. Она откашлялась. — Низкорослый и стройный, но сильный. Кожа и волосы были очень светлые, глаза были бледно-серые и большие, как у меня.

— Вероятно, до сих пор такие и сеть, — сказал жрец. — Ни одной душе, которая покинула безымянное тело, выглядящее так, как ты рассказала, я не помогал.

Лению просто захлестнуло облегчение.

— Вы уверены? — спросила она.

— Вполне уверен, — ответил жрец, вставая из-за стола. Не сказав больше ни слова, он вышел, оставив нетронутым стакан эля.

— Так, с этим все! — воскликнул Круца, осушая свой стакан и утирая губы. Но Ления не собиралась сдаваться.

— Не совсем, — заявила она. — Он жив. Теперь все, что нам надо, это найти его. А я думаю, ты понимаешь, что это значит Круца вне всяких сомнений знал, что это значит. Это ему ничуть не нравилось. Он был просто одним из многих мелких воров и жуликов этого города, может, чуть более преуспевающим, чем большинство из них, но по сути не отличающимся от массы ничем. Круца работал кое на кого. Он получал не так много приказов, как толпы мелких паразитов, тянущих соки из города, он не был мальчиком на побегушках, как большинство из них. У него был авторитет, малая толика уважения. В конце концов, он приносил пользу. Но итог был один и тот же: у Круцы был хозяин. Так уж повелось в этих местах.

Но это были его места, и они не была безопасными для девушки вроде Лении.

— Сегодня мы не сможем больше ничего сделать, — сказал Круца, посмотрев на нее. — Скоро стемнеет, и тебе надо вернуться во дворец.

— Но ты сказал, что поможешь мне! — взвизгнула Ления.

— Я могу помочь тебе в другой раз, — сказал Круца, пытаясь отцепиться от девушки.

— Нет! Сегодня! — настоятельно сказала Ления и тут же изменила тактику. — К тому же я не могу вернуться во дворец, пока НС найду что-нибудь подходящее из одежды. Ты же не думаешь, что я прибыла в Альтквартир уже в таком отрепье, а?

Ления с удивлением обнаружила, что обстоятельства вновь поймали ее в капкан, причем теперь в гораздо более тугой, чем в первый раз. Тогда она почти оказалась отрезанной от дворца, а в этот раз перемены в ее внешности не позволят ей даже дойти до Храма Ульрика. Да и дойди она до дворца, кто-то непременно захочет поинтересоваться, почему она так ужасно выглядит. Что с ней произошло? Кто на нее напал? Со всеми этими вопросами она не была готова столкнуться сегодня, как, впрочем, и в другие дни. В свое время искромсать одежду казалось неплохой мыслью, более того, единственным разумным выходом. Теперь Ления ужаснулась, когда представила, что возвращается во дворец в столь плачевно выглядящем наряде.