Чтение онлайн

Всхлипывая от ужаса, он прижался спиной к стене, сердце бешено колотилось, как у кролика, запертого в норе. Когда спина Дэнни прижалась к извилистым волнистым линиям выпуклого рисунка светло-голубых шелковистых обоев, его ноги подкосились и он, дыша со свистом, рухнул на ковер, разбросав вывернувшиеся наружу руки по джунглям сплетенного с лианами дикого винограда.

Громче. Громче.

В коридоре был тигр, и теперь этот тигр оказался прямо за углом назойливые, раздраженные, полные безумной ярости крики не утихали, молоток для игры в роке врезался в стены, ведь тигр этот был двуногим, это был...

Внезапно подавившись на вздохе воздухом он проснулся и еел, резко выпрямившись, уставившись в темноту широко раскрытыми глазами, загораживая лицо скрещенными руками.

На одной что-то было. Оно ползало.

Осы. Три штуки.

Тут они ужалили; Дэнни показалось, что все жала вонзились одновременно, и тогда-то все образы распались на куски, ринувшись на мальчика темным потоком. Он завизжал в темноту; словно приклеившись к его левой руке, осы жалили ещё и еще.

Вспыхнул свет, там стоял папа в шортах, глаза сверкали.

Позади него, сонная и испуганная, стояла мама.

– Снимите их с меня!
– верещал Дэнни.

– Боже, - сказал Джек. Он увидел.

– Джек, что с ним? Что с ним?

Он не ответил. Подбежав к кроватке, он сгреб подушку и ударил ей по пострадавшей руке Дэнни. Еще. Еще. Венди увидела, как в воздух с жужжанием поднимаются неуклюжие силуэты насекомых.

– Возьми журнал!
– крикнул он ей через плечо.
– Убей их!

– Осы?
– сказала она и на миг ушла в себя, практически отрешившись от окружающего в своем озарении. Потом мысли Венди смешались, знание соединилось с эмоциями.
– Осы, Господи, Джек, ты же говорил...

– Заткнись, мать твою, и бей их!
– прорычал он.
– Будешь ты делать, что тебе говорят!

Одна оса приземлилась на столик, за которым обычно читал Дэнни. Венди схватила с рабочего стола книжку-раскрас

ку и шмякнула по осе. Осталось отвратительное коричневое липкое пятдо.

– Вон ещё одна, на занавеске, - бросил ей Джек, пробегая мимо с Дэнни на руках.

Он отнес мальчика в их спальню и уложил на ту половину импровизированной двуспальной кровати, где спала Венди - Полежи тут, Дэнни. Не ходи обратно, пока не позову Понял?

Дэнни кивнул. Опухшее лицо было в потеках слез.

– Вот храбрый мальчик.

Джек лобежал по коридору к лестнице. Сзади донеслись два хлопка раскраской, а потом жена взвизгнула ют боли. Не сбавляя шага, он спустился по лестнице в темный вестибюль, прыгая через две ступеньки. Через контору Уллмана он пробежал в кухню, стукнувшись бедром об угол дубового стола управляющего, но едва ли осознав это. Шлепком включив свет на кухне, он добрался до раковины у противоположной стены. В сушилке все ещё лежала груда вымытых после ужи"а тарелок - Венди оставляла их там обтечь и высохнуть.

Джек схватил с самого верха большую тефлоновую миску. На пол с грохотом упала тарелка. Не обращая на неё внимания, Джек развернулся и помчался назад через контору и вверх по лестнице. Венди стояла перед дверью Дэнни, тяжело дыша.

Лицо было белым, как льняная скатерть. Потерявшие глубину глаза блестели, волосы слиплись и свисали на шею.

– Я их всех прикончила, - сказала она, - но одна меня укусила. Джек, ты говорил, они все подохли.

Она расплакалась.

Не отвечая, Джек прошел мимо неё и занес миску "Пиреке" над гнездом у кроватки Дэнни. Гнездо было мертво.

Там ничего не было - по крайней ме~ре, снаружи. Он с размаху накрыл его миской.

– Все, - сказал он.

Они вернулись к себе в спальню.

– Куда она тебя тяпнула?
– спросил он Венди.

– В... за запястье.

– Давай посмотрим.

Она показала укус. Между запястьем и ладонью, прямо над кольцом складочек, была маленькая круглая дырочка.

Рука вокруг неё распухла.

– У тебя нет аллергии на укусы?
– спросил он.
– Думай как следует! Если есть, то может быть и у Дэнни Чертовы ублюдки укусили его пять или шесть раз.

– Нет, - ответила она уже спокойнее, - я... просто я их ненавижу, вот и все. Ненавижу.

Дэнни сидел в изножье кровати, держась за левую руку, и глядел на них. Обведенные от шока белым глаза укоризненно смотрели на Джека.

– Пап, ты сказал, что всех убил. Рука... правда, больно

– Давай посмотрим, док... Нет, трогать её я не собираюсь.

А то будет ещё больнее. Просто протяни-ка её.

Он послушался, и у Венди вырвался стон.

– О, Дэнни... бедная ручка!

Позже доктор насчитал одиннадцать укусов. Сейчас они увидели только россыпь крохотных дырочек, как будто ладонь и пальцы были присыпаны зернышками красного перца. Рука сильно опухла. Как в мультфильмах, где Кролик Багз или Утенок Дэффи только что заехали себе молотком по лапе.

– Венди, сходи-ка в ванную за тем аэрозолем, - велел он.

Она отправилась за лекарством, а Джек присел рядом с

Дэнни и обнял его за плечи.

– Опылим руку, а потом я несколько раз сниму её поляроидом, док. Потом ты остаток ночи поспишь с нами, о'кей?

– Ладно, - сказал Дэнни.
– А зачем ты хочешь фотографировать?

– Может, удастся кой-кого затаскать по судам.

Вернулась Венди с баллончиком аэрозоля, имевшим форму огнетушителя. Больно не будет, милый, - сказала она, снимая колпачок.

Дэнни протянул руку, и Венди опрыскивала её с обеих сторон, пока та не заблестела. Он испустил глубокий дрожащий вздох.

– Жжет?
– спросила она.

– Нет. Лучше.

– А теперь вот это. Ну-ка, скушай.
– Она протянула ему пять таблеток аспирина в оранжевой оболочке. Дэнни взял их и одну за другой побросал их в рот.