Чтение онлайн

— С тобой все в порядке?

Хотя в его груди еще горело пламя, мышцы болели, а голова раскалывалась от боли, Морбед выдавил подобие улыбки и подал чародейке руку.

— Я жив, — ответил он.

Глава 3

Джахарра и Морбед оставили фонарь в комнате, где, как думал Морбед, он лежал изначально.

— Я хочу, чтобы все вещи были на своих местах. Мы занесем самые важные предметы в бортовой журнал, а остальное оставим нетронутым. Когда мы вернемся в Вестмарш, мы запросим аудиенцию у короля и заберем награду. Если потребуется, я помогу людям Юстиниана в снятии защитных чар с крепости.

— Ты думаешь, отшельник мертв?

— Пока рано об этом говорить. Пошли отсюда.

Чародейка вызвала еще одну световую сферу, но в этот раз она получилась слабее. Шар освещал лишь небольшое пространство впереди, пока они шли обратно в комнату. Шаг чародейки был неровным, а ее плечи осели. Морбед задался вопросом, как сильно повлиял на нее бой со статуями, но предпочел не спрашивать.

Впереди послышались шаги, а вслед за ними и голос Эйдуса:

— Джахарра! Наконец-то, — друид вышел на свет. — Я почувствовал, как Ишкара исчез незадолго после вашего ухода.

Чародейка продолжала идти вперед. Морбед и Эйдус поспешили за ней.

— На крепость наложены заклинания, которые не дают посторонним выносить предметы из нее, — быстро говорила волшебница. — Где-то есть устройство, которое сдерживает магические способности, но позволяет функционировать защитным механизмам. Я не до конца это понимаю, но мне известно контрзаклинание. Тем не менее, защитные чары здесь сильные.

Если забыть про усталость, постоянный звон в ушах и боль из-за того, что его почти раздавили, Морбед чувствовал себя нормально. Он подумал, что чародейка страдала не от телесной боли, а от ослабленной связи со своей магией. Последняя схватка полностью истощила Джахарру.

Они вошли в комнату призыва, освещаемую горящими жаровнями, в центре которой, скрестив ноги и закрыв глаза, сидел медитирующий Ворик. Заплечные мешки и фляги Ворика и Эйдуса лежали на полу.

Некромант открыл глаза.

— Здесь лежат останки многих, но среди них нет покровителя, которого ищет Кловис. Я узнал у них все, что мог. Был бы у меня мой кинжал…

— Да, мы знаем, — быстро прервал его Эйдус. Если некромант и говорил, то обычно напоминал, что ему требуется новый кинжал, так как старый был уничтожен. Такие кинжалы были больше, чем просто оружием. С их помощью некроманты направляли многие ключевые заклинания.

— Что с рыбаком? — спросил Эйдус, повернувшись к Джахарре.

Ему ответил принесенный ветром хриплый старческий голос:

— Старик совершил — кхум, кхум — ошибку, приведя сюда грабителей!

Морбед вытащил нож и посмотрел наверх. На верхних пролетах он смог различить силуэт человека, прячущегося от света за парапетом с каменными горгульями.

Горгульями, похожими на существ, с которыми они столкнулись на пике башни.

Держащие останки узников цепи стали слабо греметь. Пол под ногами пришел в движение.

В главном дверном проеме появилась дымчатая форма и бесшумно проскользнула к ногам друида. Это был Рошан. Он прижал хвост к ногам, лег на пол и стал смотреть в проход.

Эйдус склонился и погладил призрачный мех. Морбед гадал, может ли друид чувствовать шерсть волка на своих пальцах.

— Тихо, тихо… — прошептал друид волку и посмотрел на остальных. — Существо уже здесь, и оно идет к нам.

Джахарра встала в вызывающую позу, ее рот был раскрыт в беззвучном крике из-за подавляющих чар, наложенных на комнату:

— Нам известно случившееся здесь! Никто более не должен умереть. Отзови своего слугу, и мы пощадим тебя!

По комнате пронесся зловещий хриплый смех. Цепи и кости сотрясались от приближающихся грохочущих шагов, черепа ударялись друг о друга, будто беззвучно насмехались над группой.

Шшунк! Шшунк! Шшунк! Шшунк! Одна за другой упали железные решетки в арочных проходах, блокируя деревянные двери и отрезая путь к бегству. Только главный коридор оставался открытым.

Пол дрожал. Скелеты танцевали. Цепи гремели. Вся комната неистово сотрясалась.

— Призови своего зверя вместе с Кловисом! Призови их к нам! — выкрикнула Джахарра с отчаянием в голосе, почти незаметном в мертвом воздухе.

В сердце Морбеда закрался ужас. Вор услышал уже знакомый ему пронзительный визг, однако он был не таким резким, как крик на бастионе. Здесь его силу заглушали дальность и защитные чары внутри комнаты.

Тем не менее, подавляющей силы визга было достаточно для прерывания концентрации и наложения заклинаний, что стало ясно по крику Эйдуса:

— Агх! Я… не могу!

Рошан издал беззвучный вой и растворился в облаке дыма.

Морбед зажал уши руками. Несмотря на резкую боль, все собравшиеся не отрывали глаз от главного входа, через который в комнату вломился демон.

Морбеду в жизни довелось наблюдать низших и худших из людей и многое испытать на своей шкуре, но появившееся существо было ужаснее всех зол, с которым ему довелось столкнуться. Оно было дьявольским, нечеловеческим и непохожим ни на что, из всего видимого Морбедом. Это существо не было предназначено для глаз смертных и не должно было существовать ни в одном из рациональных миров.

Каменная броня с тремя пластинами на плечах и спине защищала корпус чудища. Из плеч выходили длинные и мускулистые руки в четыре раза толще пояса крепкого человека. Его правая рука заканчивалась огромной дубиной с шипами и шишковатыми выступами, а левая была немного меньше и расширялась в огромный кулак с когтями на трех пальцах. Чудище припадало к земле на согнутых ногах, из косого лба выступал широкий рог, а маленькие глаза светились в тени глубоких глазниц, похожих на отверстия бездонных ям.