Монстры, Пригов Дмитрий Александрович

Монстры

на обложку

Пригов Дмитрий Александрович

Шрифт:

В чистом поле, в чистом поле 6072 В чистом поле кто лежит — Пуля мертвая лежит Тело рядышком лежит Каждый сделал свое дело Пуля – смертное, а тело — Тоже ведь не скажешь смело Что бессмертное Когда немыслимый аграрий 6193 Забился в судороге полей Рождая от потьмы своей И объявился пролетарий Который в судороге завода Забился посреди станков Рождая вдруг большевиков И объявилася свобода Которая с безумным криком Забилась в судороге масс Рождая их, рождая нас Тогда и объявился Пригов Средь нас

ЧИТАЯ «ЛОЛИТУ» НАБОКОВА, НО НЕ ВО ВСЕМ СОГЛАСНЫЙ С НИМ

Мячик звонче ударяйся Ножка выше поднимайся Ножка выше поднимайся Мячик звонче ударяйся Мячик ударяется Ножка поднимается Ножка поднимается Что-то открывается Что-то открывается Что-то закрывается Ой-ой-ой-ой, дяденька Ой, увидит тятенька Ой, увидит тятенька Ой-ой, больно дяденька Принесли ее домой — Оказалася живой Мышка погрызла весь хлеб на столе 6164 Ах ты, проказница! Спряталась где-то Жизнь тяжела! Ну, да ладно – смелей! Как-нибудь зиму прокормимся эту Ну, а как грянет чего пострашней Скажем, ужасное – уж не взыщи ты Я тебе в этом уже не защитник Мне самому бы спастися – ей-ей! О чем так необдуманно и страстно 6196 Взываешь к Богу, бедное дитя Смотри, подслушает живое Государство И переймет все дело на себя И правильно, дитя – живи подвластно Там кто-нибудь и против, а я – нет И не минуй в печалях Государство А то оно безумеет в ответ

БОЛЬШОЕ АПОКАЛИПТИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ В 61 СТРОКУ

Любители Баха и Апассьянат 5933 Ведь тоже – обычные люди Мы строго, пожалуй, их судим Ведь скажем кому попадись автомат Ведь он что пожалуй и не виноват Тем более ежели будит Его среди ночи кромешной Какой-то там голос и говорит: Смотри, вон звезда над тобою горит Вон зверь появился нездешний Который когтями ягненка когтит И падает кровь безутешно Но вот из-за тучи поспешно Прекрасная птица к событью спешит Прекрасными крыльями страшно шуршит От скорости крыльями страшно свистит И светится страшной любовью И малую капельку крови Небольно подхватывает на лету И бедную малую капельку ту Несет и уносит в какую страну И там ее в влажную землю бросает И малый росток из земли вырастает Растет постепенно, растет-вырастает И листьями сочными ствол обрастает И крупные рядом плоды нарастают И лопается один маленький плод И следом другие, и разный народ Оттуда нарядный выходит Гуляет, шатается, бродит Не зная беды и печали А то вот вдруг крыльями все закачали А то вот вдруг крыльями все зашумели И кверху поднялись как будто стрекозы Приняв осторожные легкие позы Куда-то огромной толпой полетели К какой-то единой намеченной цели И вот из какого-то там удаленного Небес уголка волокут что есть сил Зверюгу того, что ягненка когтил Влекут одинокого и удивленного И ручками маленькими дрожа Они его страшное тело хватают И рвут его в клочья и кровь упадает На нижнюю землю и тут же пожар Огромный ужасный внизу возникает И все поджигает, и всех поджигает Деревья сжигает, растенья сжигает Людишек висящих вверху зажигает И с криками громкими вниз упадают Они и лежат; и кричат, и страдают Прекрасная птица над ними летает И все это молча она наблюдает Ни малой травинки не смея коснуться Так как же от этого тут не проснуться Хватая заряженные пистолеты А то вышеназванный автомат Не всякий проснувшийся еще при этом Любителем Баха и Апассьянат Бывает

Воинств небесных чудны размеры

1984

Предуведомительный рисунок воина Гундлаха Свена Гуйдовича (уменьшенная копия Д.А.Пригова)

Воинств небесных дивны размеры Чуден их говор и чуден их вид Все под ногами внизу их горит — Восторг, господа офицеры! Господа ангелы, время не ждет Меч наш стриглавый всегда по размеру Восторг, господа офицеры! Господа офицеры, вперед! За Отечество, товарищи, за веру! Банзай! Вот гармонику беру И играю что выходит А в ответ из-под земли Мальчик маленький выходит Я играю и пою А он тихонько подрастает В конармейца вырастает А я играю и пою Но потихоньку затихаю А он пошел в обратный рост Вот лишь маленький нарост Пыли – вот она какая Тайна жизни Бесчинствует немец над нашей державой А я еще маленький в гриппе лежу И гвоздик случайный в ручонке держу Откуда он взялся-то мелкий и ржавый А может не ржавый – стальной и блестящий Не гвоздичек вовсе – карающий меч Что негде где немца от гнева сберечь В том будущем бывшем, сейчас – настоящем Вечном Гремя огнем, сверкая блеском стали В эффекте месмерических блистаний Вот он летит без слабости и дрожи Но что-то в воздухе его тревожит Не пуля, не осинный кол Но некий маленький укол прорастающий Не немцы ли нас всех погубят Да это было в прошлый раз Теперь китайцы нас погубят То-йсть, мериканцы нас погубят А уже в следующий раз Как мериканцы нас погубят Тогда китайцы нас погубят Или еще там кто погубят Но Силы Небесные нас приголубят И скажут: Давайте же всех их совместно С земли их сотрем и на чистое место Новую жизнь поставим Счастливую На века Скажи-ка воин нам Гундлах Как ты французов под Полтавой Смертельной опоил отравой И поморозил в пух и прах Вот расскажу вам для урока Одно из первых дел своих Как я татар, детей жестоких Навел на Русь, а после их Сам и уничтожил Живой не вскрикнет и мертвец не ахнет Когда пройду я над страной Неимоверною стопой Не потревожив разный прах их Но вздрогнут лишь от узнаванья Как знамени гвардейский шелк Прошелестев: Вон наш пошел Высокого ужасно званья Неимоверного Вот всех вас тут я и порушу Собрались вместе – и добро Забудьте, бедные, про душу Имайте ножик под ребро Который остр в буквальном смысле А в переносном – и вдвойне Ведь мы повсюду на войне По-христиански мыслить если Когда Буденный мощью ног Носился скакуна здесь пегого То разве бы представить мог Какого-нибудь, скажем, Рейгана Хотя представить очень мог Так как Буденные, выходит Увы, приходят и уходят А Рейганы – суди их Бог! — Тоже приходят